26.05.2025
«Агенты слежки»: будут ли родители на «службе» у государства?
Турысбекулы Мади
«Идеальная диктатура будет выглядеть как демократия… но на деле окажется тюрьмой без стен».
Олдос Леонард Хаксли.
ПРЕДИСЛОВИЕ
В эпоху, когда смартфоны стали неотъемлемой частью нашей повседневной жизни, а интернет - частью сознания, вопрос цифровой безопасности детей стоит особенно остро. Кажется логичным, что государство хочет оградить самых юных граждан от опасностей виртуального мира. Но что, если благие намерения могут привести к тотальному контролю? Инициатива казахстанских властей по внедрению специальных детских SIM-карт вызывает больше вопросов, чем дает ответов.
ЧТО ПРОИСХОДИТ?
Министерство просвещения Республики Казахстан предложило внедрить специальные SIM-карты для детей, которые будут фильтровать доступ к «нежелательному контенту» и позволят родителям отслеживать местоположение ребенка. Идея была включена в Комплексный план по защите детей от насилия на 2023-2025 годы.
По словам Генерального прокурора РК Берика Асылова: «..специальная детская сим-карта, оснащенная функциями защиты от пропаганды суицида, порнографии, наркотиков, онлайн-казино и иных интернет-угроз. С ее помощью родители смогут видеть, какие приложения использует ребенок, а также будут ограничивать доступ к опасным сайтам и получат возможность дозвониться до детей, даже если устройство переведено в беззвучный режим».
Иными словами, детские SIM-карты:
1. Будут оснащены встроенными фильтрами и ограничениями доступа к определенным веб-сайтам и типам контента, которые могут быть неприемлемы или опасны для детей. Это могут быть сайты с насилием, порнографией, пропагандой наркотиков и т.д.;
2. Позволят настроить родительский контроль через специальные приложения. Либо родители смогут мониторить и, при необходимости, ограничивать онлайн-активность ребенка, время использования интернета, устанавливать лимиты и запреты;
3. Будут отслеживать геолокацию ребенка, т.е. родители смогут в любой момент узнавать местоположение ребенка по данным сотовых вышек или GPS смартфона;
4. Позволят «обходить» беззвучный режим, с помощью приоритетных звонков, т.е. телефон будет на полной громкости, даже если включен беззвучный режим, или с помощью удаленной активации звука, когда родители смогут принудительно включить звук на детском телефоне с помощью специального приложения.
МЕЖДУНАРОДНЫЙ ОПЫТ
История знает немало примеров, когда государства пытались защитить детей с помощью технических ограничений. Вот самые известные:
США: Закон о защите приватности детей в интернете (Children's Online Privacy Protection Act).
Описание инициативы: американский федеральный закон, касающийся неприкосновенности частной жизни, вступивший в действие с 21 апреля 2000 года. Закон применяется к сбору персональной информации от детей младше 13 лет лицами или организациями под юрисдикцией США. Согласно закону, администрация сайта должна включить в политику приватности (конфиденциальности) способы получения согласия родителей или опекунов и ответственности администрации за защиту частной жизни и безопасности детей в Интернете, включая ограничения в маркетинге. Хотя несмотря на то, что дети могут публиковать персональную информацию легально с разрешения родителей, большинство сайтов все же блокируют детей в связи с количеством работы, связанной с этим.
Результаты и эволюция подхода: Закон столкнулся с рядом проблем в реализации и был значительно модифицирован:
a. В 2013 году были внесены поправки, расширяющие определение личной информации;
b. Внедрена более гибкая система возрастной верификации;
c. Признана неэффективность единого подхода ко всем детям до 13 лет.
Закон очень спорный и много раз критиковался многими людьми как неэффективный, противоречащий Конституции США, унижающий права ребёнка. Задержки в получении согласия родителей также приводят к тому, что дети становятся задействованы в мероприятиях, более неуместных для них (порносайты и т. д.). Также, возрастные ограничения в Интернете очень легко обойти, и закон не защищает детей от рекламы в Интернете[1].
Южная Корея: Закон о пересмотре защиты молодежи (Shutdown Law, также известный, как Cinderella Law)
Описание инициативы: В 2011 году Южная Корея внедрила систему «Shutdown Law» (Закон об отключении), которая блокировала доступ к онлайн-играм всем лицам младше 16 лет с полуночи до 6 утра. Система предполагала единый подход ко всем подросткам вне зависимости от их индивидуальных особенностей.
Результаты и эволюция подхода: Инициатива столкнулась со значительной критикой и была существенно пересмотрена:
a. В 2014 году система была модифицирована, позволяя родителям запрашивать исключения для своих детей;
b. В 2021 году закон был отменен, поскольку исследования показали, что он не достиг своих целей;
c. Правительство переориентировалось на образовательные программы по цифровой гигиене.[2]
«Несмотря на действие закона, дети с трудностями в управлении своим интернет-использованием неизбежно находили способы обойти его, например, используя идентификационный номер взрослого», - сообщали эксперты корейского центра І Will Centre, занимающегося проблемами интернет-зависимости.
Китай: Проект «Золотой щит» (Golden Shield Project)
Описание инициативы: Китай в 1998 году начал разработку системы фильтрации интернет-контента на национальном уровне, которая была официально запущена в 2003 году. Система применяет единый подход ко всему населению страны в области доступа к информации.
Результаты и эволюция подхода: Изначально система была относительно простой, но со временем значительно усложнилась, включив в себя искусственный интеллект для анализа контента. Правительство Китая не отказалось от идеи, но существенно модифицировало подход:
a. Была внедрена градация доступа в зависимости от категорий пользователей (образовательные учреждения получили более широкий доступ к ресурсам);
b. Система стала более гибкой в периоды международных мероприятий.
Несмотря на техническую сложность, система часто обходится мотивированными пользователями. Как отмечают эксперты, это «меньше похоже на Великую стену и больше на Великую губку».
Россия: система «Единый реестр запрещенных сайтов»[3]
Описание инициативы: В 2012 году в России был создан Единый реестр запрещенных сайтов, предусматривающий блокировку интернет-ресурсов с запрещенной информацией. Система применяла единый подход ко всем пользователям интернета в России.
Категории запрещенной информации:
· Детская порнография;
· Информация о наркотических средствах;
· Призывы к суициду;
· Экстремистские материалы;
· Информация о способах обхода блокировок;
· Нарушения авторских прав;
· Незаконная продажа алкоголя;
· Азартные игры.
Результаты и эволюция подхода: Система постепенно эволюционировала:
a. С 2017 года была внедрена градация по возрастным категориям (0+, 6+, 12+, 16+, 18+);
b. Разработана система исключений для образовательных учреждений;
c. Внедрены более гибкие механизмы возрастной верификации.
Система столкнулась с рядом сложностей и проблем, включая, случайных и спорных блокировок, в том числе, введением военной цензуры с февраля 2022 года. Так, в частности, под запрет попали сайты торговых и IT-компаний. Например, недавно там оказались сайт по продаже детских автокресел, онлайн-сервис для тестирования и разработки почтовых кампаний электронных писем.[4]
Анализ указанных примеров позволяет выделить общие закономерности:
1. Практически все системы, изначально предусматривавшие универсальный подход, сталкивались с техническими, правовыми и социальными проблемами в реализации;
2. Обязательные и чрезмерно ограничительные меры часто сталкиваются с негативной реакцией общественности и юридическими проблемами из-за вопросов приватности, автономии и эффективности. Добровольные решения, как правило, имеют более высокий уровень принятия и распространения;
3. Большинство государств со временем модифицировали свои подходы в сторону большей гибкости и дифференциации;
4. Постоянные исследования, оценка воздействия и адаптация политики имеют решающее значение для того, чтобы идти в ногу с быстро развивающимися технологиями и возникающими рисками в цифровой сфере;
5. Наиболее эффективными оказались системы, которые:
a. Предусматривали возрастную градацию;
b. Включали образовательный компонент;
c. Давали возможность индивидуальной настройки (обычно на уровне родителей или учебных заведений);
6. Чисто технические меры контроля без образовательного компонента показали низкую эффективность во всех рассмотренных случаях.
ИНТЕРНЕТ-ПРОНИКНОВЕНИЕ В КАЗАХСТАНЕ: ЦИФРЫ И ФАКТЫ
Согласно данным Международного союза электросвязи (официальный источник глобальной статистики в области информационно-коммуникационных технологий), около 80% населения Казахстана пользуется интернетом. Это высокий показатель по сравнению с другими соседними странами, где цифры варьируются от 21% в Туркменистане до 52% в Узбекистане.
Согласно данным исследования ЮНИСЕФ 2017 года «Положение детей в мире: Дети в цифровом мире»[5], в Казахстане:
a. 100% уровень грамотности среди молодежи 15-24 лет (как среди юношей, так и среди девушек);
b. 150 мобильных телефонов на 100 человек населения;
c. 77% населения имеют доступ к интернету;
d. 100% детей посещают начальную школу;
e. 53% населения проживает в городских территориях.
Таблицы образования и демографии, приведенные в исследовании ЮНИСЕФ 2017 года «Положение детей в мире: Дети в цифровом мире» подтверждают значительные различия в потребностях и уровне развития детей разных возрастных групп. Это говорит о том, что единый подход к ограничению доступа к интернету через ведение детских SIM-карт не будет учитывать специфические потребности:
1) Детей младшего школьного возраста (6-10 лет);
2) Младших подростков (11-14 лет);
3) Старших подростков (15-17 лет).
Так, в частности, дети младшего школьного возраста активно используют интернет для обучения и развлечений. За счет этого у детей:
· Формируется базовое понимание онлайн-рисков;
· Развивается способность следовать правилам безопасности;
· Появляется интерес к социальному взаимодействию онлайн;
· Сохраняется потребность в руководстве взрослых.
Контроль детей данной возрастной группы, со стороны взрослого, все еще необходим, но с элементами обучения цифровой грамотности и большей свободой в образовательных ресурсах.
Подростки от 11 до 14 лет активно стремятся к самостоятельности, что, как правило, выражается в:
· Усилении потребности в приватности;
· Развитии критического мышления;
· Активном социальном взаимодействии онлайн;
· Формировании собственной цифровой идентичности.
На этом этапе жесткий контроль может вызвать противодействие. Эффективнее работает комбинация базовых ограничений с открытым диалогом о безопасности.
И, наконец, подростки 15-17 лет. В этот период происходит подготовка к взрослой жизни:
· Сформированное критическое мышление;
· Потребность в уважении личных границ;
· Использование интернета для образования, общения, творчества;
· Способность самостоятельно оценивать риски.
Избыточный контроль в этом возрасте может помешать развитию самостоятельности и ответственности.
Помимо возрастных различий, существуют значительные индивидуальные различия, которые также необходимо учитывать. В их числе:
a) Неврологические особенности. Дети с СДВГ, аутизмом или другими особенностями развития могут иметь отличающиеся шаблоны (паттерны) использования технологий и реакции на контент. Для них предлагаемые Министерством просвещения РК ограничения могут быть как недостаточными, так и излишними;
b) Когнитивное развитие. Скорость развития когнитивных способностей, включая критическое мышление, анализ информации и принятие решений, варьируется значительно даже среди сверстников;
c) Психоэмоциональная зрелость. Эмоциональная устойчивость, способность распознавать манипуляции и противостоять им развивается индивидуально и не всегда коррелирует с биологическим возрастом;
d) Предыдущий опыт. Дети, получившие ранний опыт цифровой грамотности, могут быть лучше подготовлены к безопасному использованию интернета, чем их сверстники без такого опыта.
Кроме того, следует помнить, что единый технологический подход к фильтрации контента через детские SIM-карты сталкивается с несколькими ограничениями:
1. Невозможность персонализации: Массовое решение не учитывает индивидуальный уровень развития ребенка;
2. Статичность ограничений: Развитие ребенка - динамичный процесс, а технологические ограничения обычно статичны;
3. Обход ограничений: Чем старше дети, тем выше их способность находить технические решения для обхода ограничений;
4. Ложное чувство безопасности: Фильтрация контента и ограничения на уровне SIM-карты создают у родителей иллюзию полной защищенности детей в интернете. Однако технически подкованные подростки могут легко обойти подобные блокировки через VPN, прокси-серверы или сети Wi-Fi. Кроме того, нежелательный контент может распространяться через приложения с end-to-end шифрованием, которые технически невозможно отфильтровать на уровне мобильного оператора.
Данные более нового исследования «Kazakhstan Kids Online» (2023) показывают, что многие платформы социальных сетей и игр запрещают несовершеннолетним до 13 лет иметь собственные аккаунты. Однако результаты показали, что 60% детей в возрасте 9 и 10 лет и 66% детей в возрасте 11 и 12 лет имеют собственные аккаунты в социальных сетях и на игровых платформах[6].
Данные о цифровой активности детей в Казахстане подтверждают: единый подход к ограничению интернет-доступа неприменим к казахстанским реалиям. При 80% интернет-проникновении и высоком уровне цифровой грамотности детей, попытки внедрить ограничения через SIM-карты будут легко обходиться через альтернативные каналы доступа. Значительные возрастные и индивидуальные различия между детьми требуют гибких, персонализированных решений, а не жестких технических барьеров. Фокус должен быть смещен на развитие критического мышления и навыков безопасного поведения онлайн.
ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ НАРУШЕНИЯ ПРАВ
Немаловажным является и тот факт, что введение детских SIM-карт может повлечь за собой нарушение прав и законных интересов детей, а также их родителей.
Права и законные интересы детей
1. Конвенция о правах ребенка (Нью-Йорк, 20 ноября 1989 года), ратифицированная Постановлением Верховного Совета РК от 8 июня 1994 года № 77-XIII.
Право быть заслушанным.
Согласно ст. 12 Конвенции государства-участники обеспечивают ребенку, способному сформулировать свои собственные взгляды, право свободно выражать эти взгляды по всем вопросам, затрагивающим ребенка, причем взглядам ребенка уделяется должное внимание в соответствии с возрастом и зрелостью ребенка.
Принуждение к использованию детских SIM-карт без учета мнения подростков, способных сформулировать свои собственные взгляды, будет нарушением данного права.
Право на свободу выражения мнения (с учетом ограничений).
Статьей 13 Конвенции о правах ребенка (далее - Конвенция) предусмотрено, что ребенок имеет право свободно выражать свое мнение; это право включает свободу искать, получать и передавать информацию и идеи любого рода, независимо от границ, в устной, письменной или печатной форме, в форме произведений искусства или с помощью других средств по выбору ребенка.
Осуществление этого права может подвергаться некоторым ограничениям, однако этими ограничениями могут быть только те ограничения, которые предусмотрены законом и которые необходимы:
a) для уважения прав и репутации других лиц; или
b) для охраны государственной безопасности или общественного порядка, или здоровья или нравственности населения.
Ограничения, допустимые в соответствии с п. 2 ст. 13 Конвенции, по мнению автора, не применимы в силу следующих обстоятельств:
· уважение прав и репутации других лиц. Детские SIM-карты блокируют контент не для защиты прав и репутации конкретных лиц, а в общих «воспитательных» целях;
· охрана государственной безопасности. Блокировка социальных сетей и развлекательного контента не связана с обеспечением государственной (национальной) безопасности;
· охрана общественного порядка. Доступ детей к информации в интернете напрямую не угрожает общественному порядку;
· охрана здоровья населения. Сторонники идеи введения детских SIM-карт могут аргументировать свою позицию защитой психического здоровья детей. Однако, данная аргументация требует доказательств реальной угрозы, основанных на исследованиях;
· охрана нравственности населения. Данная позиция может обосновывать блокировку откровенно неприличного контента, но не общие ограничения доступа к информации, которые неизбежны с введением детских SIM-карт.
Иными словами детские SIM-карты фактически создают цензуру, не обоснованную критериями п. 2 ст. 13 Конвенции.
Право на неприкосновенность частной жизни.
В соответствии со ст. 16 Конвенции о правах ребенка ни один ребенок не может быть объектом произвольного или незаконного вмешательства в осуществление его права на личную жизнь, семейную жизнь, неприкосновенность жилища или тайну корреспонденции.
Постоянное отслеживание местоположения и мониторинг интернет-активности нарушает право ребенка на неприкосновенность частной жизни.
Более того, в рассматриваемом случае государство не только само вмешивается в частную жизнь детей (п. 1 ст. 16 Конвенции), но и не выполняет свою обязанность защищать их от такого вмешательства (п. 2 ст. 16 Конвенции).
Тем самым возникает парадок: система, якобы созданная для «защиты детей», на самом деле лишает их правовой защиты от вмешательства в частную жизнь.
Право на доступ к информации.
Статьей 17 Конвенции предусмотрено, что государстваа-участники признают важную роль средств массовой информации и обеспечивают, чтобы ребенок имел доступ к информации и материалам из различных национальных и международных источников, особенно к таким информации и материалам, которые направлены на содействие социальному, духовному и моральному благополучию, а также здоровому физическому и психическому развитию ребенка.
Случайные и спорные блокировки ресурсов, в первую очередь, образовательных и информационных, неминуемо приведет к нарушению данного права ребенка.
2. Международный пакт о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 16 декабря 1966 года), ратифицированный Законом РК от 28 ноября 2005 года № 91-III.
Право на частную жизнь.
Согласно ст. 17 Международного пакта о гражданских и политических правах (далее - Пакт) никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию.
Систематическое наблюдение за детьми через геолокацию и мониторинг просматриваемого ими контента, как нам видится, нарушает право на частную жизнь.
Как и в случае с п. 2 ст. 16 Конвенции п. 2 ст. 17 Пакта предоставляет каждому человеку право на защиту закона от произвольного или незаконного вмешательства в его личную и семейную жизнь, или право на защиту от таких посягательств.
Иными словами, недостаточно просто не вмешиваться в личную и семейную жизнь ребенка, но, необходимо активно ее защищать.
В случае введения детских SIM-карт возникает риск двойного нарушения норм международного права: право ребенка на частную (личную) жизнь, а также не предоставление ребенку правовой защиты.
Свобода выражения мнения.
В соответствии с п. 2 ст. 19 Пакта каждый человек имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору.
Детские SIM-карты, с их ограничениями, полагаем, будут нарушать данное право.
3. Конституция Республики Казахстан.
Право на неприкосновенность частной жизни.
Статья 18 Конституции Республики Казахстан (далее - Конституция) гарантирует, что каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и достоинства.
Постоянное отслеживание детей с помощью геолокации, мониторинга посещаемых веб-сайтов и интернет-активности, контроля за использованием приложений, времени в сети и потенциального доступа к SMS-сообщениям и данным о звонках, является вторжением в частную жизнь, а также нарушает неприкосновенность личной тайны, и, в определенных ситуациях, нарушает семейную тайну.
Свобода получения информации.
В соответствии со ст. 20 Конституции каждый имеет право свободно получать и распространять информацию любым, не запрещенным законом способом.
Как отмечалось выше, случайные и спорные блокировки информационных ресурсов, повлекут за собой ограничение доступа детей к информации.
Равенство перед законом.
Согласно ст. 14 Конституции никто не может подвергаться какой-либо дискриминации по мотивам происхождения, социального, должностного и имущественного положения, пола, расы, национальности, языка, отношения к религии, убеждений, места жительства или по любым иным обстоятельствам.
Как нам видится, введение детских SIM-карт в какой-то степени может быть истолковано, как дискриминация по возрастному признаку.
Права и законные интересы родителей
4. Кодекс РК «О браке (супружестве) и семье.
Родители имеют преимущественное право на воспитание своего ребенка перед всеми другими лицами (п. 2 ст. 70 Кодекса РК «О браке (супружестве) и семье», далее - Кодекс о браке).
Детские SIM-карты служат инструментом вмешательства государства в родительские решения о воспитании детей.
В соответствии с п. 4 ст. 70 Кодекса о браке, все вопросы, касающиеся воспитания и образования ребенка, решаются родителями по их взаимному согласию исходя из интересов ребенка и с учетом его мнения.
В рассматриваемой ситуации, как мы полагаем, интересы ребенка будет определять государство, в лице сотрудников уполномоченных министерств и ведомств, а не родители. То есть фактически, государство берет на себя функции и полномочия родителей за каждого ребенка в стране, тем самым лишая родителей права самостоятельно решать подобные вопросы, с учетом интересов и мнения ребенка. Иными словами, государство присваивает себе родительские права и подменяет родительскую власть государственной «опекой» над всеми казахстанскими детьми, что противоречит принципу семейного права о недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи.
И это, не учитывая тот факт, что своими действиями государство подорвет родительский авторитет в глазах детей, поскольку дети (в особенности подростки) будут понимать, что государство не доверяет их родителям в вопросах воспитания. Как следствие, государство заложит бомбу замедленного действия, которая приведет к конфликту лояльности: кого слушать - родителей или государство?
Введение обязательных детских SIM-карт создает серьезные правовые риски и может нарушить фундаментальные права как детей, так и их родителей. Международные конвенции, ратифицированные Казахстаном, четко защищают права детей на приватность, доступ к информации и участие в принятии касающихся их решений. Предлагаемая система фактически превращает государство в «супер-родителя», подрывающего семейную автономию и родительские права. Любые меры защиты детей в цифровой среде должны соответствовать международным стандартам прав человека, а не противоречить им.
ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ РИСКИ
Идея введения детских SIM-карт не учитывает риски нарушения приватности и персональных данных детей, с которыми мы, взрослые, сталкиваемся на регулярной основе.
Так, в частности, операторы мобильной связи в РК собирают обширный набор данных пользователей. Основываясь на законодательстве РК и общих практиках телекоммуникационной отрасли, можно привести примерный перечень данных, которые обычно собираются:
1. Идентификационные данные:
a. ФИО владельца;
b. ИИН (индивидуальный идентификационный номер);
c. Данные документа, удостоверяющего личность (номер, дата выдачи, орган выдачи);
d. Адрес регистрации и фактического проживания;
e. Контактные данные (альтернативный номер телефона, электронная почта).
2. Технические данные:
a. IMEI устройства (уникальный идентификатор телефона);
b. Модель и марка устройства;
c. Операционная система и ее версия;
d. MAC-адреса устройств;
e. IP-адреса (статические и динамические).
3. Данные об использовании услуг:
a. История звонков (входящие и исходящие);
b. История SMS-сообщений (без содержания, но с метаданными);
c. Объем потребляемого интернет-трафика;
d. Используемые интернет-протоколы;
e. Информация о посещаемых сайтах (в некоторых случаях);
f. Информация о используемых приложениях;
g. Данные геолокации (через базовые станции и GPS);
h. Время соединения и продолжительность сессий.
4. Финансовые данные:
a. История платежей;
b. Информация о банковских картах (при оплате услуг);
c. Детализация использования услуг;
d. История покупки дополнительных услуг и пакетов.
5. Данные для технического обслуживания:
a. Журналы подключения к сети;
b. Качество соединения;
c. Статистика использования сетевых ресурсов;
d. Информация о сетевых сбоях.
6. Дополнительные данные в контексте СОРМ
В Казахстане действует система СОРМ (Система оперативно-розыскных мероприятий), в рамках которой операторы обязаны предоставлять уполномоченным государственным органам:
a. Полное содержание коммуникаций при наличии соответствующего разрешения;
b. Метаданные о соединениях;
c. Информацию о местоположении в реальном времени;
d. Историю перемещений (на основе данных о подключении к базовым станциям).
Важно отметить, что в контексте детских SIM-карт, помимо стандартного набора данных, могут дополнительно собираться:
1) Более детальная информация о посещаемых ресурсах;
2) Данные о попытках доступа к заблокированному контенту;
3) Более частое и точное определение геолокации;
4) Информация о режимах использования устройства;
5) Данные о взаимодействии с приложением родительского контроля.
Таким образом, дети, пользующиеся специальными SIM-картами, попадут под тотальный государственный контроль, а родители станут невольными «агентами слежки».
Следует понимать, что любая централизованная система фильтрации и мониторинга потенциально уязвима для взлома, что может привести к утечке личной информации о детях. События последних лет, связанные с регулярными утечками персональных данных граждан Казахстана, в том числе, из государственных баз данных, показывают, что информация о гражданах является лакомым кусочком не только для мошенников, но и для лиц, преследующих законные цели. Уязвимость централизованной системы, в которой будут собраны подробные данные о наших детях, поставит детей в положение, когда их личная информация, привычки, местоположение и цифровая активность могут стать доступными любому желающему. В свою очередь это создаст риски для их физической безопасности, станет основой для целенаправленного воздействия, шантажа и манипуляций, а также может быть использовано против них в будущем, превращая систему «защиты» в источник повышенной угрозы.
Приведем такой пример.
Данные о перемещении ребенка в реальном времени попадают в руки злоумышленников. Потенциальные риски, связанные с такой ситуацией, включают в себя:
· Преследование и физическая угроза. Зная точное местонахождение ребенка, злоумышленники, в том числе педофилы и похитители, могут выслеживать его и планировать нападение;
· Кибербуллинг и шантаж. Интернет-хулиганы могут использовать информацию о местонахождении для запугивания, травли и вымогательства в отношении детей;
· Кража личных данных. Геолокационные данные могут стать частью досье на ребенка для последующей кражи личности или других видов мошенничества в будущем;
· Нежелательный таргетинг и манипуляции. Злоумышленники могут использовать данные о перемещениях для незаконного профилирования и таргетирования детей в своих интересах.
Не стоит забывать и о том, что помимо угрозы автономии семьи и права родителей на воспитание детей, система детских SIM-карт несет в себе другие риски:
a. Массовая слежка. Централизованная система фильтрации контента и мониторинга активности несовершеннолетних пользователей создает беспрецедентные возможности для массовой слежки со стороны государства. Под предлогом защиты детей спецслужбы и другие государственные органы могут получить доступ к подробным данным о цифровом поведении, предпочтениях и связях миллионов граждан Казахстана с раннего возраста. Это представляет серьезную угрозу праву на частную жизнь и создает риски для свободы выражения мнений;
b. Манипулирование информационным пространством и пропаганда. Контроль над контентом, доступным детям и подросткам через детские SIM-карты, открывает безграничные возможности для целенаправленного манипулирования информацией и общественным мнением. Государство может использовать эту систему для продвижения выгодных ему идеологических установок, цензуры неугодных источников информации и создания «пузыря фильтров»/ «информационного пузыря» (filter bubble), ограничивающих доступ молодежи к альтернативным точкам зрения. Это несет угрозу интеллектуальной свободе и критическому мышлению.
В результате будет создана система, которая вместо защиты детей создаст для них максимальную уязвимость - централизованную базу данных с исчерпывающей информацией о каждом ребенке в стране, которая станет идеальным инструментом для тех самых угроз, от которых якобы призвана защищать. Парадоксально, но система «защиты» детей превратится в самую эффективную платформу для их эксплуатации, манипулирования и причинения вреда.
Парадокс детских SIM-карт заключается в том, что система, созданная для защиты детей, может превратить их в уязвимые объекты для тех угроз, от которых призвана защищать.
Государство, провозглашая заботу о детях, создает идеальную инфраструктуру для их эксплуатации, а родители, желая обезопасить своих детей, становятся невольными соучастниками системы, которая делает их детей максимально уязвимыми.
В результате мы получаем не защищенных детей, а детей под прицелом - со всеми вытекающими трагическими последствиями.
ЩИТ, А НЕ «КЛЕТКА»
Как отмечалось выше опыт зарубежных стран показывает, что введение исключительно технических ограничений не поможет достичь положительных результатов в вопросе обеспечения безопасности детей от интернет-угроз.
Выходом из сложившейся ситуации автору видится комплексный подход, который позволяет успешно сочетать образование, технологические решения и сбалансированное регулирование.
Тем более, что такой подход имеет положительные примеры в ряде стран.
Финляндия: образование вместо ограничений
Финляндия, занимающая лидирующие позиции в Европейском индексе медиаграмотности с 2017 года, сделала ставку на образовательный подход. В 2016 году в национальную учебную программу был введен компонент «мультиграмотности», который обучает детей критически оценивать онлайн-информацию.
Финская система строится на принципах доверия, а не контроля. Вместо школьных проверок проводится самооценка самими школами и учителями. Оценивание служит не инструментом контроля сверху, а способом поддержки учителей и учащихся, подчеркивая важность развития.
Уже в детском саду финские дети изучают цифровую безопасность через игровой подход. В школе на каждом предмете уделяется внимание мультиграмотности. Например, на уроках математики дети учатся распознавать манипуляции со статистикой, на уроках искусства анализируют, как изображения могут менять смысл, а на истории изучают пропагандистские кампании.
«Каждый учитель в финской школьной системе является учителем мультиграмотности, поскольку это часть учебной программы по каждому предмету», - подчеркивает Юстус Мутанен, учитель химии и физики в гимназии Вуосаари в Хельсинки[7].
Результаты очевидны: Финляндия считается самой устойчивой к дезинформации и цифровым угрозам страной в Европе.
Австралия: eSafety Commissioner и образовательные инициативы
В 2015 году Австралия создала первый в мире государственный орган, полностью посвященный онлайн-безопасности - Комиссию по электронной безопасности (eSafety Commissioner).[8] Ключевой особенностью австралийского подхода является сочетание регулирования с образованием.
eSafety предоставляет:
a. Бесплатные образовательные программы для детей, родителей и учителей;
b. Инструменты родительского контроля на добровольной основе;
c. Подробные руководства по безопасному использованию популярных приложений;
d. Четкую систему обработки жалоб на киберзапугивание, насилие и нежелательный контент;
«Мы добьемся большего успеха, действуя сообща: помогая родителям получить необходимые знания, развивая цифровую грамотность детей и требуя от технологических компаний ответственности за безопасность их платформ», - отмечает Джули Инман Грант, комиссар eSafety Австралии.
Германия: саморегулирование и добровольная сертификация
Германия выстроила систему «регулируемого саморегулирования», в которой государство устанавливает общие принципы, а их реализацию берет на себя индустрия. Центральную роль играет Ассоциация добровольного саморегулирования поставщиков цифровых медиа-услуг (FSM)[9], признанная Комиссией по защите несовершеннолетних в СМИ (KJM).
FSM занимается разработкой стандартов классификации контента, технических мер защиты детей и консультирует провайдеров по законодательным требованиям. Операторы цифровых платформ, присоединяющиеся к FSM, получают возможность сертифицировать свои меры защиты.
Ключевые элементы немецкой системы:
a. Система возрастной маркировки контента через признанные организации (FSK для фильмов, USK для игр);
b. Добровольные фильтры с настраиваемыми родителями параметрами;
c. Разделение ответственности между родителями, провайдерами и государством;
d. Акцент на предоставлении инструментов для информированного выбора.
В 2021 году Германия обновила закон о защите молодежи в медиа, впервые закрепив участие детей и молодежи в формировании политики защиты. Председатель Комитета по правам ребенка Юта Кролл отметила: «Право детей выражать свои взгляды по вопросам, которые их затрагивают, является одним из основных принципов Конвенции ООН».
Немецкий подход показывает, что эффективная защита детей возможна без тотального контроля и слежки, через сбалансированное участие всех заинтересованных сторон.
Что рекомендуют международные эксперты?
ЮНИСЕФ в своих официальных документах выступает за комплексный подход к онлайн-безопасности детей, который включает:
1) Развитие цифровой грамотности и образование:
· Поддержка образовательных программ, которые наделяют детей, родителей и сообщества необходимыми навыками;
· Обучение критическому мышлению для оценки информации в сети;
· Содействие министерствам образования в обучении детей навыкам цифровой грамотности и онлайн-безопасности.
2) Защита прав и данных детей:
· Продвижение реформ законодательства, соответствующих международным стандартам прав человека;
· Защита частной жизни и персональных данных детей;
· Гарантия права детей на доступ к информации при минимизации рисков.
3) Сотрудничество с технологическими компаниями:
· Партнерство с правительствами для продвижения необходимого регулирования;
· Работа с технологическими компаниями для внедрения приемлемых мер безопасности на их платформах;
· Разработка стандартов «безопасности по дизайну» для цифровых продуктов.
Приведенные выше примеры демонстрируют, что эффективная защита детей в цифровой среде должна быть ориентирована на долгосрочную перспективу. Вместо реактивных мер контроля, опыт ведущих стран показывает преимущества проактивного развития цифровой грамотности, критического мышления и сотрудничества между всеми заинтересованными сторонами. Такой подход не только защищает детей сегодня, но и готовит их к самостоятельному преодолению цифровых вызовов завтрашнего дня - умение, которое никакая техническая фильтрация не может обеспечить.
