14.12.2020
Необходимость или прихоть? (О «спорных поправках» в профильный закон юристов)
Асаинова Лаура Сабырбеккызы
Юрист международной юридической компании «ALC Attorneys»
Член Палаты юридических консультантов «Iustus»
Айтбагин Фарит Фаридович
Юрист международной юридической компании «ALC Attorneys»
Член Палаты юридических консультантов «Iustus»
На сегодняшний день в качестве депутатской инициативы был предложен ряд спорных поправок в Закон «Об адвокатской деятельности и юридической помощи», непосредственно влияющих на развитие института юридических консультантов. Под «спорными поправками» мы понимаем следующие изменения и дополнения в вышеупомянутый закон: объединение всех палат юридических консультантов в единую Республиканскую Ассоциацию Палат юридических консультантов и увеличение минимального количества членов палаты юридических консультантов с пятидесяти членов до трехсот.
Вероятность принятия «спорных поправок» стала причиной разделения юридических консультантов на два основных лагеря, каждый из которых имеет отличное друг от друга видение. Одни выступают против принятия «спорных поправок», придерживаясь идеи отсутствия необходимости в них. Другие же поддерживают идею принятия таких поправок, считая, что институт юридических консультантов «крайне» нуждается в них.
Так, господином Беркамаловым С.Н. в статье «Повышение статуса юриста через изменения в Закон «Об адвокатской деятельности и юридической помощи» была представлена его позиция по вопросу принятия «спорных поправок», выражающаяся в нерелевантном и неполном сравнительном анализе, с добавлением нотки драматизма в виде ничем неподкрепленного риска профессиональной деградации в случае непринятия таких поправок.
Необходимость создания республиканской структуры для юридических консультантов, по мнению господина Беркамалова С.Н., обусловлена положительным опытом создания «подобных» объединений в Соединенных Штатах Америки, Великобритании и Французской Республике. Однако необходимо отметить, что, несмотря на ценность опыта развития юридического профессионального общества в зарубежных странах, крайне важно понимать, что процесс имплементации определенных зарубежных доктрин (или в нашем случае опыта) в казахстанское законодательство должен осуществляться максимально осознанно и только после получения положительных результатов исследования, проведенного ведущими представителями института юридических консультантов. Частичное заимствование определенного зарубежного опыта, основанное на неполном «анализе» равносильно фразе «вырванной из контекста». В связи с этим хотелось бы уточнить некоторые моменты, которые могут выступить в качестве восполнения «белых пятен» в тезисах Беркамалова С.Н.
Итак, вступление в American Bar Association (далее - Ассоциация) является актом доброй воли человека. Слово «человек» было использовано умышленно и обусловлено тем, что Ассоциация представляет из себя добровольное и осознанное объединение единомышленников, стремящихся к достижению общей цели. Ассоциация - это объединение будущих и действующих специалистов, как в области права, так и в любой другой смежной области, включая экономику. Кроме того, членство в Ассоциации могут получить и зарубежные юристы.
Основными целями American Bar Association признаются: продвижение идеи верховенства права в Соединенных Штатах Америки и за ее пределами, улучшение качества юридического образования, разработка типового кодекса профессиональной этики, предоставление доступа к различным постоянно обновляющимся информационным платформам и плодотворному нетворкингу, но никак не предоставление доступа к профессии.
Таким образом, масштабы и цели American Bar Association гораздо шире, нежели масштабы и цели предлагаемой законодателем Республиканской Ассоциации палат юридических консультантов и так рьяно отстаиваемой выходцами из Казахстанского Союза Юристов и аффилированной с ними ОЮЛ «АПЮК РК».
Полагаем, что более честно и добросовестно со стороны господина Беркамалова С.Н. было бы не умалчивать в своей статье о том, что American Bar Association, преследуя свои высокие цели, не принуждает специалистов присоединиться к ним, а членские взносы носят разумный характер и зависят от объема информации, к которой специалист хочет получить доступ, а также от опыта работы. Членский взнос студента варьируется от 0 до 25 долларов США. Вступление в Ассоциацию является осознанным и добровольным решением человека, желающего улучшить качество своих знаний и расширить круг общения, но никак не вынужденным и отчаянным шагом для получения доступа к профессии за определенную сумму денег и платы за право на труд.
Следовательно, упоминание успешного опыта развития American Bar Association, членство в котором носит добровольный характер, с целью обоснования необходимости принудительного создания республиканской структуры, основанной на обязательном членстве, является крайне нелогичным и необоснованным.
Не хотелось дублировать фрагмент из статьи господина Беркамалова С.Н., но пройти мимо данного пассажа достаточно сложно: «До принятия обсуждаемого закона безответственность юриста если не поощрялась, то, во всяком случае, никак не наказывалась, все зависело только от личных моральных правил лица, оказывающего услугу».
Крайне важно отметить, что как до принятия профильного закона, так и после его принятия, нормы гражданского законодательства, касающиеся качества оказания услуг, существовали и существуют на сегодняшний день. Гражданское законодательство не оставляло вопрос некачественного оказания услуг и недобросовестного исполнения обязательств по договору оказания услуг открытым или на усмотрение «личных моральных правил лица» (мы так понимаем юриста). Так, в соответствии со статьей 687 Гражданского кодекса (далее - ГК) положения статей 632 ГК (качество работ) и 635 ГК (ответственность подрядчика за ненадлежащее качество работы) прямо распространяется на правоотношения, возникшие в рамках договора оказания услуг.
В своей статье господин Беркмалов С.Н. также мимолетно затронул профессиональное объединение юристов Англии и Уэльса - The Law Society. Однако вместо того, чтобы сделать акцент на уместности использования опыта создания и функционирования данного объединения, господину Беркамалову С.Н. удалось привлечь внимание читателей к недопустимой для почетного юриста грамматической и смысловой ошибке. Таким образом, за достаточно небольшое количество времени и с условием отсутствия соответствующей инициативы со стороны уполномоченного органа The Law Society профессиональное объединение было переименовано Беркамаловым С.Н. в The Low Society («низкое общество»). Было бы смешно, если не было бы так грустно. Апологеты поправок свели дискуссию к уровню «низкого общества» и не в состоянии конкурировать с оппонентами, в числе которых ведущие представители академической среды и практикующие юристы. Единственный способ оппонировать, это строить свою позицию на «махровой пропаганде» и «боевых листках» спущенных, по всей видимости, Казахстанским Союзом Юристов.
Как видим, несмотря на искреннее желание господина Беркамалова С.Н. «повысить статус юриста», в решающий момент им был сделан (неосознанный?) выбор в пользу «низкого общества» (оговорка?).
Количество против качества. Следующее нововведение, которое предлагают - это увеличение минимального количества членов ПЮК с 50-ти до 300 человек. Что это означает? Если сейчас для того, чтобы юридическим консультантам создать палату, необходимо 50 человек, то после принятия указанной поправки, 50 человек будет недостаточно, нужно будет 300. Аргументом в пользу этого числа служит то, что членские взносы 50-ти человек не могут в полной мере обеспечить материальную базу и техническую оснащенность палаты. Кроме того, предполагается, что следствием увеличения количества членов палаты юридических консультантов будет их последующее объединение, что станет основополагающей причиной отсеивания временных и «слабых» палат. Предлагаем разобрать данную «спорную поправку» более подробно:
Во-первых, какая материально-техническая база нужна палате, что ее не может обеспечить 50 человек? Аренда помещения, техническая оснащенность палаты (компьютеры, принтеры и т.д.), проведение курсов повышения квалификации и другое - все это в целом может быть обеспечено и 50 людьми. Даже, если допустить, что для хорошей материально-технической базы палаты, не хватает членских взносов 50 человек, то закон «Об адвокатской деятельности и юридической помощи» устанавливает лишь минимальное количество членов палаты без запрета на принятия большего числа юридических консультантов. Кроме того, деятельность палат базируется на принципах саморегулирования. Следовательно, если ПЮК недостаточно членов для обеспечения ее качественной материально-технической базой, она может принять еще людей в палату, тем самым членских взносов, вносимых в палату, станет больше, а соответственно она сможет улучшить свою материально-техническую базу, если это так необходимо. В одной палате может быть и 300 человек, никто и ничто этого не запрещает. Основным условием является, чтобы членов палаты было не менее 50-ти. И кроме того, обеспечение палат этой материально-технической базой не является такой уж трудноразрешимой задачей, для решения которой необходимо затрачивать ресурсы государства и вводить поправки в закон. С этим юридические консультанты могут справиться и самостоятельно.
Во-вторых, если бы такая проблема остро стояла среди членов палат юридических консультантов, то тогда бы они сами выступили с инициативой увеличения минимального количества, а не депутаты бы предлагали подобные «спорные поправки». Благо профильный закон предусмотрел возможность увеличения размера членских взносов до 75 МРП. Для создания материально-технической базы явно не нужно «давить» юристов дополнительными финансовыми обязательствами, а лучше просто дать им спокойно работать.
Также в обоснование этой позиции не приводится никаких статистических данных, которые позволили бы увидеть, что действительно 50 человек не в состоянии содержать палату. Таких данных нет. Поэтому прежде чем вводить подобного вида поправки, их инициаторам необходимо, в первую очередь, провести исследования, анализ, выявить есть ли проблемы, провести опрос среди юристов, и уже после предлагать их обоснованное внедрение, или же напротив отказаться от этих идей. В этой связи, считаем, что данному вопросу не было уделено должного внимания сторонниками нововведений. Это не является проблемой и акцентировать на этом внимание не имеет смысла.
Почему именно триста? Триста - это довольно большое количество людей. В результате такого одномоментного резкого увеличения членов палаты юридических консультантов могут возникнуть нежелательные и негативные последствия. Действительно, как утверждает господин Беркамалов С.Н. в своей статье, некоторые малочисленные палаты просто прекратят свое существование, или объединяться с другими палатами, другие же желая оставаться «на плаву», при этом отказываясь от объединения с другими палатами, начнут принимать в свои ряды менее избирательно. И как результат - снижение качества оказываемых ими услуг, а также потеря доверия к институту юридических консультантов в целом.
Если сейчас при численности 50 членов, в палату производится довольно строгий отбор и палаты действительно стремятся к тому, чтобы именно они были самыми лучшими, именно в их палатах работали профессионалы своего дела, и существует конкуренция, то при численности в 300 человек - процедура принятия в члены палаты юридических консультантов может ослабнуть, приоритет на качестве сменится на приоритет количества и выживания. Как сказал русский философ Николай Бердяев: «Количество не может создать качества». И здесь нельзя не согласиться.
Существует обоснованный крайне опасный для развития института юридических консультантов риск того, что при увеличении количества пострадает качество. Большое количество людей необходимо в армии, чтобы оказать психологическое давление на противника и «задавить его этой массой» и то, не всегда и не везде. Юридические консультанты же не «пушечное мясо» и такое количество в одной палате имеет смысл лишь в том случае, если сами юридические консультанты добровольно и осознанно пришли к решению присоединиться к той или иной палате. К чему этот патернализм?
Господин Беркамалов С.Н. в своей статье противоречит сам себе, указывая следующее: «постоянные «перетоки» юристов из одной плату в другую с менее строгими требованиями для вступления или более низкими взносами влекут к постепенному снижению требований у всех палат в борьбе за количество членов». То есть, он сам говорит о том, что борьба за количество членов палаты к хорошему не приведет.
Если все же данную поправку примут, то в регионах нашей страны такого количества юридических консультантов элементарно не соберется. В случае с такими городами, как Нур-Султан или Алматы — это более-менее реалистичная перспектива, но в случае с менее густонаселенными регионами — вероятность набрать такое количество юридических консультантов без ущерба качеству практически равна нулю. В результате увеличения минимального количества членов некоторые палаты прекратят свое существование. И это, напротив, создаст еще больше проблем.
Юристам из регионов придется ехать в более крупные города, где есть палаты по 300 человек, чтобы вступить в них, пройти аттестацию. Это немалые затраты, учитывая еще и необходимость оплаты членских взносов. Тем самым, инициатива принять «спорные поправки», направленные на устранение «существующей проблемы», наоборот станут ее первопричиной.
Помимо этого, господин Беркамалов С.Н. утверждает, что необходимо простимулировать процесс укрупнения добровольных объединений юристов, отсеивания временных и «слабых» палат, поскольку «эволюционный путь» его не удовлетворяет. Однако такое резкое увеличение членов палаты юридических консультантов, как говорилось выше, приведет к негативным последствиям.
Мы просто проскочим этот «эволюционный путь», так и не познав все его плюсы и минусы. Попадем ли мы туда, куда стремимся? Не придется ли потом возвращать все обратно, производить некую «реституцию»? Эволюция - это постепенное развитие. Постепенное, последовательное и естественное. Ну а если уж сторонники «спорных поправок» хотят простимулировать эволюцию, как бы всё у них не закончилось симулированием эволюции. Если уж очень сильно торопить обезьяну стать человеком, то обезьяна может претвориться ради получения выгоды от очередной административной ренты и участия в республиканской бюрократии стоимостью минимум в 350 миллионов тенге.
