Институт преемников как особенность политического лидерства в условиях революционного и эволюционного типов модернизации переходного общества (Уразаев Е.Ж., аспирант Академии государственного управления при Президенте Республики Казахстан, магистр государственного и местного управления)

10.10.2008

УДК 37 035.91 (574) Институт преемников как особенность политического лидерства в условиях революционного и эволюционного типов модернизации переходного общества

Уразаев Е.Ж.,

аспирант Академии государственного управления при Президенте Республики Казахстан,

магистр государственного и местного управления

     С распадом Союза ССР в конце прошлого столетия каждая из стран СНГ обрела независимость и суверенитет и необходимый импульс для своего собственного социально-экономического развития. Этот импульс оказал кардинальное влияние на вектор политических процессов в постсоветских государствах, где в основном был апробирован процесс перехода от номенклатурно-командного подбора кадров политической элиты и как одного из его основных компонентов - института политических лидеров - к рекрутированию политических элит из числа молодых и перспективных кадров. То есть прослеживается отказ от «старого» гильдийского способа рекрутирования элит к более прогрессивному, антрепренерскому. Однако, как зачастую случается на практике, чистая политическая теория подправлена здесь на практике вводными переменными, в числе которых институт преемников, анализ основных плюсов и минусов которого мы попытаемся дать в настоящей статье.

На пороге XXI века Россия избрала нового национального лидера в лице В.В.Путина, который по его собственным словам есть менеджер, избранный на определенный срок. В свое время приход Путина к власти был обусловлен не вертикалью идущим снизу вверх, из народных масс, напротив, являл собой «высочайшее желание верхов» на становление на государственном посту относительно молодого лидера. Администрация Б.Н.Ельцина после долгих проб (в лице Е.Примакова, В.Черномырдина, С.Степашина, С.Кириенко) остановила свой выбор на кандидатуре Путина.

Наступил 2008 год, президентские полномочия Путина подошли к завершению. Историческая миссия президента Путина произошла - он в конституционном порядке, соблюдая нормы морали и этики, передал власть другому лидеру. Этой своей сильной и яркой стороной личности и человека он, наверняка, запомнится в истории российского государства. Более того, Путин совершил высший политический пилотаж, корректно и грамотно расставив акценты в завершающей фазе президентской карьеры. И через восемь лет авторитетного президентства (с признаками авторитарности), Россия получила нового руководителя из числа преемников - Д.Медведева. Чем это было обусловлено? И могло ли быть иначе?

Некоторые политики склонны давать оценки в следующем ключе: «Уже не первый год люди видят реальные изменении к лучшему, видят, что государство стремится решать их проблемы, создает условия для повышения качества жизни, - говорит председатель Госдумы РФ, председатель партии «Единая Россия» Борис Грызлов. - Поэтому подавляющее большинство избирателей связывают и свой личный успех, и успех страны в целом с сохранением преемственности и поддержкой курса Владимира Путина». [1]

     Не подвергая сомнению данную точку зрения, постараемся дать обоснование с точки зрения исследователей, которым рассмотрение вопроса видится важным с позиций политического лидерства в переходных обществах, характеризующихся высокой и неоднозначной динамикой политических процессов.

1. Революционный и эволюционный типы модернизации в контексте перехода к демократии

Переходные общества в общем смысле можно подразделить на два типа: первый из них - это общества, которые идут в своем развитии революционным путем, желающие на пути транзита быстрых и качественных перемен в социально-экономическом, политическом и других сферах общественного и государственного устройства.

     Второй тип переходных государств - это общества эволюционного типа, которые в своем развитии более полагаются на общественную и политическую стабильность, поэтапную модернизацию в трансформации политической системы и других сфер общества.

     Касательно стран СНГ можно отметить, что первому революционному типу подвержены страны, не обладающие стратегическими природными ресурсами (Грузия, Украина, Кыргызстан, в некоторой степени Армения). Эволюционный тип предпочли богатые природным сырьем страны Содружества, которые на пути модернизации должны сохранять так называемый баланс интересов различных страт внутри общества и во внешней политике (Россия, Казахстан, Туркменистан, Азербайджан).

     Полагаем, что революционному типу модернизации, свойственно политическое лидерство акторов, приходящим к власти не через преемственность, а благодаря своим собственным заслугам или преимуществам, которые в момент прихода к власти выглядят привлекательными в глазах широкого электората. Таковы примеры прихода к власти грузинского лидера М.Саакашвили, лидера Украины В.Ющенко, и президента Киргизии К.Бакиева.

     Напротив, в нефтеносном Азербайджане после смерти Г.Алиева лидером страны стал его сын И.Алиев, что говорит о преемственности сложившегося руководящего курса в данной стране. В газовом Туркменистане, отличавшемся ярко выраженным авторитаризмом, на смену С.Ниязову пришел к власти преемник из ближайшего окружения Г.Бердымухаммедов.

В то же время такие страны как Казахстан, Белоруссия, Таджикистан и Узбекистан остаются в фарватере выбранного ими курса, где государством руководят политические лидеры, стоявшие у истоков зарождения новой государственности.

В этой связи, можно ли говорить с уверенностью, что революционный тип модернизации общества через смену политических лидеров является показателем демократии в большей степени, чем тип эволюционный? Однозначно ответить на этот вопрос не представляется возможным, так как практика показывает некоторые тенденции расхождения с чистой теорией. Попытаемся проанализировать эти тенденции:

Революционный тип модернизации предпочтителен в силу «равных возможностей» для всех кандидатов на пост национального политического лидера.

Революционный тип модернизации не в малой степени зависит от прямой или косвенной поддержки развитых западных стран и, в первую очередь, от США. Относительно этого пункта можно добавить, что данные страны становятся своего рода «экспериментальной площадкой» для внешних государств-акторов по внедрению демократических принципов и процедур в реальное поле политических действий.

Политические процессы при таком типе модернизации характеризуются высокой степенью динамики и захватывают практически все слои общества, однако не всегда благоприятно отражаются на экономической составляющей развития.

Геополитический расклад сил в современном мире и поиск своего пути развития ставят страны с революционным типом модернизации перед выбором: а) избрать вектор развития в пользу панамериканизма и его саттелитов; б) выбрать европоцентристское направление; в) сохранить баланс интересов в тесном сотрудничестве с Россией и другими странами СНГ; г) предпочесть собственное развитие или своеобразное микширование, путем политического лавирования между интересами геополитических акторов.

И, наконец, пятое, что также немаловажно, передача власти при таком типе модернизации не всегда проходит в рамках принятых демократических принципов, так как редко действующий политический лидер передает власть своим оппонентам (оппозиции), стремясь к передаче по принципу преемственности, а то и некоторой узурпации власти[1].

Безусловно, существуют и другие аспекты рассматриваемого вопроса, мы затронули некоторые из них.

В свою очередь, эволюционный тип развития также имеет свои положительные стороны и недостатки:

Эволюционный тип модернизации предполагает более устойчивое развитие общества без обширных социально-политических потрясений, так как снимает кризисные моменты в политических процессах при выстраивании вертикали власти, хотя это зачастую приводит к авторитаризму.

Передача власти осуществляется путем передачи курса преемственности из числа сторонников политического лидера, что немаловажно для дальнейшего социально-экономического и политического общественного развития в данном государстве. Она может занимать длительное время, как в примере с КНР, а может быть решена в течение относительно короткого временного отрезка, как в случае с Россией в 90-х годах и на современном этапе.

На такие страны геополитический фактор действует отрезвляюще, так как, имея богатые природные ресурсы, такое общество сразу становится объектом пристального внимания заинтересованных в их получении стран-рецепиентов. Поэтому, на первый план в данных странах выходят вопросы: а) национальной безопасности; б) сохранения национальной и территориальной целостности государства; в) учет интересов всех геополитических государств-акторов; г) выгодный обмен природного сырья на интересующие данную страну товары и услуги; д) поддержание привлекательного инвестиционного климата в качестве составляющей экономической модернизации промышленного сектора; е) политический и иной имидж в глазах мирового сообщества с целью скорейшего достижения уровня развитых государств.

Эволюционный тип может и не оказать существенного влияния на общее социально-экономическое благополучие населения, так как методы «шоковой терапии» могут быть перманентными и однонаправленными, что никоим образом не улучшает политические настроения в стратах, более того, политические процессы в таких обществах носят «закрытый» характер, выстраивается однопартийная модель парламентаризма и т.д.;

Смена политического руководства в данных странах может также носить затяжной процесс, что с учетом других факторов, как изменяющаяся картина политического мира, экономическая глобализация, смена политических повесток дня и акцентов в мировой политике могут на определенном этапе затормозить развитие модернизирующегося общества.

Отметим, что для стран, составляющих внешнее политическое окружение крайне желательно, ввиду наличия энергоносителей в модернизирующихся обществах, чтобы эти общества были устойчивыми, действия их политических лидеров предсказуемыми, а социум обходился бы без серьезных потрясений и их последствий. То есть, для мировых политических лидеров крайне важно, чтобы руководство таких обществ держало курс на стабилизацию и устойчивость. Можно привести пример Ирака, который не был эволюционирующим обществом, тем не менее, до тех пор, пока действия Саддама Хусейна были предсказуемы, и с ним можно было договориться, руководство в Ираке могло рассчитывать на определенную легитимность в глазах мировой общественности.

Мировой опыт преемственности курса представлен различными моделями, в числе которых Китай, Турция, Япония, Куба. КНР, к примеру, демонстрирует известный синтез двух систем - социализма и капитализма - при постепенной смене руководства на протяжении более двадцати лет, в то же время в китайском обществе остаются нерешенными многие социальные вопросы (имеются регионы с колоссальным числом населения, живущим на грани нищеты).

В Турции, к примеру, гарантом преемственности кемалистского курса (проамериканского, секуляризованного и скрыто антиисламского) является корпорация военной элиты[2].

В то же время преемственность в Японии, которая также предпочла второй тип развития с эпохи Мэйдзи XIX века до сегодняшних дней, демонстрирует противоположную, успешную сторону развития.

В Японии преемственность обеспечивается верностью культурно-историческим традициям (на символическом уровне - императорскому дворцу), принципам японского национализма и высокой степенью консолидации нации и элиты. [2, С.38]

В Республике Куба, где долгие годы социализма при бессменной власти «железного Фиделя», отбросили страну на долгие годы назад, смена прошла мирным путем к брату Фиделя - Раулю Кастро[3].

Таким образом, беглый анализ двух типов модернизации с точки зрения предпочтительности как должна проходить смена политических лидеров дает неоднозначный ответ на данный вопрос.

2. Политическое лидерство в контексте преемственности и командность

Лидеру, взявшему на себя бразды правления и ответственность за судьбу страны в момент перехода, есть чему позавидовать, и есть чему сочувствовать. В первом случае, он сам вписывает свое имя в летопись истории и становится в одном ряду с выдающимися историческими личностями, что дано не каждому из нас. В то же самое время, ему приходится нелегко в паутине ежедневных и ежечасных проблем, которые встают по всему периметру решаемых задач, причем решения должны приниматься им в короткие временные отрезки.

Эта физически ощутимая психологическая нагрузка и огромная ответственность за свои поступки перед современниками и потомками оказывают колоссальное давление на таких политических лидеров. В научной литературе достаточно определений данным типам политических лидеров, но мы придерживаемся определения национальный, так как он, на наш взгляд, наиболее полно отражает те или иные черты, которые присущи лидерам-знаменосцам, лидерам-пожарникам, лидерам-по воле случая и т.д.

Преемнику такого политического лидера приходится решать задачи, оставленные его предшественником в «наследие», а также постоянно доказывать свою собственную состоятельность в качестве национального политического лидера. В то же время его функции упорядочены в том плане, что он действует в рамках уже основанной и действующей конституции. А также прошедших институционализацию государственных структур, сложившихся определенных экономических, политических, гражданских институтов.

В этом ключе любопытным представляется портрет желательного национального лидера России, данный исследователем А.Тулеевым по результатам соцопросов. В числе таких характеристик, как возраст (50-55 лет) и национальность (русский), образование (гуманитарное, предпочтительно экономическое или юридическое), опыта работы и харизмы, перечисляются такие нравственные качества как честность, порядочность, альтруизм, справедливость, доброта. Отмечается патриотизм как важнейшая черта личности, ответственность перед народом, интеллект и интуиция.

Особо отмечены волевые качества и решительность, так как от будущего национального лидера ждут решительных и радикальных мер по наведению порядка в стране, борьбе с коррупцией и преступностью.[4] Важным результатом является выявленная потребность гордиться своим национальным лидером, а не стесняться его жизнелюбивого поведения.

В деятельности будущего президента ждут приоритета национальных интересов, в том числе и во внешней политике. [3, С.13-133]

В целом можно согласиться с данным портретом и даже экстраполировать эти характеристики портретов политических лидеров будущего на другие страны СНГ, так как во многом политические процессы в данных обществах представляются схожими.

Относительно Казахстана, исходя из перечисленных положений статьи, можно спрогнозировать сценарий передачи власти по принципу преемственности. Это обусловлено вышеотмеченными интересами сохранения баланса политической стабильности и устойчивого экономического развития, национальной безопасности и сохранения территориальной, политической целостности государства, а также мирным сосуществованием и дальнейшим процветанием полиэтничного и поликонфессионального общества. Такой вариант был бы предпочтительным, исходя из данных концепций.

Анализ института преемников показывает, что, несмотря на ряд предпочтительных сторон в преемственности: сохранение баланса интересов во внешней и внутренней политике, дальнейшее проведение социально-экономических преобразований, забота о повышении благосостояния населения и др., существует ряд причин, которые могут привести к кризису в общей структуре преемственности. Это скорее внутренние причины, связанные с переходом от стадии становления к собственному росту преемника: смена «команд», усиление административного давления и передел собственности, выход преемника на другой уровень, т.е. выход из контролируемой зоны влияния и создание собственной зоны влияния. В данной статье остановимся подробно на смене «команд».

Командный стиль руководства предполагает наличие у политического лидера его последователей и окружения, которые играют современную «свиту короля». Ядро команды, как правило, составляют ближайшее окружение лидера из соратников, вместе прошедших этапы становления (это могут быть друзья, родственники, однокашники и т.д.)[5].

Следующий за ядром ближний круг формируется из преданных членов команды, которые подбираются по принципу обязательств - путь к вершине власти был открыт данным индивидам благодаря не стечению обстоятельств, а политическому лидеру, который тянет вверх последователей. Как правило, это опытные администраторы, специалисты в различных отраслях хозяйства. Роли в командах строго разделены, также как и управленческие функции индивидов разделены соответственно их индивидуальным способностям. Ближнее окружение можно подразделить на:

- управленцев-стратегов, вырабатывающих программы перспективного развития;

- управленцев-тактиков, которые осуществляют оперативную деятельность в рамках данных программ;

 - управленцев-реализаторов, претворяющих программы на определенных этапах.

Второй круг ближнего окружения составляют последователи, примкнувшие в ходе политической борьбы, или выпестованные внутри системы.

Говоря о командном стиле руководства, нельзя не отметить то, что каждый член команды стремится к ограничению влияния на него со стороны коллег, с той целью, чтобы его роль и функции не могли быть перехвачены конкурирующими членами команды, во-первых. Во-вторых, он стремится к расширению своего влияния и авторитета на возможно больший круг последователей. В этом ключе члены команды стремятся к усилению влияния через внутрикомандную конкуренцию личными способностями, а также через создание собственных групп влияния, подкоманд в общей структуре руководства.

Данные группы влияния, преданные своему лидеру, не являются в полной мере членами команды, так как: 1) они исполняют вторые роли и для продвижения вверх к вершине власти им необходим успешный путь в первую очередь их лидера; 2) будучи на вторых ролях, они подвержены многочисленным рискам. Это связано с издержками политической, внутрикомандной и другой борьбы и тем, что индивиды могут стать разменной фигурой в многоходовых политических комбинациях; здесь для членов команды третьего и нижних уровней свойственно стремление к выживанию любыми средствами; 3) средневековой принцип вертикали подчинения, когда «вассал моего вассала - мой вассал» действует в командной системе с той же постоянностью, но на других конкурирующих членов команды он не распространяется.

 Группам влияния, следующим в общей структуре команды за своим лидером присуща борьба между группами, и выигрывает та группа, лидер которой успешней, конкурентоспособней, дальновидней и авторитетней.

Относительно структуры подбора команды можно отметить следующие уровни:

Первый уровень составляют как обычно выходцы из партийной номенклатуры, зарекомендовавшие себя опытными и преданными администраторами.

Второй уровень составляют представители интеллигенции, видные общественные деятели, представители силовых ведомств и т.д., которые по тем или иным причинам могли бы быть полезными в решении стратегических и тактических задач.

Третий уровень составляют представители относительно молодого поколения, получившие образование, как правило, в престижных столичных университетах, потомки представителей первого и второго уровней.

Четвертый уровень составляют выходцы из бизнес-кругов, для которых путь к власти открывает возможности для расширения бизнеса, его легализации.

Пятый уровень - это подготовленные как отечественными, так и зарубежными вузами новые кадры из числа молодых, способных и достаточно амбициозных последователей.

Шестой уровень - «последователи последователей». Именно на шестом уровне команда начинает давать сбои в работе, так как причин тому может быть несколько.

Во-первых, выходцы шестого уровня склонны в работе к подчинению и ожиданию указаний, побуждающих к действию, здесь прослеживается слабая личная мотивация на фоне всевозможных перестраховок; во-вторых, личностный рост индивидов этого уровня напрямую зависит от положения ведущих их лидеров в системе властных отношений; в-третьих, недостаточный уровень собственно знаний может быть подменен действиями по шаблону, копированием чужих идей и инноваций без учета специфики политической и экономической действительности.

Резюмируя вышеназванные положения статьи можно отметить следующее: курс преемственности в мировом опыте отмечается в различных странах с разными политическими системами. Страны СНГ можно условно подразделить на два типа модернизации - эволюционный и революционный. К первым типам относятся страны с большим набором факторов в числе которых обладание природными ресурсами, полиэтничность и поликонфессиональность, ко второму - страны, являющиеся «экспериментальной площадкой» для развитых стран Запада, с приоритетом национальной идентичности на фоне слабых природных ресурсов. В странах СНГ курс преемственности развит в большей степени и оформляется в так называемый институт преемников, где избрание носит формальный характер и оформляется институционально и законодательно после согласования с действующим руководством и политической элитой. Преемственность в странах СНГ идет на фоне политического становления команд, следующих за своим определенным лидером.

Список использованной литературы:

1.                 Сергей Архипов. Вместе победили // Аргументы и факты. - №10 - 2008. - стр.4.

2. Деньга Халидов. «План Путина» и проблема преемственности. // Политический класс. - №1. - январь 2008. - 128 с.

3. Амангельды Тулеев. Политическое лидерство в современной России. Региональный ракурс. М.: Издательство «Мысль» - 2000. - 231 с.

Түйін

Бұл мақалада ТМД елдеріндегі саяси көшбасшылықтың сабақтастығы курсы туралы, жаңа мемлекеттік-саяси білім беру - мұрагерлер институты туралы қозғалады.

Өткізілген саяси курстағы сабақтастық көптеген елдерге тән, автор Қытай, Жапония, Турцияны мысалға ала отырып, осы бағыт бойынша қысқаша саяхат жасайды.

Мақалада автор ТМД-да қоғамның модернизацияның революциялық және эволюциялық типтеріне ауысуын шартты түрде бөліп көрсетуге тырысады. Автор аталған типтердің негізгі тұжырымдамаларын және қарастырылып отырған жағдайға ықпал ететін факторларды анықтауға ұмтылады.

Мұрагерлер институты басқару стилі контексінде топты іріктеу және онда белгіленген рөлдер мен функцияларды бөліп беру әдісі бойынша қарастырылады.

The resume

Given article about a rate of continuity in political leadership of the CIS countries, about rather new state-political formation - institute of successors. Continuity in a spent political rate it is characteristic for many countries, the author does brief digression in the given direction on an example of China, Japan, Turkey, etc. In clause the author does attempt of conditional division of transitive societies in the CIS on revolutionary and evolutionary types of modernization. The author does attempt to designate the basic concepts of the given types and the factors influencing considered positions. The institute of successors is considered in a context of style of a management on a trial and error method of a command and distribution in it of the certain roles and functions.

Источник: Уразаев Е.Ж.