21.04.2025
Отклик на монографию Я.И. Гилинского «Криминология права»
Научная монография «Криминология права» представляет собой глубокое и многогранное исследование, является серьезным вкладом в криминологию права как итог многолетних исследований автора. Глубина исследования объясняется зрелостью автора, апробирована временем и многолетним опытом. Гилинский Яков Ильич, доктор юридических наук, профессор, видный советский и российский ученый юрист, криминолог, социолог, девиантолог. Автор боле чем 650 публикаций, в том числе публикации на различных языках, на английском, французском, немецком, венгерском, норвежском, итальянском, японском, украинском. Все это подчеркивает его глубокий, многогранный уровень научного понимания исследуемой проблемы.
В предисловии автор описывает генезис своих научных изысканий, указывая, что первый его научный труд был опубликован еще в 1966 году. За свой многолетний творческий период, более 60 лет, автор выпустил множество публикаций по криминологии и девиантологии. Представленная монография, по мнению автора, выступает итогом его деятельности в которой раскрываются идеи криминологии постмодерна, ставится точка в дискуссии между сторонниками классической криминологии и криминологии постмодерна, а также дается попытка осмыслить с криминологической точки зрения, переход от общества постмодерна к обществу метамодерна.
Как известно постмодернистская эпоха берет свое начало с конца 1950-х годов, однако термин «постмодерн» стал популярен после выхода в 1979 году книги французского философа Жана-Франсуа Лиотара «Состояние постмодерна». Во введении к этой книге Жан-Франсуа Лиотар пишет, что он решил назвать «постмодерном» состояние знания в современных наиболее развитых обществах. Понятие же «метамодерн» было дано в 2010 году Тимотеусом Вермюленом и Робином ван ден Аккером. По мнению авторов «метамодернизм - это не устоявшаяся или не нарождающаяся структура восприятия, но доминирующая культурная логика современности. Можно воспринимать его как попытку нашего поколения преодолеть постмодернизм и как общую реакцию на чреватый кризисами настоящий момент». Следует отметить, что указанные теории до сих пор подвергаются критике со стороны многих ученых. Я.И. Гилинский, опираясь на данные теории попытался дать научное объяснение совершенно новому направлению в криминологии возникшему в период постмодерна на перспективу метамодерна.
Монография состоит из двух частей, в первой рассматриваются вопросы неокриминологии. Автор утверждает, что в настоящее время, традиционные представления о преступности, криминогенных факторах, социальном контроле над преступностью, включая наказание, все меньше и меньше соответствуют социальным реалиям. Закрепляя это не только своими выводами, но и приводит мнения ряда ученых, придерживающихся подобной точки зрения. Автор объясняет это изменением самого человека, который меняет окружающее его общество и тем самым изменяя научные представления. В качестве аргумента такой изменчивости приводит мнение, что современное общество живет в обществе посмодерна, или по мнению автора в постклассическом, постсовременном, постиндустриальном периоде. Все это влияет на научное понимание, его методы и результаты. При этом автор указывает, что тем самым не создается новая наука, а всего лишь исследуются некоторые предложения по развитию очередного этапа криминологии.
Я.И. Гилинский подробно описывает понятие неокриминология, формируя новой термин и новое понимание криминологии. Дает отличительные признаки предмета криминологии и неокриминологии исходя из их предмета. Определяя неокриминологию в системе наук, автор приводит аргументы служащие взаимосвязью с такими науками как социология, политология, уголовное право, экономика, культура и география. Характеризуя современные отечественные и зарубежные методы, автор считает необходимым применение математических методов, которые более точно отжали бы реалии времени.
Определяя понятие преступности во 2 главе, автор пытается рассмотреть преступность через призму различных уголовно наказуемых деяний, таких как убийство, изнасилование, хищение. Указывая, что в некоторых случаях, при некоторых обстоятельствах эти уголовные деяния по своей сути не могут быть признаны преступными. Поэтому, по его мнению, такие преступления являются искусственными конструкциями «построенные» обществом. При этом утверждается, что такое конструирование не является произвольным, а выработано на основе необходимости, на основе оценочных понятий вреда, ущерба. Автор утверждает, что некоторые преступления, не причиняют вреда человеку или обществу, но являются преступлениями. Подтверждая свое мнение, автор считает, что согласно букве закона, все взрослое население может быть преступниками. Объясняя это тем что преступление не является чем-то естественным по своей природе, а суть социальный конструкт, который заключается в конструировании контролирующими инструментами норм и принципов для определения преступления.
Исследуя исторические особенности преступности в различные времена и у различных народов, автор приходит к выводу, что постмодернизм в криминологии (неокриминологии) рассматривает преступность как порождение власти в целях ограничения иных, не принадлежащих власти, индивидов в их стремлении преодолеть социальное неравенство, вести себя иначе, чем предписывает власть. Рассматривая основания криминализации, автор полагает, что главным основанием является представление власти об их опасности для нее. Поэтому, по мнению автора, в Уголовном кодексе Российской Федерации предусмотрены целые главы и статьи направлены на защиту интересов власти и ее представителей. Более того, автор считает, что существующие нормы, направленные на защиту прав граждан, для специальных служб не являются преступлением. Подводя итоги этому экскурсу, автор полагает, что только власть через свои законодательные органы определяет принципы и признаки преступления, убеждает население в их правильности и устанавливает свою правоприменительную практику.
Анализируя вопросы основных показателей преступности, автор исходит из наличия проблем в регистрации преступлений и как следствие в наличии латентности. Выделяя искусственную латентность, автор отмечает о наличии фактического занижения преступности государственными органами, что является существенным негативным фактором правоприменительной практики. Рассуждая о личности преступника как о элементе криминологической характеристики, автор считает, что необходимо отказаться от данного элемента, объясняя это тем что всем людям свойственны те особенный черты характера, которые отличают преступника от любого человека и это не делает людей преступниками.
Вопрос о причине преступности исследуется в третьей главе, в которой автор настаивает на том, что такой причиной является законодатель, который и создает уголовный закон. Анализ деятельности законодателя по криминализации либо декриминализации деяний является, по мнению автора, первостепенной задачей неокриминологии. Исследуя этот вопрос, автор выявил несколько факторов влияющих на законодательный процесс, в их числе политические обстоятельства, социально-экономическое неравенство, технологическая революция, «виртуализация» жизнедеятельности, фрагментаризация общества постмодерна, консьюмеризация сознания и жизнедеятельности.
Исследуя состояние преступности в четвертой главе, автор поясняет, что для полноты картины недостаточно фактически зарегистрированных случаев, и поэтому такое суждение о состоянии преступности будет приближенным к реальности. На основе статистических данных автор приходит к выводу что, начиная с конца 1990 и начала 2000 годов происходит сокращение количества и уровня преступлений, особенно в динамике убийства. Пытаясь ответить на вопрос о причинах снижения преступности, автор выдвигает несколько гипотез объясняющих такой спад. Осмысливая состояние преступности в ее динамике, автор попытался раскрыть ее механизмы через отдельные виды преступлений, такие как преступление против личности, против собственности, терроризм, организованная преступность, коррупция и наркопотребление.
В пятой главе автор исследует социальный контроль над преступностью, который включает в себя, по мнению автора, правотворчество (создание и трансформация уголовного закона); правоприменение, включая расследование уголовных дел, судопроизводство и применение наказания; профилактику (предупреждение) преступлений. Анализ системы наказаний выявил важную проблему ее кризиса, которая заключается в том, что наказание в России и в других странах не достигло своей цели, т.к. социальная справедливость, исправление, общее и специальное предупреждение в современном мире вызывает больше вопросов чем ответов. Неэффективность наказания не должно быть рычагом для отказа от уголовного права, в виду того, что для этого еще не готово само общество т.к. это может привести к негативным последствиям. Поэтому, встает задача оптимизировать систему наказаний и минимизировать их вредные последствия. По мнению автора, необходимо сократить вред от наказания, а именно исключить смертную казнь, применение лишения свободы должны быть сведены к минимуму. Автор предлагает сократить сроки лишения свободы до двух, трех лет. При этом отбывание наказания в виде лишения свободы должно быть не репрессивным, а направлено на ресоциализацию, реадаптацию осужденных, повышение их образовательного уровня, обучение их новым профессиям или повышение профессионального уровня. Автор предлагает уделить внимание ограничению свободы как одной из альтернатив лишению свободу, т.к. электронные средства слежения делают этот вид наказания более перспективным. Другим предложением автора является замена уголовной системы наказания на альтернативную, перейти от «возмездной юстиции» (retributive justice) к юстиции возмещающей, восстанавливающей (restorative justice).
Поднимая проблему профилактики преступлений, автор указывает о огромной ее роли в противодействии роста преступности. Автор отмечает, что наиболее важной проблемой является проблема соотношения мер безопасности и прав, свободы человека. Более того автор подчеркивает, что такое положение может привести к значительному нарушению прав человека, приводя в пример внутреннюю политику Китая, внедрившим так называемый «социальный статус». Соглашается со многими учеными, считающими, что средства защиты превращаются в источники опасности, для защиты от которых создаются новые средства, которые вновь становятся опасными.
Вторая часть рассматривает проблемы перехода от общества постмодерна к метамодерну, при котором привычные условия меняются новыми, непривычными, «цифровыми» условиями, которые существенно влияют на все социальные процессы и явления, в том числе и на преступность. Описывая новеллы постклассического общества, автор указывает их условия, к которым, по его мнению, относятся технологически прорыв, глобализацию, массовую миграцию, олигархизм экономическое неравенство. Заключая, что все это меняет само представление о преступности, ее причинах и наказании. Изучая генезис постсовременной криминологии, автор указывает, что несмотря на проблемы с взаимосвязью с иностранными учеными, советская криминологическая наука вобрала в себя самые лучшие зарубежные идеи.
Исследуя понятие преступности, автор размышляет о самой природе преступности, отмечая, что, казалось бы, самые опасные преступления, например, убийство, может быть героическим поступком, если оно произошло во имя защиты национальной свободы и независимости. Поэтому автор вопрошает, на каком же основании, почему те или иные деяния признаются государством «преступными»? На данный вопрос автор отвечает тем, что существует классическая модель в виде общественной опасности. Однако, автор, полемизируя такой подход, указывает, что по сути любой человек, исходя из формальных норм, может быть преступником. Поэтому по мнению автора, единственным «основанием» криминализации деяний служит воля, желание государя, императора, вождя, президента, власти. Исходя из высказанного постулата, автор вопрошает о том, почему есть уголовная ответственность за оскорбление религиозных чувств верующих, но нет ответственности за оскорбление чувств атеиста и другие сравнения. При этом автор соглашается с мнением ученых утверждающих о необходимости максимально очистить уголовные законы, декриминализировать деяния, не представляющие реальной угрозы жизни и здоровью людей, сократить криминализированные деяния до минимума действительно опасных преступлений. Рассматривая вопрос о личности преступника, автор опять же ратует за отказ от такого учения.
Останавливаясь на причинах преступности, автор ссылается на существующие теории, но делает вывод о том, что все мы живем под воздействием бесчисленного количества факторов, условий, обстоятельств и по-разному реагируем на них в целях удовлетворения наших потребностей. Обращаясь к теме наказания, приводится аргумент о его необходимости. Однако, автор утверждает, что современные реалии свидетельствуют об обратном, что даже самое жесткое наказание не является достаточно эффективным. Автор, повторно (ранее об этом говорилось в первой части) предлагает отказаться от смертной казни. Лишение свободы рекомендуется сократить до 2-3 лет, за тяжкие преступления. Призывая гуманизировать наказание, автор считает, что это приведет к гуманизации поведения людей. Данная позиция является спорной как в научной, так и в правоприменительной среде и поэтому постоянно подвергается критике.
Наряду с указанными частями, монография содержит ряд статей, таких как: «В тупике ли криминология постмодерна?», «От общества постмодерна к метамодерну. Размышления криминолога», «Немного о профилактике уголовно-наказуемого поведения», «Цифровой мир и право», «Девиантность в обществе постмодерна: проблемы и прогнозы», «О правовой определенности и неочевидности уголовной противоправности. Размышления криминолога», «Антропологическая составляющая криминологии постмодерна (постсовременности)», «Девиантность и девиантология в Универсуме Н.Н. Моисеева» и «Стратегия и тактика уголовно-правовой политики в эпоху постмодерна». Все эти статьи раскрывают ранее указанные в первой части монографии проблемы и научные выводы автора. Тем самым автор закрепляет свои выводы уже апробированными публикациями.
Монография Я.И.Гилинского «Криминология права» является новым криминологическим течением и отличается авторским видением поставленных вопросов.
Турецкий Николай Николаевич, д.ю.н., главный научный сотрудник Института законодательства и правовой информации Республики Казахстан
Жан-Франсуа Лиотар «Состояние постмодерна» // https://moodle.znu.edu.ua/pluginfile.php?file=/123816/mod_resource/content/1/%D0%9B%D0%B8%D0%BE%D1%82%D0%B0%D1%80%20%D0%96%D0%B0%D0%BD-%D0%A4%D1%80%D0%B0%D0%BD%D1%81%D1%83%D0%B0%20-%20%D0%A1%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%8F%D0%BD%D0%B8%D0%B5%20%D0%BF%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%BC%D0%BE%D0%B4%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B0(Gallicinium)-1998.pdf
Тимотеус Вермюлен, Робин ван ден Аккер: Что такое метамодернизм? // https://dvoetochie.org/2014/06/19/metamodernism/
