16.06.2015
О некоторых вопросах в рассмотрении дел связанных с банковскими спорами
Ермек Сисимбаев,
Судья апелляционной судебной
коллегии по гражданским и административным
делам суда г.Астаны
При рассмотрении вопросов связанных с разрешением гражданских дел, возбужденных по банковским спорам необходимо отметить, что главным нормативным правовым актом, на основе которого регулируются правоотношения по взысканию задолженности с граждан Республики Казахстан и обращении взыскания на их залоговое недвижимое имущество, является Конституция Республики Казахстан. Поскольку банковская деятельность, составляющая основы экономической деятельности Республики Казахстан, обладает властными полномочиями по возврату заёмных средств по отношению к физическим лицам, в связи с чем не может не затрагивать основополагающие конституционные права и свободы граждан.
Далее, по иерархии идут Гражданский кодекс Республики Казахстан, законы Республики Казахстан «О банках и банковской деятельности в Республике Казахстан», «Об ипотеке недвижимого имущества», «Об оценочной деятельности в Республике Казахстан», «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество», и др.
В соответствии с требованиями пункта 1 статьи 727 Гражданского кодекса Республики Казахстан по договору банковского займа займодатель обязуется передать взаймы деньги заёмщику на условиях платности, срочности и возвратности. Особенности договора банковского займа подробно регламентированы в статье 728 Гражданского кодекса Республики Казахстан. Таким образом, предполагается, что при надлежащем исполнении сторонами заключённых договоров банковского займа, у сторон не должно возникать проблемных вопросов по возврату предмета займа. Однако, как показывает практика рассмотрения таких споров в судах города Астаны, причина споров до банальности проста, «денежные средства берутся чужие, а отдавать приходиться свои». Так, как видно из материалов рассмотренных гражданских дел граждане, пользуясь доступностью и лёгкостью в получении кредитных средств, охотно берут во всевозможных банках значительные денежные суммы, которые по суммам превосходят материальные возможности по их возврату.
При этом, в соответствии с условиями банковского займа, заключают договора о залоге недвижимого имущества, в виде жилых и нежилых помещений, различных объектов производственного назначения. На практике, этим имуществом, как правило, является единственное жилище семьи заёмщика. В последствие, в виду выхода заёмщика на просрочку возврата заёмных средств, при неисполнении или ненадлежащем исполнения последним своих обязательств по условиям договора и в силу пункта 3 статьи 722 ГК РК, у банка возникает законное право требовать от заемщика досрочного исполнения обязательств по возврату займа. Кроме того, банк в соответствии с условиями договора, вправе обратить взыскание на залоговое имущество, как во внесудебном, так и в судебном порядке.
В таких случаях, как правило, к заёмщикам задним числом возвращается здравое осмысление возможности наступлений неблагоприятных материальных последствий. При оспаривании банковских исков о взыскании задолженности, у ответчиков, как правило, необоснованно возникают претензии к банкам по расчётам задолженности, в основном в части начисления вознаграждения. В подавляющем большинстве случаев, этим обстоятельством объясняется не признание исков банка в части взысканий вознаграждения. Со ссылкой на свои материальные трудности и положения статьи 364 Гражданского кодекса Республики Казахстан о вине кредитора, ответчики в подавляющем большинстве случаях, необоснованно требуют от суда освободить их от обязанности по надлежащему исполнению договоров банковского займа в части задолженности по вознаграждению.
В обоснование этому, высказывается мнение о сомнительности требований о досрочном возврате всей оставшейся суммы предмета займа вместе с вознаграждением, поскольку мол, такая практика противоречит требованиям статей 317, 321 ГК РК и нормам Закона РК «Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей», регулирующие способ и очередность обращения взыскания на имущество. Выдвигаются и иные надуманные возражения, однако для должника цель одна отсрочить официальную принудительную процедуру взыскания задолженности. Полагаю, что подобные суждения не являются бесспорными и не способствуют укреплению сложившейся финансовой денежно-кредитной системы государства, поскольку в соответствии с требованиями статей 272, 273, 380, 715, 728 Гражданского кодекса Республики Казахстан и в соответствии с законом Республики Казахстан «О банках и банковской деятельности в Республике Казахстан», односторонний отказ от исполнения обязательств по договору и одностороннее изменение его условий по закону не допускается. Доступность и простота механизма предлагаемая банком в заключении договора банковского займа на получение денежных средств, вовсе не означает не обязательность исполнения его условий. Как правило, значительная часть подобных исков банков к заёмщикам удовлетворяется судами в полном объёме требований, поскольку для этого были все установленные законом основания.
Наряду с изложенным, следует отметить, что в отдельных случаях, доводы заёмщиков о необоснованности и необъективности начислений по задолженности (особенно по вознаграждению и соответственно по неустойке), находят в судебном заседании неоспоримое подтверждение. В таких случаях, как правило, суд восстанавливает права заёмщика, путём вынесения соответствующего обстоятельствам дела и нормам материального права судебное решение об отказе в иске, либо о частичном удовлетворении исковых требований банка в пределах действительных расчётов о задолженности. Однако, процесс по отыскания истины в некоторых случаях не всегда бывает лёгким и скорым. Так, например: 08 января 2006 года АО «Казкомерцбанк» и некий заёмщик «А» заключили кредитный договор, согласно которому заёмщику, ответчику «А» был предоставлен заём в размере 4 906 501 тенге, сроком до 26 декабря 2033 года, со ставкой вознаграждения за пользование займом в размере 12, 75% годовых, на условиях срочности, обеспеченности, платности и возвратности. Заём был выдан для оплаты стоимости однокомнатной квартиры по долевому строительству. В обеспечение надлежащего исполнения кредита, ответчик по договору залога, предоставил банку право имущественного требования данной квартиры по окончании строительства. Однако ввиду ненадлежащего исполнения договора ответчиком с октября 2008 года, образовалась задолженность в сумме 5 216 679 тенге, в том числе просроченный основной долг в сумме 4 864 225 тенге, просроченное вознаграждение в сумме 325 152 тенге, пеня 30 000 теге. Учитывая эти обстоятельства с целью восстановления предмета займа, а именно возврата денежных средств направленных на оплату строительства, Банк решением суда расторг договор долевого строительства ответчика с застройщиком. И 15 июня 2009 года официально уведомил об этом ответчика «А».
Но несмотря на это обстоятельство продолжал начислять процентное вознаграждение. Затем, в связи с окончанием строительства и передачи квартиры ответчику в октябре 2012 года банк объявил ответчику об аннулировании соглашения о расторжении договора и в начале 2013 года предъявил иск о взыскании задолженности рассчитанную до января 2013 года в сумме 9 236 114 тенге, в том числе просроченный основной долг в прежней сумме 4 864 225 тенге, просроченное вознаграждение в сумме 2 584 128 тенге и пени 1 787 760 тенге, то есть задолженность возросла за счёт начислений процентов по вознаграждению и пени за период в 1531 день, когда договор долевого строительства был расторгнут по инициативе банка. Очевидно, что расчёты по вознаграждению не соответствовали обстоятельствам, приведены не верно, поскольку в соответствии с требованиями статьи 718 Гражданского кодекса Республики Казахстан вознаграждение выплачивается заёмщиком за пользование займом в соответствии с условием договора. Невзирая на это, Решением Алматинского районного суда города Астаны от 18 апреля 2013 года иск банка был удовлетворён в полном объёме требований. Данное решение постановлением апелляционной и кассационной инстанции соответственно 24 июня 2013 года и 8 октября 2013 года было оставлено без изменения.
Далее 25 февраля 2014 года, постановлением надзорной судебной коллегии по гражданским и административным делам Верховного Суда Республики Казахстан, все ранее состоявшиеся по делу судебные акты были отменены с направлением на новое рассмотрение в апелляционную инстанцию, в связи с неправильной оценкой обстоятельств дела, а именно действий банка по косвенному увеличению убытков заёмщика. При новом рассмотрении 26 августа 2014 года иск был удовлетворён частично, путём снижения взыскания задолженности с пени в соответствии с требованиями статьи 297 Гражданского кодекса Республики Казахстан с 1 787 760 тенге до 178 776 тенге, таким образом снизив иск с 9 236 114 тенге до 7 358 011 тенге, при этом по прежнему не входя в обсуждение правильности начислений по вознаграждению за период когда договор был расторгнут. Хотя об этом однозначно, ранее было отмечено в мотивировочной части надзорного постановления Верховного Суда Республики Казахстан при отмене. В связи с неполным исследованием обстоятельств по делу и другими допущенными процессуальными нарушениями 31 марта 2015 года данное постановление вновь было отменено кассационной инстанцией на новое рассмотрение. И только при очередном рассмотрении в мае 2015 года данный банковский спор нашёл окончательное разрешение, путём вынесения решения о частичном удовлетворении иска банка о взыскании задолженности с исключением суммы незаконно начисленной неустойки в период расторжения договора.
При этом, несмотря на то обстоятельство, что банк не произвёл возврат основной суммы займа и аннулировал расторжение договора, суд исходил из достоверно доказанного факта вины банка умышленно способствовавшего увеличению убытков ответчика, что в соответствии с требованиями статьи 364 ГК влечёт уменьшение его ответственности перед кредитором, на что ранее не было обращено внимание. Как видно, из истории движения одного гражданского дела по банковскому спору, субъективный характер оценки банком обстоятельств периода предоставления займа в свою пользу, вопреки требованиям действующего законодательства, существенно нарушили права заёмщика, что также не может не отразится на имидже банка, поскольку преследование только удовлетворения своих интересов, без учёта интересов другой стороны, не отражает целей и задач известного финансово-кредитного учреждения. Об этом, весьма кстати, есть замечательное разъяснение Национального банка Республики Казахстан в ноябре 2014 года (сведения из СМИ), который напоминает, что отношения между банками и заёмщиками носят договорный характер.
И все вопросы, связанные с договором, вопросы, связанные с исполнением договора, могут быть урегулированы исключительно сторонами договора, либо в суде. Ни один государственный орган, либо иное лицо не может повлиять на принимаемые банками решения. При этом, банкам указывалось на необходимость использования разработанных программ реструктуризации, включающие отсрочку исполнения обязательств, уменьшение размера вознаграждения, уменьшение/списание пени/штрафов и т. д.. Однако, эти разъяснения носят рекомендательный характер. Согласно требованиям статьи 34 Закона РК «О банках и банковской деятельности в Республике Казахстан», указанные выше дополнительные правила поведения и условия разрабатываются в целях снижения риска при осуществлении банковских заемных операций. Выдвигать такие требование банкам изменить условия договора, также является правом заёмщика, но это не корреспондируется с обязанностью банков в обязательном порядке изменять условия в пользу займщика, поскольку правила носят рекомендательный характер и изменений условий на новые возможно только при добровольном и обоюдном соглашении.
В связи с изложенным, приведённый пример уменьшения задолженности по вознаграждению на основании требований статьи 364 ГК, является исключением из правил, поскольку суд при рассмотрении спора о взыскании задолженности не вправе вторгаться в ранее установленные условия договора сторон, в том числе и по начислению неустойки, за исключением случаев неправильного расчёта и установленной вины кредитора. Поэтому все доводы заёмщиков о неблагоприятных исходах являющихся основанием применения статьи 364 ГК с целью уменьшения вознаграждения являются несостоятельными, поскольку суд по своей инициативе не вправе изменять установленный договором размер вознаграждения. В то же время, размер начисленной неустойки в соответствии с требованиями статьи 297 ГК РК, может быть уменьшен судом с учётом степени выполнения обязательств и заслуживающих внимание интересы должника и кредитора, если неустойка чрезмерно велика по сравнению с убытками банка.
На практике, суды, как правило принимают во внимание факты несвоевременного обращения банков в суд с иском, что необоснованно влечёт увеличение задолженности заёмщиков, в основном снижают пени до минимально разумных пределов. Недобросовестность и не разумность отдельных специалистов банков при определении действительной задолженности, путём необоснованного увеличения задолженности по вознаграждению за счёт неустойки, на наш взгляд усматривается из выше приведённого права суда в соответствии с требованиями ст. 297 ГК РК уменьшить неустойку. Так, на практике в сумму иска о задолженности кроме просроченного основного долга необоснованно включается вознаграждение в значительных размерах путём следующих обозначений: просроченное вознаграждение, плюс отсроченное вознаграждение, плюс просроченное отсроченное и тому подобные начисления. Тогда как в соответствии с требованиями статьи 718 ГК РК, процент вознаграждения выставляется в одном наименовании и выплачивается только за период пользования предметом займа. При этом, как правило, вознаграждение является фиксированной суммой определённой в графике платежей к основному договору. Следовательно, представление в расчётах и включение сумм неустойки (пени), в задолженность по вознаграждению явно незаконно.
Следует, также обратить внимание, на имеющиеся в практике случаи обращений, некоторых банков о взыскании задолженности по вознаграждению, после досрочного взыскания всей задолженности по решению суда, по тем основаниям, что решение суда не исполнено и якобы заёмщик продолжает пользоваться займом фактически.
Требования явно незаконны, поскольку после взыскания задолженности и в том числе вознаграждения, начисление дополнительного вознаграждения невозможно, так как предмет займа, на который начисляется вознаграждение уже взыскан судом. И в этом случае в процесс по взысканию задолженности вступает юрисдикция судебного исполнения, банк, в соответствии с требованиями статьи 234 ГПК РК имеет право на индексацию присуждённых сумм и не более того, для чего банку необходимо обратиться согласно требованиям статьи 140 ГПК РК с соответствующим заявлением о вынесении судебного приказа об индексации. В таких случаях, суды обоснованно выносят решение об отказе в удовлетворении исков банков о взыскании дополнительной необоснованно начисленной задолженности по вознаграждению.
Согласно пункта 1 статьи 321 ГК РК устанавливаются случаи, когда залогодержатель вправе потребовать досрочное исполнение обеспеченного залогом обязательства. Это случаи, когда невыполнение залогодателем положений договора о залоге ущемляют права залогодержателя, обеспеченные залогом. В этих случаях последний вправе потребовать досрочного исполнения обязательств, Такая возможность у залогодержателя в соответствии с пунктом 1 статьи 321 ГК РК возникает в случаях:
1) если предмет залога выбыл из владения залогодателя, у которого он был оставлен, не в соответствии с условиями договора о залоге;
2) нарушения залогодателем правил о замене предмета залога (статья 314 ГК РК);
3) утраты предмета залога по обстоятельствам, за которые залогодержатель не отвечает (пункт 2 статьи 313 ГК РК), если залогодатель не воспользовался правом, предусмотренным пунктом 2 статьи 314 ГК РК;
4) обращения взыскания на предмет залога в целях исполнения обязательств залогодателя по исполнительным документам перед третьими лицами, не имеющими преимущества перед требованием залогодержателя, при отсутствии у залогодателя иного имущества. Согласно пункту 2 статьи 321 ГК РК, залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства, а если его требование не будет удовлетворено, обратить взыскание на предмет залога в случае:
1) нарушения залогодателем правил о последующем залоге;
2) невыполнения залогодателем обязанностей, предусмотренных подпунктами 1 и 2 пункта 1 и пунктом 2 статьи 312 ГК РК;
3) нарушения залогодателем правил о распоряжении заложенным имуществом (пункт 2 статьи 315 ГК РК).
Полагаем, что приведённые в статье 321 ГК РК основания являются достаточными и не требуют дополнительного разъяснения в практике реализации Залогодержателем своего права на досрочное исполнение нарушенного обязательства, поскольку по банковскому займу в соответствии с требованиями ст.ст.722, 727, 728 ГК РК досрочное истребование предмета займа не противоречит требованиям ст. 321 ГК РК. Поэтому присутствие в договорах банковского займа, обеспеченные залогом, право банка потребовать от заемщика досрочно исполнить все обязательства по договору и возвратить в полном объеме сумму займа, уплатить начисленное вознаграждение и иные суммы, подлежащие уплате заемщиком банку в соответствии с условиями договора, при наступлении любого из указанного в договоре случая, не может нарушать права заёмщика. В противном случае, теряется смысел банковского займа, если не будут обеспечены условия предусмотренные ст.727 ГК РК о платности, срочности и возвратности, не будут минимизированы риски банков по договорам банковского займа банки, что также не противоречит требованиям Закона РК «О банках и банковской деятельности в Республике Казахстан».
Суды при рассмотрении дел данной категории, правильно исследуют причины не должного исполнения обязательств, что является основания для досрочного исполнения обязательства, обеспеченного залогом, и обращении взыскания на заложенное имущество, предусмотренные нормами статьи 321 ГК РК. Однако, в отношениях банка с физическим лицом, как правило, требование банка об обращении взыскания на заложенное имущество считают преждевременным, поскольку банком не представляются для этого соответствующие доказательства предусмотренные ст. 321 ГК РК. Кроме того, при наличии договора залогового имущества являющегося предметом смежного ипотечного договора, одновременное обращение взыскания на это заложенное имущество будет противоречить требованиям Закона РК «Об ипотеке недвижимого имущества», поскольку взыскание банковской задолженности отличается от режима реализации предмета ипотеки, вплоть до исключения денежного взыскания займа. Кроме того, полагаем, что реализация имущества ипотеки требует отдельного обращения в суд. Кроме, того, в пункте 2 статьи 317 ГК РК приведены случаи когда суд может отказать в удовлетворении иска об обращении взыскания на заложенное имущество, если допущенное должником нарушение обеспеченного залогом обязательства крайне незначительно и размер требований залогодержателя
вследствие этого несоразмерен стоимости заложенного имущества. Кроме того, на преждевременность требований об обращении взыскания на заложенное имущество, указывает возможность удовлетворения денежного требования в процессе исполнения решения в соответствии с Законом РК «Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей».
Вместе с тем, следует бытующее отметить неверное суждение отдельных должников о том, что отсутствие другого жилища для проживания позволит должнику уклониться от исполнения обязательств по банковскому займу.
Вместе с тем, следует также обратить внимание на неосведомленность простых граждан, при оплате задолженности по карт счёту, когда банк бесцеремонно производит блокировку их карточных счетов. Учитывая, что карт счёт был единственным источником получения средств существования, например зарплаты, действия банка в этом случае незаконны. Банк в таком случае формально руководствуется п.1 ст.13 Закона РК «О платежах и переводах денег», по производству безакцептного изъятие денег с банковского счета клиента, однако это влечёт блокирование карточного счёта.
Согласно сложившейся практики суды, как правило, в таких случаях принимают решения о признании блокирования картсчетов незаконным. Более того, относительно безакцептного изъятия денег с карточного счёта должника, являющегося единственным механизмом получения зарплаты, действия банков по отношению к истцу противоречат ст.28 Конституции РК, прямо устанавливающей, что гражданину РК гарантируется минимальный размер заработной платы. В данном случае банк вправе блокировать только оставшиеся пятьдесят процентов зарплаты, так как, в соответствии с пунктами 1, 3 ст. 137 Трудового кодекса, удержания из заработной платы работника производятся по решению суда, а также в случаях, предусмотренных законами Республики Казахстан, удержание не может превышать пятидесяти процентов причитающейся работнику заработной платы. Это обстоятельство также согласуется с требованиями ст.95 Закона «Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей». Как видно из примера судебной практики впадать в отчаяние в таких случаях не следует.
Взыскание банковской задолженности с должников, путём передачи своего права требования Цесионарию, в судебной практике также не является редкостью. Однако следует обратить на возникающие в практике особенности такого взыскания. Например: ТОО «Бюро по работе с дебиторами» обратилось в суд с иском к должнику «Б» о взыскании суммы задолженности в размере 565 930 тенге, мотивируя требования тем, что 14 декабря 2006 года между АО «Альянс банк» и должником «Б» заключен договор банковского займа № -1350400/2006, в соответствии с которым Банк предоставил ответчику заем в размере 503 712 тенге сроком на 36 месяцев. Однако, обязательства не исполняются ответчиком с 14 декабря 2007 года. В связи с чем, Банк передал свои права требования дебиторской задолженности ТОО «Бюро по работе с дебиторами», заключив договор факторинга № 5.5-16-3-1/935-2011 от 29 июля 2011 года, где банк является Цедентом, ТОО «Бюро по работе с дебиторами» - Цессионарий. По состоянию на 31 мая 2014 года общая сумма задолженности ответчика перед истцом составляет сумму в размере 565 930 тенге, в том числе сумма основного долга в размере 320 421 тенге, пени - 245 509,2 тенге. Просит суд взыскать с ответчика сумму задолженности в размере 565 930 тенге и судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 16 978 тенге. Представитель ответчика в судебном заседании заявил ходатайство о применении срока исковой давности по данному делу, мотивируя тем, что договор банковского займа с ответчиком был заключен 14.12.2006 года, и срок его оплаты закончился 14.12.2009 года.
Решением Сарыаркинского районного суда г.Астаны от 06 января 2015 года в удовлетворении иска ТОО «Бюро по работе с дебиторами» к Иноятовой Д.Ю. о взыскании суммы задолженности отказано. Постановлением апелляционной инстанции данное решение оставлено без изменений, апелляционная жалоба ТОО без удовлетворения в виду следующих обстоятельств. В приложении № 1А к Договору факторинга № 5.5-16-3-1/935-2011 от 29 июля 2011 года сумма уступаемых прав требований по должнику составляет 565 930 тенге. В соответствии с требованиями ст.272 ГК РК, в рассматриваемом случае обязательства ответчика должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями прежнего договора, но в пользу другого истца Цессионария ТОО «Бюро по работе с дебиторами» на основании договора о передаче прав требований от 29 июля 2011 года. Однако, Цессионарием в данном случае пропущен срок исковой давности, в этой связи, коллегия считает правомерными выводы суда первой инстанции об удовлетворении заявления ответчика о применении к данному требованию срока исковой давности. В силу п.1 ст. 177 ГК РК, срок исковой давностью является период времени, в течение которого может быть удовлетворено исковое требование, возникшее из нарушений права лица или охраняемого законом интереса.
В соответствии со ст. 178 ГК РК, общий срок исковой давности устанавливается в три года. Требования ст. 37 Закона РК «О банках и банковской деятельности» о бесрочности требований банка, в данном случае на новый договор о передаче прав требований от 29 июля 2011 года не распространяются, поскольку Цессионарий ТОО «Бюро по работе с дебиторами» по отношению к заёмщику не является банком. А АО «Альянс банк», как займодатель, удовлетворил свои требования передачей своих прав другому лицу по договору от 29 июля 2011 года. Следовательно, трёхгодичный срок исковой давности по настоящему делу у ТОО «Бюро по работе с дебиторами» необходимо исчислять не с окончания срока договора банковского займа 14 декабря 2009 года, как ошибочно посчитал суд первой инстанции, а с момента передачи прав требования другому взыскателю, то есть с 29 июля 2011 года и который оканчивается 29 июля 2014 года. Как видно из дела ТОО «Бюро по работе с дебиторами» обратилось в суд иском только 05.11.2014 года, т.е. по истечении указанного трехгодичного срока исковой давности. С соответствующим заявлением о продлении срока исковой давности, истец в суд не обращался.
Резюмируя изложенное, следует отметить, что получение кредита почти всегда ассоциируется с новыми возможностями и перспективами в личной жизни, в бизнесе. Простые граждане и предприятия используют кредитные деньги для выполнения самых различных потребностей и ведения бизнеса. Однако, нарушение обязательств по банковским займам как правило, неминуемо приводит к судебным спорам и разбирательствам и зачастую не в пользу должников, поскольку влечёт дополнительные издержки: неустойка, плюс судебные расходы, что увеличивает и без того значительные убытки. Но это вовсе не означает, что Банки всегда правы, а граждане должны отказаться от услуг банка. Хотя как показывает судебная практика в некоторых случаях, чтобы не иметь подобных проблем и споров предпочтительней было бы не рисковать и воздержаться, поскольку «деньги берутся чужие, а возвращать всегда нужно свои».
