Изучение международного опыта роли судебного примирения в гражданском судопроизводстве (Марк Бир, Старший Советник Администрации МФЦА п юридическим технологиям)

Изучение международного опыта роли судебного примирения в гражданском судопроизводстве

Марк Бир

Старший Советник Администрации МФЦА п юридическим технологиям

«Boni judicis est lites dirimere.»-

Хороший судья знает, как разрешить спор.

Существует много споров о том, должен ли судья выступать в качестве посредника, помогая сторонам в разрешении споров. Некоторые утверждают, что судья должен вести себя нейтрально, выслушивать доказательства от каждой стороны и определять ответственность на основе применения закона к доказательствам. Иными словами, это не обязанность судьи, как утверждается, содействовать урегулированию, но вместо этого работа судьи определять вопросы права.

Другие утверждают, что роль судьи и судов состоит в том, чтобы помогать сторонам разрешать споры. Недавние исследования, проведенные Гаагским Институтом инноваций права с участием 80 000 человек по всему миру, показывают, что люди хотят от правовой и судебной системы помощи в решении своих проблем.

После COVID суды становятся все более перегруженными, и до такой степени, что правосудие будет осуществлено достаточно запоздало. Это объясняется несколькими причинами, некоторые из которых были предметом частого обсуждения.

Электронное заполнение, цифровые суды, упрощенные судебные решения, уточненные правила судов, суды по мелким искам, объединенные суды и другие вопросы доказывания и состязательности - это реформы, осуществленные или предложенные во всем мире. Все они имеют жизненно важное значение, но, как правило, они касаются средств ускорения судебного разбирательства или обеспечения более значительной меры правосудия в нем. Существует координатный субъект равной ценности. В ней речь идет не о лучшем проведении судебных процессов, а об их избежании. Эта тема получила некоторое внимание.

Судебное примирение играет определенную роль во многих юрисдикциях, в том числе на Ближнем Востоке, в Азии, Европе и США. Как правило, она имеет дело с мелкими претензиями и, с точки зрения согласительной процедуры, имеет разную степень успеха.

Положительные результаты, вытекающие из общего принятия серьезной попытки примирения, очевидны и обсуждаются ниже. Мнение тех, кто задумывался над этим вопросом, выражено в следующей фразе судьи Эдварда Парри: «во всех правовых реформах я ставлю на первый план примирение.»

Что такое примирение?

Примирение - это процесс разрешения споров, который включает в себя построение позитивных отношений между сторонами спора. Однако оно принципиально отличается от медиации и арбитража в некоторых отношениях. Примирение - это метод, применяемый в странах гражданского права, таких как Италия, и является там более распространенным понятием, чем медиация. Хотя примирение обычно используется в трудовых и потребительских спорах, итальянские судьи поощряют примирение во всех видах споров. «Примиритель» - это беспристрастное лицо, которое помогает сторонам вести переговоры и направляет их к удовлетворительному соглашению. Оно отличается от арбитража тем, что примирительная процедура является гораздо менее состязательным процессом; она направлена на выявление права, которое было нарушено, и поиск оптимального решения.

Примирительная процедура стремится индивидуализировать оптимальное решение и направить стороны к удовлетворительному общему соглашению. Хотя это звучит поразительно похоже на посредничество, существуют существенные различия между этими двумя методами разрешения споров. В примирительной процедуре примиритель играет относительно непосредственную роль в фактическом разрешении спора и даже консультирует стороны по некоторым решениям, внося предложения об урегулировании. В примирительной процедуре нейтральная сторона обычно рассматривается как авторитетная фигура, ответственная за выработку наилучшего решения для сторон.

В отличие от сторон, примиритель часто разрабатывает и предлагает условия урегулирования. Стороны обращаются к примирителю за наставлением, и стороны принимают решения по предложениям, сделанным посредниками. В этом отношении роль примирителя отличается от роли медиатора. Медиатор всегда сохраняет свою нейтральность и беспристрастность. Медиатор не сосредотачивается только на традиционных понятиях вины и не берет на себя единоличную ответственность за выработку решений. Вместо этого медиатор работает вместе со сторонами в качестве партнера, чтобы помочь им найти наилучшее решение для продвижения их интересов.

Преимущество медиатора состоит в том, чтобы облегчить рассуждения и представление сторонами своих собственных интересов, а также направить их к их собственному подходящему решению - хорошему общему решению, которое является справедливым, прочным и выполнимым. Стороны играют активную роль в посредничестве, выявляя интересы, предлагая возможные решения и принимая решения по предложениям других сторон. Стороны обращаются к медиатору за помощью в поиске своего наилучшего решения.

Кроме того, роль адвокатов в медиации различается. Адвокаты более активно участвуют в медиации, генерируя и разрабатывая инновационные решения для урегулирования споров. В примирительной процедуре они обычно предлагают клиентам консультации и рекомендации относительно предложений, сделанных примирителями.

Примирение и медиация направлены на поддержание существующих деловых отношений и восстановление утраченного баланса сил между двумя сторонами. Эти понятия иногда используются как синонимы, но они действительно существенно различаются в своих процедурах. В медиации медиатор контролирует процесс через различные и специфические стадии: введение, совместное заседание, собрание и соглашение, в то время как стороны контролируют результат.

В отличие от этого, в примирительной процедуре примиритель может не следовать структурированному процессу, а вместо этого управлять примирительным процессом как традиционными переговорами, которые могут принимать различные формы в зависимости от конкретного случая.

Примирение используется почти превентивно, как только возникает спор или недоразумение: Примиритель пытается остановить развитие существенного конфликта. Медиация ближе к арбитражу в том смысле, что она «вмешивается» в уже возникший существенный спор, который очень трудно разрешить без «профессиональной» помощи.

Примеры из судебной примирительной процедуры

Общеизвестно, что судьи в Англии и Соединенных Штатах используют свою любезность в некоторых делах для осуществления урегулирования споров. Разумеется, эти дела редко регистрируются, но каждый юрист знает этот факт по собственному опыту. Поэтому представляется вполне разумным предположить, что суд обладает неотъемлемым правом поощрять, предлагать и, в случае необходимости, контролировать примирительную процедуру. Этот вывод можно найти в современных решениях. Действительно, в примечании в A. L. R. 1068 говорится, что, по-видимому, есть только одно дело, которое проходит непосредственно по этому вопросу. Речь идет о деле «Харрингтона против Бостонской надземной железной дороги», в котором председательствующий судья в ходе нижеследующего судебного разбирательства предложил компромисс адвокату ответчика, даже назвав сумму, которую ответчик должен быть готов заплатить. В апелляции было подчеркнуто, что это свидетельствует о пристрастности и нарушает «право каждого гражданина быть судимым судьями настолько свободно, беспристрастно и независимо, насколько это допускает судьба человечества», как это предусмотрено статьей 29 Декларации прав. В ответ на вышесказанное Рагг, К. Дж., сказал: «поведение председательствующего судьи не нарушало справедливо строгих и высоких стандартов нашей Конституции. Не обязательно является нарушением судебной этики предлагать сторонам в соответствующих случаях разумный компромисс из противоречивых утверждений. Это предложение, которое всегда должно быть сделано со скамьи подсудимых с осторожностью. В своем заключении суд ссылается на дело ре Невитта, в котором федеральный судья в течение нескольких лет пытался «убедить стороны спора скомпрометировать судебный процесс.» Позже он вынес решение по этому делу, и его поведение было расценено как дисквалификация, на что в ответ Федеральный суд заявил, что «искренние и систематические усилия судьи добиться компромисса в этом споре свидетельствуют о его решительной похвале.» Комментируя это в деле Харрингтона, выше, суд сказал: «эта похвала заходит довольно далеко. Но это показывает, что намек на практическую мудрость гармонизации регулируемых различий сам по себе не является нарушением судебной функции.» К вышеприведенным случаям следует добавить дело Атертон против Атертона. Там судья первой инстанции во время рассмотрения дела о разводе настоятельно призвал стороны в присутствии их адвоката урегулировать свои разногласия. В ответ на жалобу об этом поведении суд заявил: «Мы не находим в деле ничего, что помогло бы заявителю утверждать, что ученый судья первой инстанции совершил какую-либо неосторожность или нарушил какую-либо норму права.» Конечно, нельзя утверждать, что человек, занимающий судебную должность, должен настолько отказаться от своего положения, чтобы стать активным агентом для урегулирования, как в деле Ливермор против Бейнбриджа, где судья пришел в офис адвоката одной из сторон и там состоялся разговор о том, что клиент адвоката заплатил определенную сумму в качестве урегулирования, судья предположил, что в противном случае, если бы было необходимо вынести решение против клиента, это могло бы быть за большую сумму.

Суд счел такие переговоры неправомерными, но предположил, что «было бы похвально в суде, в присутствии обеих сторон, рекомендовать и настаивать на урегулировании их спора между собой.»

Рассматривая юридическую историю данного вопроса, можно увидеть яркую иллюстрацию контроля суда над мирным урегулированием судебных споров.

Англия и Уэльс

Блэкстоун сказал: «штраф может быть описан как мирное решение или соглашение по иску, действительному или фиктивному с разрешения короля или его судей, в соответствии с которым земли, о которых идет речь, становятся или признаются правом сторон.» После предъявления иска возникало licentia concordandi (разрешение суда на составление иска), а затем и само соглашение, причем все это находилось под пристальным надзором суда.

«Компрометация иска без разрешения суда является преступлением, наказуемым по закону.» На протяжении всего Средневековья судьи осуществляли определенный надзор за штрафами, которые взимались перед ними. Один писатель в «английском историческом обозрении» высказал мнение, что «нет никаких доказательств того, что какие-либо штрафы до царствования Иоанна были чем-то большим, чем состав подлинных исков; только после того, как они стали общими, идея использования их в качестве средства обеспечения постоянных юридических доказательств передачи собственности постепенно выросла.»

Даже в англосаксонские времена есть свидетельства таких компромиссов. Холдсворт пишет: «Возможно, в отчетах о скомпрометированных или решенных судебных процессах мы можем увидеть зародыш того, что станет, когда суды начнут вести учет, штрафом и восстановлением более позднего права.»

Круз пишет, что «штраф был всего лишь формальным соглашением, из которого можно утверждать, что штрафы сначала были точно подобны соглашениям, которые во времена англосаксов заключались в окружных судах. Но штраф отличается от этих соглашений двумя весьма существенными обстоятельствами: во-первых, по-видимому, ничего не было уплачено за разрешение заключить такой договор и, во-вторых, он не был занесен в протоколы суда.»

Генри Адамс в своем труде «Очерки англосаксонского права» пишет: «очень поверхностное изучение судебных дел покажет, как редко сторонам позволялось доводить свои разногласия до окончательного решения. Компромисс всегда достигается там, где он возможен.»

Профессор Джордж Э. Вудбайн, рассуждая о происхождении правонарушения, пишет: «Хотя идея иска о взыскании убытков была, по-видимому, чужда правосознанию англосаксонской расы, ее место заняла другая идея, и с помощью другой процедуры она привела к тому же общему результату. Это был компромисс, одна из самых фундаментальных идей в англосаксонском праве и процедуре, как мы ее знаем». И он считает, что метод компромисса был «обычным способом разрешения споров еще в 13 веке», как в гражданских, так и в уголовных делах. В показательном деле, приведенном выше, компромисс начался «по Королевской лицензии и завершился».

Это дело, в частности, свидетельствует о том, что считалось само собой разумеющимся, что сторонам потребуется совет судей для достижения соглашения и что они обязаны следить за тем, чтобы соглашения не заключались без их согласия.

Дела, изложенные в обращениях Хили Сомерсетшир, Избранных мольбах короны Мейтленда, Избранных гражданских обращениях Бейлдона и «Placita Anglo Normanica» Бигелоу, вместе с другими вышеприведенными источниками, убедительно свидетельствуют о том, что в англосаксонские и норманнские времена не только часто происходили компромиссы между сторонами, но эти компромиссы были санкционированы и контролировались судьями.

Причина, по которой компромиссы были так распространены в эти ранние времена, без сомнения, заключается в том, что стороны хотели избежать расходов, неопределенности и задержек, которые стали неизбежными последствиями судебных разбирательств в грубой системе, которая преобладала. По мере того как шло время, и система повышалась в эффективности, необходимо было использовать компромиссы в меньшей мере.

США

В США общее право и судебная система, частично перенесенные из Англии, довольно хорошо удовлетворяли потребности сообщества первооткрывателей с его небольшим количеством судебных разбирательств. Заседания местных судов были общественными и образовательными мероприятиями, и, хотя даже тогда стороны в тяжбе хорошо справлялись со своими разногласиями и избегали судебных споров, объем дел не был таков, чтобы нужно было найти какие-то средства для его уменьшения, чтобы избежать задержек, отказа в правосудии и невыносимых расходов, с которыми мы сталкиваемся сегодня. Таким образом, как правовая система их англосаксонских предков требовала применения примирительных процедур, так и теперь огромное увеличение количества судебных разбирательств, и изменение характера этой юридической деятельности побуждает США искать какой-то метод уменьшения количества судебных разбирательств и ускорения этого судебного процесса, когда он доводится до его завершения. Примирение должно стать достойным дополнением к процедурным реформам, необходимым для осуществления экспедиции, необходимой в наших сложных промышленных сообществах.

В этой связи, особенно в том, что касается нормотворческой власти, есть важное заявление Дина Паунда в выступлении перед Американской ассоциацией адвокатов: «обученные и опытные юристы не могли думать об отправлении правосудия без гипертрофии процедуры. Но мы не можем продолжать жить в современной урбанистической индустриальной Америке под тяжестью процедурных деталей, с которыми борются наши суды. Если мы требуем, чтобы наши суды что-то делали, мы должны дать им власть делать что-то, мы должны дать им свободу делать что-то. Мы должны действительно придерживаться их материального права. Но мы не должны превращать материальное право в прецедентное, нагружая суды процессуальными требованиями. Мы должны перестать законодательно прописывать детали процедуры.» Суды когда-то обладали нормотворческой властью, и это их собственная вина, если из-за отсутствия использования они могут считаться утратившими ее и теперь должны обращаться к законодательному органу. Точно так же и с правом судей осуществлять примирение, они обладали такой властью и пользовались ею до сих пор, но, по-видимому, не предпринимают сознательных усилий для активного участия с их стороны, как того требуют их власть и долг. Пусть судьи не ждут, пока законодательный орган также создаст суды примирения сомнительной эффективности здесь, в Соединенных Штатах; или предоставить им в общих чертах ту власть, которой они уже обладают, чтобы стать активной силой в примирении. Иными словами, законодательному органу нет необходимости говорить судьям: «сами добивайтесь урегулирования там, где это возможно. По крайней мере, будьте бдительны к случаям, когда вы можете предложить дружественные предложения.» Они уже обладают этой властью, но эта обязанность легко ложится на некоторых магистратов. Мы знаем, как и предполагалось ранее, что судьи иногда используют свою любезность для того, чтобы довести дело до дружественного завершения, но настоятельно рекомендуется, чтобы это стало единообразным курсом действий, а не случайным предложением.

О принуждении, конечно, не могло быть и речи, но помощь, совет и сочувственное понимание со стороны судьи сотворили бы чудеса, ибо в силу его должности его предложения часто приводили бы к удовлетворительному дружескому заключению, когда советы друзей или советников оставались бы без внимания.

Дания

В Дании примирение в течение нескольких столетий являлось частью судебной системы и в той или иной форме было удивительно успешным вплоть до настоящего времени. Оно эффективно для цели примирения, так и через медиацию суда с акцентом в последнее время на последнее.

Норвегия

Аналогичная ситуация наблюдается и в Норвегии, где в последнее время вновь наблюдается тенденция к судебному примирению в отличие от того, что осуществляется комиссиями. По мнению генерального прокурора Норвегии Гетца, примирение лучше всего проводить с участием судей обычных судов.

Как в Норвегии, так и в Дании число дел, рассмотренных с помощью этих мирных усилий, почти невероятно, а вытекающая из этого экономия времени и денег неисчислима.

В обеих этих странах, как правило, примирительная процедура является предварительным условием для возбуждения иска.

Швеция

В соответствии с законодательством Швеции, датируемым XVII веком, судья как в Верховном, так и в нижестоящем суде, где присутствуют обе стороны, обязан попытаться добиться урегулирования спора.

Германия

В Германии в соответствии с кодексом 1877 года предварительное слушание для примирения не было обязательным, за исключением случаев, связанных с супружескими отношениями, но в соответствии с кодексом 1924 года примирение было принято в качестве общей меры для обычных дел. В коллегиальных судах единственное положение состоит в том, что в ходе подготовительного производства председатель или судья, исполняющий обязанности судьи, «с самого начала пытается произвести мирное урегулирование спора», в то время как в Amtsgericht устанавливается определенный порядок процедуры. В этом суде должно быть проведено специальное примирительное производство до начала самого иска, за исключением некоторых конкретных случаев и других случаев, которые суд, по своему усмотрению, может освободить от этого требования. Процедурные шаги заключаются в следующем:

(1) ходатайство о примирении сторон; (2) назначение судом дня для слушания дела о примирении сторон, уведомление о котором должно быть вручено ответчику; (3) слушание дела судом в назначенное время и обсуждение всего вопроса со сторонами с целью достижения урегулирования; 4) вступление мирового соглашения в законную силу в качестве любого другого судебного решения или примирение сторон, если оно не состоялось, рассмотрение дела (по ходатайству любой из сторон) в качестве любого другого оспариваемого дела. «Если такое ходатайство не было внесено, и петиция не была отозвана, суд выдает справку, подтверждающую несостоятельность примирительной процедуры, что позволяет в течение одного года без возобновления примирительной процедуры вновь возбудить дело.»В ходе согласительной процедуры, если обе стороны не явились в суд, ходатайство рассматривается как отозванное, если только со стороны одной из сторон дело продолжается так же, как и в обычном случае неявки.

Австрия

В Австрии также в некоторых судах существует Положение о вызове ответчика для примирения.

Франция

Во Франции собственно судебному разбирательству в большинстве случаев должно предшествовать примирительное слушание перед судьей. Процесс начинается путем цитирования, если стороны не явятся добровольно. Она носит неофициальный характер, и судья является лишь посредником между сторонами, который может задавать вопросы и требовать необходимых объяснений. В конце судебного разбирательства судья составляет протокол (proces verbal), фиксирующий условия урегулирования, если примирение было успешным, а если нет, то фиксирующий провал судебного разбирательства.

Италия

Из итальянских судов, в которых осуществляется гражданская юрисдикция, один называется примирителем, который напоминает французского мирового судью. «Итальянское законодательство, в отличие от французского, не содержит общего требования о применении согласительной процедуры в качестве предварительного условия иска. Однако на посредника возлагается обязанность пытаться добиться примирения любого спора, допускающего урегулирование, когда об этом просит сторона.» Посредник также выступает в качестве судьи в некоторых мелких делах. Обязанность претора (юрисдикция которого отличается от юрисдикции посредника) состоит в том, чтобы попытаться провести примирение, а в случае неудачи-в рассмотрении дела. Это напоминает процедуру, проводимую посредником, который, прежде чем действовать в качестве судьи, выслушивает стороны в качестве посредника и пытается урегулировать их разногласия.

Приведенные выше краткие ссылки на статус примирительной процедуры в Европе указывают на то, что она занимает там важное и, по-видимому, постоянное место в отправлении правосудия. В целом наблюдается тенденция перехода от специальных примирительных трибуналов к регулярно учреждаемым судам, которые рассматривают дела обычным образом, если примирение не удается. Как и следовало ожидать в таких Кодексных странах, этот вопрос регулируется статутом.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Судебная примирительная процедура - это механизм, который служит потребностям сообщества, находящегося под юрисдикцией судов; обеспечивает правосудие, ориентированное на интересы граждан; снижает нагрузку на суды; и наделяет судей полномочиями обеспечивать справедливость. Это не означает, что он не должен иметь ряд гарантий и рамок для обеспечения того, чтобы честность и независимость судей не подвергались сомнению. В Приложении А приводится пример судебного примирения в США, и многие другие процессуальные примеры существуют как в гражданском, так и в общем праве.

Что также ясно из проведенного исследования, так это то, что в большинстве юрисдикций полномочия судов и судей осуществлять судебное примирение уже существуют, не требуя никаких законодательных поправок. Это не тот случай, когда государство решает учредить специальные примирительные суды или сделать примирение предварительным условием судебного разбирательства, но ни то, ни другое не представляется необходимым.

В США было высказано предположение, что судьи уже имеют право действовать, когда они сочтут это целесообразным. «Многие судьи демонстрируют, что они действительно оказывают свою помощь всякий раз, когда это предлагает случай. Осмелюсь сказать, что, за немногими исключениями, они лишь поддерживают сочувственное отношение к сторонам и их адвокатам. Они пассивны и восприимчивы. Они не инициируют, и они не активны. Это главная причина того, что в примирении не было достигнуто большего. Это не вопрос полномочий и власти. Это вопрос ментального отношения. Вместо простого случайного согласия со стороны судьи должна быть сознательная определенная политика, направленная на достижение примирения. Как адвокаты, так и стороны в большинстве случаев приветствовали бы добрые услуги судьи. Конечно, не должно быть никакого принуждения или вмешательства со стороны судьи, и нам не нужно этого бояться. Такт и осмотрительность необходимы, но не более, чем во многих других отношениях суда».

Широкое использование примирительной процедуры в зарубежных странах на протяжении сотен лет показывает, что этот вопрос требует тщательного рассмотрения.

Приложение А - пример примирительной процедуры в судах штатов США

1. Что такое примирение?

Примирение - это судебный процесс разрешения споров для сторон в деле, чтобы разрешить спор без обращения в суд. Это позволяет сторонам обратиться за советом к судье во время примирительной процедуры и использовать его опыт и знания, чтобы прийти к оптимальному урегулированию для всех сторон.

2. Кто проводит примирительную процедуру?

Примирение проводится судьей государственного судебного Центра по разрешению споров.

3. Что происходит во время примирения?

Во время примирительной процедуры судья помогает сторонам в переговорах. Он вносит предложения, разрабатывает соответствующие предложения и направляет стороны к взаимоприемлемому урегулированию. Затем стороны принимают решения по предложениям, выдвинутым судьей.

Типичная примирительная процедура состоит из следующих этапов:

4. Должен ли я присутствовать при примирении сторон?

Вы и другая сторона должны присутствовать на примирении лично. Ваши соответствующие адвокаты также должны присутствовать.

Если вы являетесь корпорацией или юридическим лицом, вы должны назначить представителя, который имеет полномочия урегулировать дело, чтобы присутствовать на примирительной процедуре. Если только правление или орган имеет полномочия урегулировать спор от имени вашей организации, вы должны направить лицо, которое обладает наибольшими знаниями о деле и имеет все полномочия присутствовать на примирительной процедуре для урегулирования дела.

5. Почему я должен присутствовать на примирительной процедуре?

Примирение предоставляет вам и другой стороне в вашем деле возможность разрешить ваш спор без обращения в суд.

Преимущества примирительной процедуры

6. Как мне подготовиться к примирительной процедуре?

- Обсудите свое дело вместе с вашим адвокатом, если вы наняли его до начала примирительной процедуры

Помните, что цель процедуры не в том, чтобы определить, кто виноват, а в том, чтобы исследовать спор. С вашим адвокатом могут быть обсуждены следующие вопросы:

• Ваши основные проблемы, которые необходимо решить для разрешения этого спора (например, денежная компенсация, сохранение отношений с другой стороной или признание правонарушения).

• Сильные и слабые стороны вашего дела, а также риски, связанные с судебным разбирательством;

• Вероятные затраты на судебное разбирательство (например, время, судебные издержки и репутация) и готовы ли вы их нести.

• Возможные пути урегулирования спора в ходе процедуры и то, как другая сторона, вероятно, отреагирует на эти предложения.

- Сохраняйте объективность

Цель примирения заключается в том, чтобы вы общались с другой стороной и были открыты для переговоров. Чтобы этот процесс работал, вы должны быть готовы выслушать другую сторону и работать с судьей и другой стороной, чтобы прийти к соглашению, которое приемлимо для всех сторон.

- Если вы представляете организацию или компанию, пожалуйста, также убедитесь, что у вас есть все полномочия для ведения переговоров и принятия решения о результатах. Если вам нужно проконсультироваться с кем-то, пожалуйста, убедитесь, что вы можете связаться с этим человеком по телефону во время процедуры.

- Пожалуйста, возьмите с собой все соответствующие документы, относящиеся к спору. Они могут включать в себя письма, обмен электронной почтой, счета-фактуры, договорные соглашения, экспертные заключения и фотографии.

- Пожалуйста, приезжайте пораньше и выделите достаточно времени для процедуры.

7. Должен ли я оплачивать за примирительную процедуру?

Примирение по делам мировых судей осуществляется государственными судами бесплатно.

По делам окружного суда каждая сторона обязана, согласно правилам суда, уплатить пошлину в размере 250 долл. США.

8. Что произойдет, если мой вопрос не будет решен после примирения?

Если вы и другая сторона не можете прийти к соглашению после примирения, судья может рекомендовать применить другие судебные процедуры разрешения споров, такие как нейтральная оценка.

Судья также может поручить вам принять необходимые меры в определенные сроки для того, чтобы ваше дело было передано в суд в рамках процесса управления делами (например, подача письменных показаний под присягой). Такой процесс будет рассматриваться судьей в гражданских судах. Судья, который вел ваше дело в качестве посредника, не будет судьей первой инстанции. Информация, обсуждаемая в ходе примирительного процесса, останется конфиденциальной и не будет раскрыта судье первой инстанции.

9. Как примирительная процедура отличается от судебного разбирательства?

10. Я слышал о медиации проводится в государственных инстанциях. Является ли примирение тем же самым, что и медиация?