28.10.2025
Цифровые следы против прописки: анализ решения судов Нидерландов по делу о налоговом резидентстве пилота.
Выводы для экспатов и их работодателей
Вахитов Рустам,
Сооснователь Академии БЕПС
Введение: суть решения
20 августа 2025 года Окружной суд Северной Голландии (Rechtbank Noord-Holland) вынес знаковое решение по делу о налоговом резидентстве (ECLI:NL:RBNHO:2025:9926), которое может изменить подходы к определению фискального статуса для международно-мобильных сотрудников. В центре спора оказался пилот с нидерландским гражданством, работавший на авиакомпанию с базой в Великобритании. Несмотря на официальную регистрацию в Нидерландах по адресу своей девушки, суд признал его налоговым резидентом Великобритании, пересмотрев решение суда первой инстанции, где пилот был признан нидерландским резидентом.
Уникальность этого решения заключается в методологии, которую применил суд. Столкнувшись со сложностью определения резидентства на основе традиционных критериев («постоянное жилище» и «центр жизненных интересов»), суд перешел к анализу «обычного местопребывания». Ключевым доказательством стали данные о транзакциях по дебетовой карте. Суд сделал вывод о физическом отсутствии пилота в Нидерландах в те дни, когда транзакции не совершались, но при этом у него были рабочие смены. Этот прецедент демонстрирует, что в эпоху цифровизации личные финансовые данные становятся весомым аргументом в налоговых спорах, порой превалируя над формальными документами.
Фактические обстоятельства: классический случай двойного резидентства
Ситуация, в которой оказался налогоплательщик, типична для многих современных профессионалов, чья карьера связана с трансграничной работой.
Связь с Нидерландами:
● Официальная регистрация: В течение всего 2018 года пилот был зарегистрирован в нидерландском реестре населения (BRP) по адресу арендованной квартиры его девушки.
● Личные связи: В Нидерландах проживали его девушка и мать. Он регулярно проводил здесь свободное время, посещал мероприятия, рестораны, имел абонемент в спортзал и пользовался услугами местных специалистов (парикмахер, физиотерапевт).
● Финансовые связи: У пилота были голландские банковские счета, страховые полисы (включая туристический и автомобильный) и телефонный контракт.
Связь с Великобританией:
● Трудовая деятельность: С конца 2017 года его официальной базой («standplaats») был аэропорт Лутон в Великобритании. Вся его профессиональная деятельность осуществлялась из этой страны.
● Проживание: Для выполнения рабочих обязанностей он арендовал квартиру в Лутоне.
● Экономические интересы: Заработную плату он получал на британский банковский счет, с которого оплачивал аренду и повседневные расходы в Великобритании.
● Социальная жизнь: Пилот интегрировался в местную жизнь, вступил в любительскую футбольную команду и сформировал круг общения в Великобритании.
Эта двойственность — личная жизнь в одной стране, а экономическая в другой — создала идеальные условия для спора о двойном резидентстве.
Позиция налоговых органов: акцент на формальных связях
Налоговая служба Нидерландов (Belastingdienst) заняла предсказуемую позицию. На основании внутреннего законодательства (статья 4 Общего закона о государственных налогах) и факта регистрации в BRP, наличия партнерши и активной социальной жизни, ведомство пришло к выводу, что пилот является налоговым резидентом Нидерландов.
Основные претензии налоговых органов сводились к следующему:
Наличие «устойчивой связи личного характера» с Нидерландами: Регистрация, семья и социальная активность, по мнению инспектора, однозначно указывали на то, что центр жизни налогоплательщика находится в Нидерландах.
Приоритет личных связей над экономическими: Налоговая служба утверждала, что тесные семейные и социальные узы перевешивают тот факт, что работа и основной доход были связаны с Великобританией.
Обязанность уплачивать налог с мирового дохода: Как следствие, налоговая служба доначислила налог на весь мировой доход пилота за 2018 год, отказав в применении льгот по соглашению об избежании двойного налогообложения (СИДН).
Аргументы защиты: приоритет международного соглашения
Защита не оспаривала, что согласно внутреннему законодательству Нидерландов пилот может считаться резидентом. Ключевой аргумент строился на применении правил СИДН между Нидерландами и Великобританией, которые имеют приоритет над национальным правом.
Адвокаты настаивали на последовательном применении иерархических тестов («tie-breaker rules») из статьи 4 СИДН для устранения двойного резидентства:
Постоянное жилище: У пилота было постоянное жилище в обеих странах.
Центр жизненных интересов: Защита утверждала, что экономические интересы (работа, источник дохода) были полностью сосредоточены в Великобритании, что как минимум уравновешивало личные связи с Нидерландами.
Обычное местопребывание: Основной упор был сделан на то, что пилот проводил большую часть года в Великобритании из-за требований работы (полеты, обязательные дни ожидания вблизи аэропорта). В качестве доказательств были представлены рабочие графики и данные о финансовых транзакциях.
Решение суда: победа налогоплательщика через цифровые отпечатки
Суд провел тщательный анализ, последовательно применяя тесты из статьи 4(3) СИДН.
Тест 1: Постоянное жилище (Permanent Home)
Суд установил, что у пилота было постоянное жилище в обеих странах: арендованная квартира в Лутоне (Великобритания) и квартира его девушки в Нидерландах, к которой у него был постоянный доступ (ключ) и где он жил до и после работы в Великобритании. Таким образом, этот тест не дал однозначного ответа.
Тест 2: Центр жизненных интересов (Centre of Vital Interests)
На этом этапе суд также пришел к выводу о невозможности сделать однозначный выбор. Личные и социальные связи (девушка, мать, друзья) были сильнее в Нидерландах. Однако экономические связи (место работы, получение зарплаты, карьерные перспективы) были неразрывно связаны с Великобританией. Суд посчитал, что жизненные интересы были распределены между двумя странами, и этот тест также не дал однозначного ответа.
Тест 3: Обычное местопребывание (Habitual Abode)
Именно этот тест стал решающим. Суду предстояло определить, в какой из двух стран пилот проводил больше времени. Здесь и проявился новаторский подход:
● Анализ транзакций: Суд изучил данные о транзакциях по дебетовой карте. Было установлено, что пилот совершал платежи в Нидерландах в течение 140 дней, а в Великобритании — в течение 142 дней. Эти цифры были слишком близки, чтобы сделать окончательный вывод.
● «Доказательство от обратного»: Суд пошел дальше и проанализировал дни, в которые не было зафиксировано никаких транзакций ни в одной из стран. Согласно рабочему графику, в 72 из таких «тихих» дней пилот должен был работать. Поскольку его рабочая база находилась в Великобритании, суд сделал логический вывод, что в эти 72 дня он физически находился в Великобритании.
● Итоговый подсчет: Сложив 142 дня с транзакциями в Великобритании и 72 рабочих дня без транзакций, суд получил минимальное количество дней пребывания в Великобритании — 214. Это составило явное большинство дней в году.
На основании этого подсчета суд заключил, что обычное местопребывания пилота в 2018 году находилось в Великобритании. Следовательно, для целей СИДН он должен считаться резидентом Великобритании, и право на налогообложение его доходов от работы по найму принадлежит именно этой стране.
Значение решения для международной практики
Данное дело содержит несколько важных уроков для компаний с мобильными сотрудниками и самих экспатов.
Важность «цифровой гигиены»: Формальная регистрация или наличие семьи больше не являются гарантией определения налогового резидентства. Налоговые органы и суды все чаще обращаются к анализу «цифровых следов»: банковских выписок, геолокации в социальных сетях, данных мобильных операторов.
Необходимость тщательного документирования: Мобильным сотрудникам критически важно вести подробный учет своего местонахождения (календарь поездок, билеты, чеки), который может подтвердить их заявления. Пассивное отношение к этому вопросу может привести к проигрышу в суде.
Кризис традиционных критериев: Дело показало, что классический тест «центра жизненных интересов» все хуже работает в условиях глобализации, когда личные и экономические связи человека легко могут быть разделены между разными странами. Это смещает фокус на более объективный, хотя и трудоемкий, подсчет дней пребывания.
Проактивное управление связями: Для минимизации рисков необходимо сознательно выстраивать и укреплять связи со страной желаемого резидентства (например, использовать местные банковские карты для повседневных трат) и ослаблять их в другой стране (закрывать ненужные счета, отменять подписки).
Заключение: временная победа или устойчивый прецедент?
Решение суда Северной Голландии — это значительная победа налогоплательщика, демонстрирующая, что фактические обстоятельства жизни могут перевесить формальные признаки. Однако это решение — не оправдание агрессивного налогового планирования, а скорее указание на новые правила игры.
Для практиков это сигнал о том, что консультации по вопросам налогового резидентства теперь должны включать не только юридический анализ, но и рекомендации по управлению личными данными и ведению образа жизни, соответствующего заявленному статусу. Совет «просто не пользуйся картой в стране, где не хочешь платить налоги» является опасным упрощением. Правильная стратегия — создание последовательной и доказуемой картины своей жизни, где все элементы — от контрактов до ежедневных покупок — указывают на одну юрисдикцию.
Хотя данное решение может быть обжаловано, оно уже стало частью тренда, в рамках которого налоговые органы по всему миру начинают использовать большие цифровые данные для контроля налогоплательщиков. Игнорировать эту новую реальность — значит подвергать себя и свой бизнес серьезным фискальным рискам.
