22.05.2026
Реформы в интересах правосудия или очередная имитация бурной деятельности в интересах частных лиц?
(Реплика в связи с изменениями в исполнительном производстве)
Алимжан К., юрист ТОО «Sed Lex»
Последние несколько месяцев систему правосудия в Республике вновь стало лихорадить в связи с очередными малопонятными, но концептуальными изменениями. Думаю, не будет преувеличением сказать, что в результате этих новелл система исполнения судебных постановлений стала сбоить так, что впору говорить о фактическом параличе системы правосудия, по крайней мере, на стадии исполнения судебных актов.
Ключевым изменением очередной «реформы» стало лишение права выбора судоисполнителя гражданами, что, насколько помнится, было одним из краеугольных столпов реформы исполнительного производства в 2010 г., когда в национальной правовой системе возник институт частных судебных исполнителей.
Чтобы мое мнение не было голословной критикой, приведу факты из собственной юридической практики, которые наглядно демонстрируют очевидные результаты этих изменений. В рамках одного гражданского дела, которое находится на рассмотрении специализированного межрайонного экономического суда г. Алматы, истец, интересы которого я представляю, подал исковое заявление и одновременно с ним ходатайство о принятии мер по обеспечению иска. Иск неимущественный, поэтому истец просил о такой мере обеспечения, как запрет ответчику совершать определенные действия на период разбирательства.
Определение о принятии мер по обеспечению иска (формально) от 1.04.2026 г. было вынесено судом в один день с определением о принятии иска и возбуждении гражданского дела, хотя фактически первое определение подписано судьей 2.04.2026 г. Судя по всему, судья вынес определение о возбуждении дела, упустив из виду, что в иске была зафиксирована просьба о принятии мер к обеспечению и соответствующее ходатайство приложено к иску. Пытаясь соблюсти требования пункта 1 статьи 157 ГПК РК, на следующий день (2.04.2026) судья вынес определение о принятии мер к обеспечению иска, датировав его вчерашним днем (1.04.2026).
Истец в принципе рассчитывал, что самого вынесения такого определения (о запрете ответчику продолжать оспариваемые истцом действия) будет достаточно, чтобы ответчик прекратил эти действия на период судебного дела. Однако руководствуясь бессмертным принципом «перед законом все равны, но некоторые равнее», ответчик проигнорировал определение и судебный запрет, продолжая свои действия и заявляя при этом, что он все делает законно.
В связи с этим встал вопрос о принудительном исполнении определения. Как известно, по старому механизму исполнения судебных постановлений истец или взыскатель мог получить в суде определение на бумаге с печатью суда и подписью судьи и передать по своему выбору любому частному судебному исполнителю в пределах определенного исполнительного округа. Раньше также можно было, конечно, подать заявление в суд через Судебный кабинет и попросить направить определение конкретному судоисполнителю или в региональную палату судоисполнителей. Но во втором случае взыскатель не мог контролировать срок передачи. В первом же случае сроки передачи были под контролем взыскателя.
И вот этот налаженный и достаточно эффективный механизм исполнения судебных постановлений с конца прошлого (2025) года кардинально изменился.
Как сказал М. Балабеков, председатель комитета принудительного исполнения министерства юстиции РК, в декабре 2025 г. на законодательном уровне была исключена возможность выбора частного судебного исполнителя (далее - ЧСИ) взыскателем. Теперь все исполнительные документы будут равномерно распределяться информационной системой между ЧСИ автоматически. По словам председателя, такая мера исключает возможность сговора (!) между взыскателем и ЧСИ.[i]
Если обратиться к законодательству, то согласно подпункту 2 пункта 13 статьи 1 закона РК «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам профилактики правонарушений и совершенствования отдельных отраслей законодательства Республики Казахстан» от 30.12.2025 г. (далее - Закон от 30.12.25 г.) из статьи 37 закона РК «Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей» от 2.04.2010 г. (далее - Закон об исполнительном производстве) были исключены пункты 1 и 2.
В соответствии с подпунктом 3 пункта 13 статьи 1 этого же Закона от 30.12.2025 г. из статьи 152 Закона об исполнительном производстве был исключен пункт 4.
Согласно пункту 1 статьи 37 Закона об исполнительном производстве, действовавшему до изменения от 30.12.2025 г., судебный исполнитель возбуждает исполнительное производство на основании исполнительного документа по заявлению взыскателя, если иное не установлено настоящим Законом и иными законодательными актами Республики Казахстан.
В соответствии с пунктом 2 статьи 37 Закона об исполнительном производстве, действовавшем до изменения от 30.12.2025 г., заявление подписывается взыскателем либо его представителем. Представитель прилагает к заявлению доверенность или иной документ, удостоверяющий его полномочия. В заявлении может содержаться ходатайство о наложении ареста на имущество должника в целях обеспечения исполнения содержащихся в исполнительном документе требований, а также об установлении для должника ограничений, предусмотренных настоящим Законом.
Согласно пункту 4 статьи 152 Закона об исполнительном производстве, действовавшему до изменения от 30.12.2025 г., физические и юридические лица для осуществления исполнения исполнительных документов обращаются к частному судебному исполнителю по месту жительства либо месту работы должника (для юридических лиц - по месту регистрации юридического лица), месту нахождения его имущества.
В соответствии с подпунктом 1 пункта 13 статьи 1 Закона от 30.12.2025 г. Закон об исполнительном производстве был дополнен статьей 9-1 следующего содержания:
«Статья 9-1. Предъявление исполнительного документа к исполнению
Исполнительный документ на бумажном носителе, подлежащий исполнению государственным судебным исполнителем, предъявляется взыскателем в соответствующий орган юстиции по территориальности согласно требованиям настоящего Закона.
Исполнительный документ на бумажном носителе, подлежащий исполнению частным судебным исполнителем, предъявляется взыскателем в соответствующую региональную палату частных судебных исполнителей по территориальности согласно требованиям настоящего Закона.
Заявление подается взыскателем или его представителем на бумажном носителе либо посредством государственной автоматизированной цифровой системы исполнительного производства.
Электронный исполнительный документ направляется органом, вынесшим его, посредством государственной автоматизированной цифровой системы исполнительного производства в соответствующий орган юстиции либо региональную палату частных судебных исполнителей по территориальности согласно требованиям настоящего Закона.»
Ну и, наконец, согласно подпункту 2 пункта 13 статьи 1 Закона от 30.12.2026 г. часть 2 пункта 3 статьи 37 Закона об исполнительном производстве была изменена следующим образом:
«Частный судебный исполнитель возбуждает исполнительное производство на основании исполнительного документа, направленного ему посредством государственной автоматизированной цифровой системы исполнительного производства в порядке, предусмотренном подпунктом 2) пункта 1 статьи 162 настоящего Закона.».
В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 162 Закона об исполнительном производстве Региональная палата частных судебных исполнителей производит распределение исполнительных документов посредством государственной автоматизированной информационной системы исполнительного производства между частными судебными исполнителями в порядке, определяемом уполномоченным органом.
Согласно статье 2 Закона от 30.12.2025 г., нормы этого Закона, за отдельными исключениями, были введены в действие по истечении шестидесяти календарных дней после дня его первого официального опубликования.
В информационно-правовой системе НПА РК «Әділет» указано, что закон этот был впервые официально опубликован в газетах «Егемен Қазақстан» и «Казахстанская правда» от 31.12.2025 г. и, соответственно, должен быть введен в действие со 2.03.2026 г.
Как эти новеллы отразились на исполнении судебных постановлений?
Прежде всего, действительно, взыскателя лишили права выбора судоисполнителя. Если говорить об обоснованности такого решения, то, на мой взгляд, считать действительной причиной лишения граждан права выбора возможный «сговор между взыскателем и частным судебным исполнителем» - несерьезно. Такой аргумент напоминает стандартный, набивший оскомину «железный» довод уже находящихся у власти людей, которые пытаясь очернить своих соперников, применяют выражения типа «они рвутся к власти», как будто «рваться к власти» - это отдельный состав преступления в Уголовном кодексе. Нет, «рваться к власти», выдвигая свою кандидатуру на выборах - это совершенно нормальное и законное поведение. А такой довод власть предержащих говорит только о том, что других доводов, аргументов по существу у них нет.
Точно так же при желании договор на исполнение, заключаемый между взыскателем и судоисполнителем, тоже можно называть «сговором между взыскателем и ЧСИ». Это же по существу так и есть. И если клерки из министерства юстиции пытаются вместо аргументов по существу обосновать изменения в исполнительном производстве малопонятными выражениями с негативными коннотациями (а слово «сговор», безусловно, имеет негативную коннотацию), то у меня возникает мысль, что нет у министерства юстиции аргументов по существу.
Насколько проработана эта реформа? Какие аргументы, помимо «сговора», якобы влекущего некие нехорошие последствия, предъявлены сейчас обществу? Как я сказал, по сути право выбора гражданами конкретного ЧСИ и есть «сговор между взыскателем и ЧСИ». И этот «сговор» в 2010 г. был одним из основополагающих принципов реоформы исполнительного производства. То же министерство убеждало всех, что это приведет к улучшению исполнения судебных постановлений. Тогда в «сговоре» министерство не видело ничего предосудительного. Из собственного опыта склонен согласиться с тем, что исполнение судебных актов после 2010 г. явно улучшилось. А сейчас, через 15 лет, без всякого анализа, без объяснения по существу нам говорят, что слишком много жалоб на ЧСИ стало поступать, давайте сделаем что-нибудь. Министерство пришло к выводу, что причиной всех недостатков исполнительного производства является именно выбор гражданами судоисполнителей? На каком основании оно пришло к такому выводу? Мне, например, это совершенно непонятно. Было какое-то изучение причин жалоб и нарушений? Насколько вообще жалобы обоснованы? Являются ли нарушения законности прямым следствием выбора гражданами судоисполнителей? Нет ответов на эти вопросы. Было какое-то обсуждение по этому поводу в юридическом сообществе? Не было. Так на каком основании министерство произвольно, по своему желанию изменяет основополагающий принцип исполнительного производства?
Что мы сейчас имеем в сухом остатке? По непонятной причине это право выбора передали региональным палатам частных судоисполнителей, хотя, как я позже узнал, сотрудники палаты, в частности, палаты ЧСИ г. Алматы, это энергично отрицают. Они уверяют, что выбор конкретного судоисполнителя осуществляется некой «базой», а палата к этому выбору якобы никакого отношения не имеет. Сильно напоминает давний довод правительственных реформаторов-экономистов о мифической «невидимой руке рынка», которая якобы все регулирует или отрегулирует. Как мы знаем, никакой «невидимой руки рынка» нет, если, конечно, не понимать под этим «железным» аргументом нередкие ценовые и прочие сговоры предпринимателей или произвол монополистов.
Как видно из приведенных выше новелл законодательства, законодатель оперирует понятием «государственная автоматизированная цифровая система исполнительного производства» или «государственная автоматизированная информационная система исполнительного производства».
Соответственно, когда председатель М. Балабеков говорил об «информационной системе» и когда сотрудники палаты ЧСИ г. Алматы говорили о «базе», они скорее всего имели в виду Автоматизированную информационную систему органов исполнительного производства[ii] (далее - АИСОИП).
Что касается АИСОИП, то, как известно, она была разработана в 2013-2014 гг. под эгидой тогоже министерства юстиции. В феврале 2017 г. эта система была передана министерством в доверительное управление Республиканской палате ЧСИ на принципах государственно-частного партнерства сроком на 5 лет.[iii] Тот же автор отмечает, что эта передача в Республиканскую палату ЧСИ, т.е. юридически в частные руки, позволила развивать систему за счет привлечения частных инвестиций.[iv] Судя по всему, срок доверительного управления АИСОИП и, соответственно, государственно-частного партнерства между Республиканской палатой ЧСИ и министерством юстиции скорее всего был продлен.
Тем не менее, у меня есть серьезные сомнения в том, что у Республиканской палаты ЧСИ есть кадровые и технические возможности для ведения и поддержки работы этой самой системы. Кстати, в связи с этим мне сообщили, что техническую поддержку в этом плане Республиканской палате оказывает АО «Алсеко». Насколько я понимаю, это сообщение скорее всего соответствует действительности, потому что, если, к примеру, зайти на веб-сайт АИСОИП[v], то в левом нижнем углу главной страницы, где указаны контакты службы технической поддержки, наряду с номером телефона, значится и электронная почта этой самой службы: support_aisoip@alseco.kz
Полагаю, электронный адрес службы поддержки с очевидностью демонстрирует, какая компания оказывает эту самую техническую поддержку, т.е. по существу в ежедневном режиме ведет АИСОИП.
По уверениям сотрудников палаты ЧСИ г. Алматы распределение судебных актов производится этой «базой», причем «рандомным» образом, т.е. случайным, как я понимаю значение этого слова. Слово «рандомный» - не мое, оно применено сотрудником палаты. Как позже выяснилось в ходе диалога, «рандомность» эта довольно условна, поскольку в дальнейших объяснениях сотрудник палаты начал говорить о некоем алгоритме, по которому работает «база». Однако мой вопрос («чем регламентируется алгоритм работы «базы»?) остался без ответа. Сотрудники палаты таких деталей не знают или не желают делиться этим знанием с посторонними лицами.
Возвращаясь к гражданскому делу, в рамках которого я, собственно, столкнулся с проблемой, то, поскольку у меня возникла необходимость передачи определения для принудительного исполнения, а старый порядок передачи судебных постановлений уже не действовал, и чем он регламентирован, мне не было известно, я пошел по сложившейся процедуре, т.е. написал соответствующее заявление в суд о передаче определения в региональную палату ЧСИ, в данном случае региональную палату ЧСИ г. Алматы.
Итак, 6.04.2026 г. я написал и подал через Судебный кабинет заявление в суд о передаче определения от 1.04.2026 г. на принудительное исполнение в региональную палату ЧСИ г. Алматы. По непонятной для меня причине, как это уже у нас стало традицией, суд затянул с направлением определения на исполнение.
В связи с этим полагаю будет уместно сказать здесь еще об одной существенной проблеме национальной судебной системы, которая накладывается на проблему исполнения судебных актов и сильно ее усложняет. Речь идет о проблеме коммуникации между юридическими консультантами и адвокатами, с одной стороны,[vi] и судебными учреждениями, с другой стороны. Со времени широкого использования в Республике метода дистанционного правосудия основная коммуникация между сторонами, как известно, осуществляется посредством даже не стационарных телефонов и стационарной телефонной связи, а посредством мессенджера Whatsapp[vii], где судебные клерки обычно создают специальные чаты для каждого гражданского дела. Прочие контакты с судом также осуществляются через этот мессенджер, причем в основном письменными и изредка голосовыми сообщениями. Судебные клерки крайне редко отвечают на звонки как на стационарные телефоны, так и на звонки посредством Whatsapp. Судя по сформировавшейся инфраструктуре, Верховный суд РК поощряет коммуникацию через Whatsapp.
Все судебные юристы знают, что в фойе каждого суда есть актуальный список судей и некоторых работников конкретного суда с указанием номеров их телефонов, чаще всего стационарных (городских). Но опять же все юристы знают, что дозвониться по этим телефонам к конкретному судье или должностному лицу - это очень сложная, иногда просто невыполнимая задача.
Полагаю, в Верховном суде РК осведомлены о проблеме коммуникаций с судами Республики. Именно поэтому в каждом таком актуальном списке есть т.н. номер горячей линии по WhatsApp, предназначенный для связи с канцелярией или вспомогательной службой суда, когда по обычным каналам не удается связаться с судьями или другими судебными работниками. Думаю, не новость для юристов и то, что эти номера горячей линии в последние годы работают ни шатко ни валко. Я бы сказал: скорее не работают, чем работают. Из своей практики за последний год, к примеру, могу сказать, что практически не работают горячие линии Медеуского районного суда г. Алматы, экономического суда г. Алматы, Алматинского городского суда, Таразского городского суда.
Думаю, что об этой проблеме в Верховном суде тоже знают и достаточно давно. Доказательством этого является создание и существование в социальной сети Facebook аккаунта или публичной группы «Smart-сот - IT правосудие KZ».[viii] Эта группа создана 23.04.2015 г., и на 18.05.2026 г. в группе состояло 24372 человека.
Эту цифру я привожу, чтобы показать сопоставимость числа членов этой группы с количеством судебных юристов в стране, т.е. юридических консультантов, адвокатов и других юристов, которые занимаются судебными делами.
Так вот, согласно Национальному докладу о состоянии адвокатуры и деятельности адвокатов по защите прав и свобод граждан в 2024 г., по состоянию на 1.01.2025 г. в Казахстане было 6344 адвоката.[ix] Что касается юридических консультантов, то, по данным министерства юстиции РК, в декабре 2022 г. было зарегистрировано 13010 юридических консультантов.[x] Думаю, на сегодняшний день число адвокатов и юридических консультантов не сильно изменилось.
Как можно убедиться, число членов группы «Smart-сот - IT правосудие KZ» вполне сопоставимо с числом практически всех судебных юристов страны. Группы эта публичная, поэтому любой желащий может прочитать публикуемые там посты и своими глазами увидеть, что публикации связаны исключительно с проблемой коммуникации с судами Республики.
В правилах группы указано, что администраторами принимаются посты и обращения двух видов:
1. Предложения и замечания по функционированию ІТ сервисов Верховного суда (СК, АВФ и т.д.),
2. Административно-организационная работа судов РК (несвоевременное извещение сторон, невыдача судебных актов, исполнительных листов и т.п.).
Как видим, речь идет именно о «техническом» аспекте работы судебных учреждений страны. По количеству и географии обращений и постов в этой группе можно получить хорошее представление о том, как сейчас работают суды Республики.
По своему опыту могу сказать, что эта группа Facebook по сути сейчас стала чуть ли не единственной «палочкой-выручалочкой» для большинства судебных юристов, когда исчерпаны все обычные способы взаимодействия с местными и прочими судами. Как Национальный банк является «кредитором последней инстанции», так эта группа в Facebook фактически превратилась к настоящему времени в «коммуникатора последней инстанции» для всех судебных учреждений Республики. Администраторы этой группы и их помощники стали»чрезвычайной «пожарной командой», которая каждый день латает коммуникационные прорехи в национальной судебной системе в ручном режиме. И тот факт, что в принципе чрезвычайная мера, созданная для подстраховки функционирования судебной системы, превратилась в рутину, в полноценный и более или менее эффективный институт обеспечения работы судов по всей стране, т.е. по существу заменила все прочие, обычные способы взаимодействия, и без этой группы суды просто не выполняют свои ежедневные рутинные обязанности, объективно характеризует уровень работы судов и судебной системы в целом. На мой взгляд, само существование этой группы является наглядным доказательством системного отсутствия нормальной коммуникации с судами. Тем, кто сомневается в том, что я написал выше, могу порекомендовать по примеру налоговых органов провести хронометражную проверку: просто прочитайте подряд все посты, опубликованные в этой группе за любые, например, три дня.
Тем не менее, похоже, Верховный суд Республики, как впрочем и другие государственные органы страны, не особо обеспокоен тем, что в настоящее время в национальной правовой системе по существу нормальное каждодневное функционирование судебной системы основано почти исключительно на мессенджере Whatsapp, принадлежащем частной американской компании 'Meta Platforms, Inc.», зарегистрированной в штате Делавэр, а особую роль в обеспечении взаимодействия юридических консультантов и адвокатов практически со всеми судами приобрела и играет социальная сеть Facebook, тоже принадлежащая той же компании «Meta Platforms, Inc.». И социальная сеть, и этот мессенджер работают до тех пор, пока в ее работе заинтересованы сотрудники и акционеры компании. Надо ли говорить, что ни одна коммерческая компания не застрахована от банкротства, да и просто от прекращения работы без всякого банкротства, например, из-за тех же забастовок, которые в США бывают не так редко. Ведь даже ежедневную работу этой социальной сети и мессенджера обеспечивают работники этой самой иностранной компании, которая зависит от множества факторов. Т.е. получается, что нормальная работа национальной судебной системы зависит исключительно от нормальной работы иностранной компании. Может быть, наши государственные мужи полагают, что американская компания «Meta Platforms, Inc.», ее социальная сеть Facebook и мессенджер Whatsapp вечны? Думаю, можно уже писать монографическое исследование на тему «Роль компании «Meta Platforms, Inc.» в обеспечении правосудия в Казахстане».
Возвращаясь к гражданскому делу, напомню, 6.04.2026 г. я подал заявление в суд о передаче определения от 1.04.2026 г. на принудительное исполнение в региональную палату ЧСИ г. Алматы. После нескольких обращений к суду и долгой паузы 17.04.2026 г. суд, наконец, направил определение на исполнение. После этого опять возникла пауза. Я попытался связаться с палатой, чтобы узнать, в чем теперь проблема.
Должен сказать, что коммуникация с палатой ЧСИ оказалась примерно такой же проблемой, как и коммуникация с судами.
На сайте Республиканской палаты ЧСИ есть специальная страница для контактов со всеми региональными палатами.[xi] По палате г. Алматы там указаны 13 (!) должностных лиц: от руководителя до делопроизводителя с ФИО и номерами их мобильных телефонов. Кроме того, там есть номер колл-центра.
Так вот, пытаясь связаться с палатой, в течение 2 недель (в рабочие дни, в рабочее время) я набирал все эти номера. Буквально все, подряд. За все это время мне ответили, т.е. приняли звонок, подняли трубку и разговаривали всего 3 раза - 2 человека. В одном случае в разные дни дважды ответил один и тот же человек (один из заместителей руководителя палаты) и однажды ответил один из ведущих специалистов. В остальные дни все другие телефоны или просто не принимали звонок, или были отключены, или владелец телефона отклонял звонок. В конце концов настал день, когда не ответили все 14 номеров.
Вместе с тем должен сказать, что даже эти три разговора оказались полезны. По их итогам выяснилось, что экономический суд, оказывается, направил свое определение на исполнение не так, как должен был направить. Благодаря этому, похоже, единственному в палате сотруднику - заместителю руководителя палаты, не утратившему навыки общения с обычными гражданами, удалось установить, что определение-таки поступило в палату и даже было направлено на исполнение какому-то ЧСИ, но последний отказал в возбуждении исполнительного производства. Этот единственный отзывчивый заместитель руководитель палаты оказался столь любезен, что предоставил копию постановления ЧСИ об отказе в возбуждении исполнительного производства от 20.04.2026 г. Т.е. можно зафиксировать, что определение «технически» шло по «базе» из суда и палаты до ЧСИ три дня (17-20.04.2026 г.).
Мотивировка отказа оказалась достаточно любопытной. ЧСИ обосновал свое решение следующим образом:
«Рассмотрев исполнительный документ, установлено что в базе АИС ОИП сущность требования указана «наложение ареста на имущество», когда как в исполнительном документе сущность требование «о запрете совершать определённые действия».
На основании вышеизложенного, возбудить исполнительное производство не предоставляется возможным, так как внести изменения, в сущности требования не предоставляется возможным.
В соответствии с пп. 4 п. 1 ст. 38 Закона Республики Казахстан от 2 апреля 2010 года «Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей», документ не является исполнительным либо не соответствует требованиям, предъявляемым к исполнительным документам» (орфография и пунктуация ЧСИ сохранены. - К.А.).
Скажу прямо, я не понял мотивировку отказа, хотя очевидно, что проблема связана с базой АИСОИП.
В итоге сотрудники палаты заявили мне, что теперь исполнение определения невозможно, а для дальнейшего исполнения необходимо, чтобы суд повторно направил определение на исполнение, хотя объяснить или обосновать это требование не смогли или не захотели.
Чтобы не тратить время на споры, я вновь обратился в суд с заявлением, но уже о предоставлении мне определения на бумаге, кстати, по рекомендации того самого отзывчивого заместителя руководителя, чтобы лично передать документ в палату. Будет быстрее и эффективнее, как он дал мне понять.
30.04.2026 г. я получил определение на руки и в тот же день передал его на исполнение в палату ЧСИ г. Алматы.
5.05.2026 г. другой ЧСИ, получив определение из палаты, возбудил исполнительное производство. Однако по существу этот ЧСИ ничего не делал и не планировал делать,в связи с этим 12.05.2026 г. я забрал у него определение и вновь передал его в палату. Это была уже вторая личная передача определения в палату.
После этого палата вновь «распределила» это определение на исполнение, но опять тому же ЧСИ, у которого я его до этого забрал. Внятного объяснения от палаты, почему это определение передают тому же ЧСИ, у которого я его забрал несколько дней назад, я не получил. Ссылки на алгоритм «базы», в работу которой палата не может вмешиваться, я не считаю внятным и приемлемым объяснением.
15.05.2026 г. я опять забрал у этого ЧСИ определение, уже второй раз. На этот раз я сдал определение в палату через несколько дней - 20.05.2026 г. Зафиксируем для ясности, что это была третья личная передача одного и того же исполнительного документа в палату. При этом в заявлении в палату я настоятельно просил не передавать определение на исполнение ЧСИ имярек, у которого я уже дважды забирал определение обратно.
21.05.2026 г. из приложения AdiletGov я узнал, что определение вновь поступило на исполнение тому ЧСИ, у которого я забирал это определение уже два раза. Т.е. АИСОИП в третий раз распределил один и тот же исполнительный документ одному и тому же ЧСИ, у которого я уже дважды отзывал определение.
Полагаю, уровень проработки последних изменений в исполнительном производстве хорошо виден по этому делу. Очевидно, по мнению министерства юстиции, вот этот кафкианский процесс нам следует называть улучшением исполнительного производства в результате очередной реформы.
[i] См.: Частные судебные исполнители под прицелом: перезагрузка системы (31.03.2026) // https://www.youtube.com/watch?v=UYRT0_R-p44 (дата обращения: 15.05.2026 г.)
[ii] См.: https://aisoip.adilet.gov.kz/
[iii] См.: Андасов Н.Е. Автоматизированная информационная система органов исполнительного производства [2.04.2018] // https://prg.kz/document/?doc_id=32020247&pos=7;156 (дата обращения: 18.05.2026)
[iv] Там же.
[v] https://aisoip.adilet.gov.kz
[vi] Конечно, помимо юридических консультантов и адвокатов, к этой стороне также относятся юристы компаний, которые тоже участвуют в судебных делах.
[vii] Некоторые суды также пишут об использовании таких иностранных мессенджеров и программ, как Telegram и Zoom, но в моей практике, к примеру, применение их было очень редким.
[viii] https://www.facebook.com/groups/452852024870764/
[ix] См.: https://advokatura.kz/ru/dokumenty/dokumenty-kollegii (дата обращения: 18.05.2026); или см.: https://advokatura.kz/ru/document/289 (дата обращения: 18.05.2026)
[x] См.: https://ortcom.kz/ru/novosti/1672037278 (дата обращения: 18.05.2026)
[xi] См.: https://zhso.kz/kz/kontakty
