19.05.2007
Без штампов и шаблонов
Беседа с заместителем председателя Комитета по судебному администрированию при Верховном суде Ираком Елекеевым состоялась сразу после его приезда из Алматы, где он встречался с ветеранами судебной системы. Разговор то и дело прерывает звонящий телефон — в семнадцать у него совещание. На столе аккуратные стопки папок с документами и письмами. Собеседник ловит мой взгляд и говорит:
— Решение суда — половина дела. За этими письмами — судьбы людей, их надежды и вера в справедливость. Каждая жалоба для нас — сигнал о неблагополучии. Поэтому не устаю повторять о том, что ответ должен быть понятным даже не посвященным в юридические тонкости гражданам. Ведь порой напишут общие фразы, при этом сами не понимают сути и не знают пути решения проблемы. Всегда говорю: прежде, чем начать что-то делать, надо уяснить конечную цель. Иначе вся работа превращается в мартышкин труд. И людям от этого никакой пользы.
В стране у нас сто тысяч алиментщиков, двадцать тысяч из них — злостные неплательщики. Не желают они помогать своим чадам и не думают, какими они вырастут.
При воспоминаниях о своем детстве выражение его лица теплеет.
— Родился 20 мая 1947 года в живописном селе Ганюшкино, расположенном на притоке Волги, откуда рукой подать до Астрахани. Мать звали Нурлы, она была портной, обшивала все село. Ее первого мужа расстреляли в 1937 году. Потом она вышла замуж за моего отца Андиржана Касымова. Он был известный в районе человек, заслуженный учитель Казахской ССР, ушел из жизни, когда мне было шесть лет.
Трудиться начал с пятнадцати лет в поселке Аксуек Джамбулской области. До этого времени он учился только в казахских школах, а в поселке Аксуек, куда прибыл, была школа с русским языком обучения. Юноша мечтал о высшем образовании, поэтому устроился в управление рабочего снабжения и параллельно поступил в вечернюю школу.
После получения аттестата твердо решил стать юристом. Но поступить на юрфак было почти нереально. Конкурс — 20—25 человек на место. На всю республику — всего один юридический факультет. Настойчивый молодой человек отправил письмо в адрес министра высшего и специального образования СССР Вячеслава Елютина. Через время пришел ответ о том, что ЦК КПСС принял постановление об открытии при юридическом факультете подготовительного отделения. Сначала он поступил на рабфак, а затем в КазГУ имени Кирова. Огромное влияние на формирование его мировоззрения тогда оказал виднейший ученый-правовед Салык Зиманов.
В становлении юриста-практика неоценимую роль сыграл также заслуженный юрист Казахской ССР Куанышбай Мамбетов. До сих пор он хранит у себя документы с правками, которые делал учитель.
После окончания вуза в 1977 году Елекеев попал по распределению на Мангышлак. Еще в студенческие годы заприметил он свою избранницу Галию. Они учились вместе, три года подряд работали в стройотряде. Предложение сделал ей после выпускных экзаменов, но девушка оказалась с характером: взяла и отказала.
Пришлось ехать одному, в городе Шевченко ему сразу дали двухкомнатную квартиру. Работал сначала стажером, затем судьей областного суда. Перед самым новым годом решил «навести порядок» на личном фронте и сделать вторую попытку. Взял недельный отпуск, поехал к Галие, но задержался на две недели. Зато приехал с женой. А вместо поздравлений его вызвали на профсоюзное собрание и устроили «экзекуцию». На всю жизнь запомнил он слова Куанышбая Мамбетова: «Прежде всего ты должен думать о людях. По твоей милости обвиняемые находились под стражей в ожидании процесса». Этот урок он запомнил на всю жизнь.
В 1988 году Елекеев был назначен начальником управления юстиции Атырауской области. В те годы в учреждения ЗАГСа стали внедряться элементы хозрасчета, появились частнопрактикующие нотариусы.
Высокую оценку у союзного руководства получило подготовленное областным управлением юстиции всесоюзное совещание работников ЗАГСа, на котором присутствовал заместитель министра юстиции СССР Григорий Шумский.
— А в 1991 году, когда вышло постановление ЦК КПСС о том, что на автомобиле «Чайка» могут ездить лишь генеральный секретарь и члены политбюро ЦК КПСС, — рассказывает мой собеседник, — пошел к первому секретарю Гурьевского обкома партии Аскару Кулибаеву и попросил отдать его «Чайку» в отдел ЗАГСа. Может, это было и наглостью с моей стороны, зато молодожены стали ездить на престижной машине. Многие идеи, апробированные тогда в регионе, были взяты на вооружение союзными республиками.
Задатки лидера, умение отстаивать свои убеждения, идти наперекор устоявшемуся мнению помогли Елекееву стать в 1996 году депутатом Мажилиса Парламента, где он успешно отстаивал интересы региона. Судьба подарила ему возможность работать вместе с известными политиками, внесшими весомый вклад в развитие парламентаризма, такими как Каратай Турысов, Омирбек Жолдасбеков, Марат Оспанов.
В 2002 году Ирак Елекеев был назначен вице-министром юстиции. Здесь в полной мере проявились его организаторские способности. Он наладил конструктивное взаимодействие с Парламентом. Курировал нотариат, адвокатуру, вопросы правовой пропаганды, защиты интересов государства, законопроектную деятельность.
Вопросов и проблем было решено немало. Важную роль вице-министр сыграл в реализации идеи введения моратория на исполнение смертной казни в республике.
Или, вот, взять проблему частных юридических институтов, в которых массовым порядком «штамповали» юристов. При этом уровень образования был очень низким. Возникла необходимость оценки их знаний.
Опыт и здесь не подвел Ирака Елекеева. Он предложил возобновить тестирование работников юридических служб, прежде всего государственных органов. Тогда многие не понимали, говорили о некоем «накате» со стороны Минюста. Однако время показало обоснованность возврата к этой идее. Результаты тестирования наглядно показали, что отдельные «юристы» имеют отдаленное представление о сущности права, специфике той или иной отрасли. Сейчас Ирак Касымович работает заместителем председателя Комитета по судебному администрированию при Верховном суде. Недавно в Минюсте его комитет защищал концепцию законопроекта о частном судебном исполнении. «Даже в советское время, — говорит он, — судебные исполнители получали пятипроцентное вознаграждение. Сегодня же у них ненормированный рабочий день, мизерная зарплата и никаких социальных гарантий. Эти проблемы волнуют сегодня зампреда комитета. Беспокоит его и то, что не отработан механизм взаимодействия между должниками-министерствами, Минфином и Комитетом по судебному администрированию».
Словом, забот и нерешенных вопросов очень много, поэтому для осмысления пройденного пути как всегда нет времени, да и особого желания. Но упрямый календарь напоминает вновь о том, что можно и нужно оглянуться и вспомнить о прожитых годах, не всегда гладких и безмятежных, но полных исканий и искреннего желания быть полезным людям.
Татьяна БРЕДИХИНА
Источник: Газеты «Казахстанская правда» (https://www.kazpravda.kz)
