Найти себя: иерархия идентичностей в Казахстане

28.01.2010

Нуртай Мустафаев. Найти себя: иерархия идентичностей в Казахстане

Источник информации: www.dialog.kz

Кто мы? Кем себя, прежде всего, считают казахстанцы? Представителями какой общности? Сегодня, спустя почти два десятилетия после крушения Союза и образования нового независимого государства вопрос кто мы не стал менее острым и актуальным, вновь в «повестке дня». Как и на заре независимости, вопрос о нации, гражданской и этнической общностях активно дебатируется в обществе.

Кто мы? Вопрос далеко не праздный. Из сферы казалось бы на первый взгляд неких отвлеченных, теоретических штудий. Сегодня очевидно, что у многих всё еще так и не сложилось четкого понимания содержательной разницы между такими ключевыми, особенно для такой полиэтничной страны как Казахстан понятиями, как нация и национальности.

Многие рядовые граждане, что не удивительно, не видят разницы между нацией и национальностью, зачастую отождествляют их, ставя, по сути, между ними знак равенства. Как ни парадоксально, но часто путают нации и национальности и остепененные политологи, а также лидеры ряда партий и движений, заявляя на «круглых столах» о том, что та или иная нация, имея в виду вероятно этнос, развивается уже на протяжении многих столетий.

Между тем, нация явление очень молодое. Два с половиной столетия не было ни одной нации. Нация - политическая общность на основе согражданства. Этнос - общность на основе происхождения. Две первые по времени нации - американская и французская, появляются на исторической арене в 1776 году с принятием Декларации независимости США и в 1789 году в ходе Великой французской революции. Другие нации возникают позже в ходе буржуазных революций 1830, 1848 годов и т.д., образования наций-государств. Например, германская и итальянская нации возникают лишь в конце XIX века, с объединением в государство множества княжеств.

Само понятие «нация-государство», а не просто «нация», не случайно. Ключевая роль в нем не в этносе, как в той или иной мере реальной кровно-родственной общности, а в государстве. И не просто в государстве, а в согражданстве, институте гражданства, без которого не может быть современных государств, которые выходят на мировую сцену лишь в результате буржуазных революций, свержения монархий с их бесправными подданными. Нынешние же европейские монархии - лишь видимость, дань давно ушедшим в историю традициям. Не случайна всем известная крылатая фраза о британской королеве «Царствует, но не правит!».

И не так давно, как и нация, а именно во времена Французской революции входит в оборот и в правовое поле и слово гражданин. Нации не то же, что и этносы и они не восходят вглубь столетий.

В путанице понятий «нация» и «национальность» для основной части населения свою роковую роль, вероятно, сыграло просто их внешнее сходство. Но не только это. Большая часть населения выросла в советское время и со школьных лет восприняла безраздельно господствовавшую сталинскую формулу о нации, как высшей стадии развития этноса. Советская (сталинская) формула - последовательная цепочка: род - племя - союз племен - народность - народ - нация. И в полном соответствии с ней выстраивалась и советская государственность. Которая, помимо не этнических территориальных делений в виде просто районов и областей, включала - автономные районы, автономные округа, автономные области, автономные республики, союзные республики и включающую все территориальные единицы квазифедерацию Советский союз.

Когда распался Союз - супердержава, занимавшая 1/6 часть земного шара, часть населения бывших союзных, а теперь уже действительно независимых республик, обретших реальную, а не квазигосударственность оказалась в растерянности. Одни - продолжали идентифицировали себя с СССР, другие - с новым независимым государством, третьи - со своим этносом, исторической родиной.

Найти себя - основной вопрос, оказавшийся вдруг совсем не риторическим для многих в новых реалиях. И именно на первые годы после распада Союза падает «всплеск» политизации этничности в пост-советских странах, волна этнической эмиграции.

С тех пор прошло полтора десятилетия. Но пагубное последействие сталинской формулы нации продолжает сохраняться. Как и прежде, нация и национальность отождествляются. При этом, многие, исходя из этого отождествления, придают особое значение названию нации. Политической общности, которая по большому счету, не имеет ровным счетом никакого отношения к этносу.

И об этом свидетельствует, в том числе, и вспыхнувшие дебаты вокруг проекта «Доктрины национального единства Казахстана».

Почему столь остро в среде этических объединений встал вопрос казахстанская или казахская нация? И не только в среде этнических объединений, но и политических партий, что подтверждает прогнозировавшийся ранее римейк политизации этничности.

Представители этнических объединений, как и прежде отождествляя нацию и национальность, опасаются, что казахстанская нация будет означать постепенное стирание этнокультурных различий, и в конечном счете, исчезновение этносов. Исходя из неверного отождествления нации и этноса следует жесткая альтернатива «или или». Или казахстанская нация или казахская нация. И именно поэтому ими столь огромное значение придается тому, как будет называться нация в Казахстане. Заявляется, что курс на казахстанскую нацию первый шаг на пути к исчезновению казахов как общности.

Необходимо оговорить, что в рамках вновь вспыхнувших дебатов по вопросу нации, обусловленные ошибочным отождествлением нации и национальности опасения этнокультурной унификации, высказывают представители не только казахских, но и других объединений. Почему-то сторонники этих представлений исходят из жесткой альтернативы, дилеммы. Или политическая нация, в частности казахстанская, или «крест» на казахской или какой-либо другой (русской, уйгурской и т.д.) этничности.

При этом, не принимается во внимание, что опыт развития большинства полиэтничных стран мира, в которых возобладал курс на политическую нацию показывает обратное. Именно в этих странах - наибольший расцвет этнического многообразия, созданы все правовые и иные условия для развития этносов. Во всех отношениях и измерениях - не только культурных, но и правовых, экономических и других.

И наоборот. В тех немногих полиэтничных странах, где преобладает смешивание понятий нация и национальность, а по сути под нацией понимается этнос, в частности титульный этнос - происходит моноэтнизация. Как, например, в соседнем Узбекистане или в Таджикистане или в Грузии, где весьма многочисленные этнические группы - таджики и уйгуры в Узбекистане, узбеки в Таджикистане, абхазы и осетины в Грузии - оказались перед лицом деэтнизации, ассимиляции. Принципиально, что во всех перечисленных примерах имел место этнический подход в понимании нации.

Итог, обусловленный этническим подходом, политизацией этничности известен.

Это - массовый исход из Узбекистана двух таких относительно многочисленных этнических групп как русские и казахи, не говоря уже о других менее многочисленных. Среди оралманов прибывших за годы независимости в Казахстан, казахи из Узбекистана - наиболее многочисленная группа. Даже по заниженным официальным данным, учитывая, что далеко не все прибывали по квоте и регистрировались, с 1991 по 2007 год из зарубежья в Казахстан прибыли 651 299 казахов - этнических репатриантов. В том числе, 399 453 казахов из Узбекистана, или 61,3% всех репатриантов! По свидетельству очевидцев, таджики, казахи, уйгуры и представители других этнических групп документируются как узбеки. Подобный пример в отношении уйгур приводит социолог Б.Бектурганова в книге «Уйгурский экстремизм» в Центральной Азии: миф или реальность?»: «на мой запрос в госдепартамент статистики Министерства макроэкономики Республики Узбекистан о численности уйгурского населения в республике я получила официальный отказ за подписью заместителя начальника Р.С.Махмудова в связи с невозможностью предоставить указанную информацию, т.к. статистический учет лиц уйгурской национальности в Узбекистане не ведется. По сообщению последнего, это обусловлено тем, что «лица уйгурской национальности в республике не проживают» (С.67).

Что значит этнический подход? Это - узбекизация (в т.ч. казахов) в Узбекистане. Это - гражданская война в Таджикистане в 1990-е годы, во многом обусловленная этническим фактором. Это - утрата государственности в прежних пределах Грузией.

В любом государстве мира может быть только одна нация. Об этом мне уже приходилось напоминать в одной из статей (см.: Реквием по «нациям» в Казахстане // Правила игры, 2006, сентябрь). Казалось точки над «i» расставлены. Но согласно сторонниками этнического подхода понимания нации, раз есть этносы, то непременно должны быть и нации. Уже в следующем номере журнала полемизируя со мной, приверженец этнического подхода, позиционирующий себя как методолог, представитель школы Олега Анисимова Мир Айманов в итоговой части своей статьи «Гимн нациям Казахстана» резюмирует:

«Подводя итог по теме: нации как высший уровень этнической общности людей существуют. Представители казахской, русской, немецкой, узбекской, корейской и других наций проживают в Казахстане» (Мир Айманов. Гимн нациям Казахстана // Правила игры, 2006, декабрь). Таким образом, согласно апологету этнического подхода в Казахстане много наций!

В мире свыше 4 тысяч этносов и только 192 нации, которые в качестве таковых признаны и представлены в Организации Объединенных Наций. В том числе и Казахстан. Советская формула «нация, как высшая стадия этноса», о приверженности которой прямо и однозначно заявляет М.Айманов и другие, не отвечает реалиям. Иначе следует признать неизбежную трансформацию в будущем 4-х тысяч этносов в нации и наличие в Казахстане множества наций. Либо, неизбежное, по мнению представителей этнических объединений, исчезновение при становлении казахстанской нации этносов в Казахстане, казахов в частности.

Советское прошлое в комплексе и сегментах реликтовых представлений, вероятно, еще долго будет напоминать о себе. Вопреки укоренившейся советской формуле нация и этносы совершенно разные, разнопорядковые явления, общности. Они могут лишь формально совпадать по составу в нескольких сохраняющихся мононоэтничных странах. И даже в этих единичных в глобализирующемся мире моноэтничных странах, не во всех есть нация. Этнос есть, но нации в полном смысле слова - нет, не сформировалась. Нация, будь то казахстанская или казахская, не исключает этнос или этносы, казахский этнос в частности.

Принятие того или иного названия нации, напрямую никак не влияет на решение всех проблем титульного этноса. На государственном уровне могут приниматься те или иные решения, в обществе могут быть разные позиции о нации. Однако, ключевой вопрос в самоидентификации полиэтничного населения.

Часто ставится жесткая дилемма - представитель одно или другой общности, политической или этнической, либо религиозной. Нация и этничность не исключают друг друга. Также как и другие идентичности. В каждом человеке совмещаются разные идентичности.

Иерархия идентичностей: «Моментальный снимок»

Какова сегодня иерархия идентичностей в Казахстане? «Моментальный снимок» актуальной сегодня картины самооценок населения представляют результаты комплексного социологического исследования, проведенного в июне 2009 года Казахстанским институтом социально-экономической информации и прогнозирования (КИСЭИП) по заказу Фонда Первого Президента РК - «Межэтническое взаимодействие: ресурсный и ограничительный потенциал интеграции и дезинтеграции».

Опрос проводился в 6 регионах Казахстана и включал три «волны» замеров. С целью выявления иерархии идентичностей, сравнительного анализа идентификаций у населения в целом и основных этнических групп привлекались данные двух «волн» замеров. Общенациональный опрос: количество респондентов - 1 200 человек, квотирование по национальности, типу поселения (город/село). Специальный опрос по этносам: количество респондентов - 521 человек, квотирование по типу поселения (город/село).

В повседневной жизни в каждом человеке совмещаются разные идентичности. И политическая и этническая и религиозная, социально-профессиональная и другие. На индивидуальном уровне, степень значимости или иерархия принадлежности к основным идентификациям (общностям), каждому ясна.

Совсем иная ситуация на макро уровне. В обществе нет разделяемого большинством мнения, насколько сильны, значимы принадлежность к гражданской нации, этносу, конфессии у всего населения страны в целом. Бытуют разные, подчас разноречивые представления. О том, что население едва ли не в подавляющем большинстве оценивает себя, прежде всего, по признаку принадлежности к этносу и в гораздо меньшей степени по принадлежности к политической нации. И наоборот, что гражданская идентификация уже доминирует и консолидация на гражданских (политических) основаниях достаточна, соответствует уровню, который демпфирует угрозы дезинтеграции полиэтничного государства, общества.

Общенациональный опрос населения страны выявил следующую картину приоритетов, отражающую иерархию идентичностей у казахстанцев.

Общенациональный опрос

● Гражданская идентичность (гражданин Казахстана, казахстанец) оказалась более значимой, чем этническая или религиозная идентичности для половины или 52,9% респондентов.

● Этническая принадлежность или этническая идентичность является основной, более значимой сравнительно с гражданской идентичностью и религиозной принадлежностью около четверти или 26,6% респондентов.

● Религиозная принадлежность более значима, чем гражданство или национальность для 1/10 части (10,2%) респондентов.

● Затруднились определить гражданская, этническая или религиозная принадлежность является основной, наиболее важной 1/10 или 10,3% респондентов.

В ходе опроса предлагалось выбрать один ответ с целью определить иерархию идентичностей. В реальности у населения, отдельного респондента в частности, совмещаются гражданская, этническая и религиозная, в случае если респондент верующий, идентичности. Распределение ответов, выявленное в ходе опроса, отражает наибольшую значимость одной из трех основных идентичностей.

Приведенные выше данные общенационального опроса отражают общую картину по стране. Наряду с общей картиной представляет интерес иерархия идентичностей у представителей разных национальностей. Известно, что у казахов, русских, узбеков, представителей других этнических групп разный уровень гражданской, этнической, религиозной идентичности. Одни более религиозны, другие менее, различны уровень этнической солидарности и консолидации, гражданской идентичности.

Каковы различия у представителей основных национальностей (этнических групп) страны?

Наряду с общенациональным проводился и специальный опрос «Этносы». Специальный опрос выявил, что иерархия идентичностей у представителей различных этнических групп заметно различается.

Опрос «Этносы». Распределение ответов на вопрос: «Если говорить о Вашей принадлежности, то что для Вас наиболее важно» (в проц.)

Опрос представителей основных этнических групп Казахстана выявил разброс, значимые различия показателей приоритета гражданской, этнической и религиозной идентичностей.

● Гражданская идентичность является главной для половины и более опрошенных во всех этнических группах кроме чеченцев: наиболее значима самоидентификация «казахстанец» для корейцев и курдов, среди которых казахстанскую идентичность как главную определяют 83,3% и 67,2% респондентов.

● Национальная принадлежность является ведущей, в большей степени, чем для представителей других национальностей, для украинцев и русских: значимость национальной принадлежности отметили 44,4% украинцев и 28,3% русских. При этом гражданская идентичность остается превалирующей.

● Религиозная принадлежность в большей степени, чем у респондентов других национальностей оказалась проявлена у чеченцев и казахов: почти половина или 44,8% опрошенных чеченцев и четверть или 26,7% казахов отметили религиозную идентичность как главную. Религиозная идентичность оказалась превалирующей только у чеченцев.

● Неопределенность в выборе ведущей идентичности более чем в других группах отмечена у русских и курдов. 1/7 респондентов русских и курдов или 16,7% и 15,5% опрашиваемых этих групп затруднились определить гражданская, этническая или религиозная принадлежность является главной. В то же время, у курдов наряду с корейцами проявлена наибольшая группа отметивших приоритет гражданской принадлежности - 67,2% опрашиваемых в данной этнической группе (у корейцев - 83,3% респондентов).

Удельный вес чеченцев и казахов, отметивших наибольшую значимость для них религиозной принадлежности, оказался больше, чем у представителей других этнических групп. Однако, как показывают специальные социологические исследования, номинируемая самими респондентами религиозная идентичность, например, казахами, русскими, представителями ряда др. этнических групп Казахстана, не всегда означает высокую степень религиозности.

Огромная территория страны, занимающей по показателю 9 место в мире, особенности состава населения, предопределяют значительные региональные различия.

Общенациональный опрос выявил значительные региональные различия в иерархии идентичностей у населения.

Общенациональный опрос. Распределение ответов на вопрос (в разрезе регионов): «Если говорить о Вашей принадлежности, то что для Вас наиболее важно»

Общенациональный опрос населения, проведенный 1-15 июня 2009 г. в 6-ти регионах Казахстана выявил следующую картину иерархии идентичностей.

● Группа респондентов, для которых гражданская идентичность является наиболее важной наиболее многочисленна, представительна в г.Алматы: 60,5% респондентов в г.Алматы отметили приоритет гражданской идентичности.

● Группа респондентов, отдающих приоритет, прежде всего, национальной принадлежности более многочисленна в Акмолинской области: этническую принадлежность, как наиболее важную отметили 36,8% респондентов Акмолинской области.

● Более многочисленна чем в других регионах группа респондентов отметивших важность, прежде всего, религиозной принадлежности в г.Алматы: религиозную принадлежность как наиболее важную отметили 16,7% алмаатинцев.

Региональные особенности иерархии идентичностей наиболее четко обозначены в крупнейшем мегаполисе г.Алматы, Карагандинской и Акмолинской области.

В г.Алматы существенно выше, чем в других регионах доля идентифицирующих себя как казахстанцы, граждане Казахстана (60,5% респондентов). В отличие от показателей по стране, доля идентифицирующих себя в первую очередь на этнических основания (14,3%) меньше, чем доля определяющих себя по религиозной принадлежности 16,7% респондентов). В мегаполисе Алматы наиболее выражена по стране гражданская идентичность, самые низкие показатели этнической идентичности и наиболее высокий по стране удельный вес отметивших важность религиозной принадлежности.

В Карагандинской области очень высокий (15,7%), сопоставимый с показателями г.Алматы уровень религиозной идентичности, проявленный респондентами. Среди регионов в Карагандинской области отмечен наиболее низкий удельный вес респондентов (42,4%) отдающих приоритет гражданской идентичности. Относительно низкий уровень гражданской идентичности связан с высокой долей идентифицирующих себя на религиозных основаниях и с тем, что в Карагандинской области, сравнительно с другими регионами, наиболее многочисленна группа затруднившихся ответить на вопрос о самоидентификации (15,2% респондентов).

В Акмолинской области выявлен наиболее высокий сравнительно с другими регионами удельный вес (36,8%) респондентов, отметивших важность принадлежности в своей национальности.

Общенациональный опрос населения показал, что для большинства населения наиболее важным является гражданская идентичность (52,9% респондентов), для значительной части населения приоритетной является этническая идентичность (26,6% респондентов) и только для десятой части (10,2% респондентов) населения религиозная идентичность является наиболее важной.

Гражданская идентичность среди этнических групп наиболее проявлена среди корейцев (80,9%) и курдов (66,1%), в разрезе регионов гражданская идентичность наиболее проявлена в мегаполисе Алматы (60,5% респондентов).

Этническая идентичность оказалась среди этнических групп наиболее важной для татар (50,0%) и украинцев (37,1%), в разрезе регионов национальная принадлежность как наиболее важная больше чем в других регионах отмечена респондентами в Акмолинской области (36,8% респондентов).

Религиозная идентичность среди этнических групп более значима среди казахов (26,7%) и уйгуров (22,7%), более чем в других регионах проявлена в Алматы (16,7%) и Карагандинской области (15,7% респондентов).

Нация-Государство: Образы будущего

Самооценка и самоидентификация населения, безусловно, важны. Эти показатели дают срез, «моментальный снимок» настоящего, современной ситуации. Но не менее важными являются представления о том, в каком государстве, обществе мы хотим жить через 10, 20, 50 лет, в обозримой перспективе. Каковы образы будущего у казахстанцев?

В отличие от оценки современной ситуации, отражающей преимущественно оценочные суждения нынешних реалий, выявление целеполагания в отношении таких центральных конструктов как общество и государство, позволяет в общих чертах выявить экстраполируемые в будущее установки казахстанцев.

Какой тип нации, составляющей общество и государство, является предпочтительным, идеальным, по мнению казахстанцев? Каковы соотнесенные с будущим установки населения в отношении государства и общества?

Общенациональный опрос выявил следующую картину предпочтений населения в отношении казахстанской и казахской версий нации.

Общенациональный опрос.

● Большинство, более половины или 53,5% опрошенных полагают, что государство, общество должна составлять общность граждан всех этнических групп, составляющих единую казахстанскую нацию.

● Треть или 33,3% опрошенных видят будущее общество, как всех граждан РК, которые составляют казахскую нацию на основе казахского языка.

● Примерно седьмая часть или 12,7% опрошенных затрудняются в выборе между казахстанской и казахской нацией.

Общенациональный опрос населения по проблеме перспектив казахстанской и казахской нации выявил 2 неравнозначные по численности и разнонаправленные по целеполаганию группы.

Более половины или 53,5% опрошенных видят государство, общество, как общность граждан всех этнических групп, составляющих единую казахстанскую нацию. Треть или 33,3% опрошенных за модель государства, общества, в котором все граждане РК составляют казахскую нацию на основе казахского языка. И, примерно седьмая часть или 12,7% опрошенных затрудняются в выборе между казахстанской и казахской нацией.

 Мнение населения по вопросу о перспективах казахстанской и казахской нации четко коррелирует с иерархией гражданской и этнической идентичности. Гражданскую идентичность как главную отметили 52,9% респондентов и практически столько же, или 53,5% респондентов высказались за казахстанскую нацию, как общность на основе согражданства.

Замеры самооценок населения по показателям идентичности, мнений о перспективах нации показывают, что формирование гражданской идентичности на современном этапе, соотношение, иерархия гражданской и этнической идентичностей отражают фазу перехода с точки зрения интеграции, консолидации казахстанского социума в долгосрочной перспективе.

Для Казахстана и всех других полиэтничных государств, как на начальных этапах формирования нации, так и на все последующих этапах, особенно актуальна задача консолидации на политических основаниях, на основе согражданства.

По сравнению с показателями замеров гражданской, этнической, религиозной идентичностей населения Казахстана середины 1990-х гг., 2001-2002 гг., значимость гражданской идентичности, отражающей стадию (начальную, промежуточную, завершающую) формирования нации, постепенно возрастает. Сложные процессы сохранения, утраты, смены прежних, обретения новых идентичностей в первой и второй половине 1990-х гг., отражают начальную стадию формирования гражданской нации. На современном этапе, фиксируемый у населения уровень гражданской идентичности отражает промежуточную (переходную) стадию формирования гражданской нации.

Журнал «Правила игры». - 2010, январь.

Источник: Прочие