13.08.2026
Библиометрия как пропуск в казахстанскую науку: когда международные показатели становятся административным барьером
Исмагулов Кайрат Еслямкалиевич,
доктор юридических наук
Настоящая статья в определенной степени является продолжением ранее опубликованного материала «Наука как закрытый клуб» (можно ознакомиться на https://prg.kz/lawyer/), в котором рассматривались механизмы академического гейткипинга, закрытости научного сообщества и барьеры, способные ограничивать доступ исследователей к ресурсам, финансированию, профессиональному продвижению и участию в принятии решений.
Однако «закрытый клуб» создается не только неформальными связями, влиянием отдельных научных групп или принадлежностью к определенным академическим школам. Не менее серьезные барьеры могут возникать вследствие формальных нормативных требований.
Одним из таких вопросов сегодня является роль международных библиометрических критериев в казахстанской системе науки и высшего образования.
Речь идет прежде всего о публикациях в международных рецензируемых научных журналах, показатели которых определяются базами Scopus и Web of Science, включая данные Journal Citation Reports.
Сразу необходимо сделать важную оговорку. Действующее законодательство Казахстана не устанавливает требования исключительно к публикациям в Scopus. Правила присвоения ученых званий ассоциированного профессора (доцента), профессора предусматривают несколько вариантов подтверждения международного публикационного результата. Учитываются журналы определенных квартилей Journal Citation Reports, журналы с установленным процентилем CiteScore в Scopus, а применительно к социальным и гуманитарным наукам - также определенные индексы Web of Science Core Collection. В отдельных случаях международные публикации могут быть заменены монографиями и главами в монографиях определенных издательств, а часть требований - соответствующими зарубежными патентами.
Поэтому вопрос следует ставить шире. Насколько оправданно ставить академическое положение казахстанского ученого в зависимость от библиометрических и издательских критериев международных информационных систем?
Международная публикационная активность необходима. Казахстанская наука должна быть видима в мире, отечественные исследования должны проходить внешнее рецензирование, участвовать в глобальной научной дискуссии и конкурировать на международном уровне.
Но международная видимость научного результата и научная квалификация самого исследователя не является одним и тем же.
Именно здесь проходит граница между полезным инструментом оценки и административным фильтром.
Не только Scopus: что на самом деле требуют Правила
Наиболее наглядно значение международных публикаций можно увидеть на примере вышеуказанных Правил присвоения ученых званий.
Для присвоения ученого звания ассоциированного профессора (доцента) претендент должен иметь не менее 14 научных статей в периодических научных изданиях, соответствующих его специальности и опубликованных после защиты диссертации.
Из них не менее 10 должны быть опубликованы в изданиях, рекомендуемых уполномоченным органом, и две - в международных рецензируемых научных журналах.
При этом в двух международных статьях претендент должен быть первым автором либо автором для корреспонденции.
Но речь идет не о любой зарубежной публикации.
Правила относят к соответствующим международным журналам издания, входящие в первый, второй или третий квартиль по данным Journal Citation Reports компании Clarivate либо имеющие в базе Scopus показатель процентиля CiteScore не менее 35 по научной области, соответствующей специальности претендента.
Для социальных и гуманитарных наук предусмотрены дополнительные варианты - статьи и обзоры, индексируемые в Arts and Humanities Citation Index, Science Citation Index Expanded и Social Sciences Citation Index базы Web of Science Core Collection.
Следовательно, правильнее говорить не о «требовании Scopus», а о системе международных библиометрических квалификационных требований.
Само наличие таких критериев еще не является проблемой. А проблема возникает тогда, когда они начинают приобретать значение, выходящее далеко за пределы оценки одной конкретной публикации.
Что именно измеряется: качество ученого или соответствие формальному критерию?
Предположим, два исследователя претендуют на одно ученое звание.
Первый десятилетиями работает в своей области, является автором монографий, подготовил учеников, участвовал в развитии научной школы, имеет значительный профессиональный авторитет, однако не располагает необходимыми международными публикациями, соответствующими действующим библиометрическим критериям.
Второй выполнил установленный публикационный минимум.
Можно ли только на этом основании утверждать, что второй исследователь обладает более высокой научной квалификацией?
Очевидно, нет. Но формализованная система неизбежно создает именно такую ситуацию, что сложное понятие научной состоятельности переводится в язык количества статей, квартилей, процентилей и авторских позиций.
Это особенно чувствительно применительно к ученым старшего поколения. Многие известные казахстанские исследователи формировали научные школы и создавали фундаментальные труды в период, когда сегодняшняя библиометрическая система либо вообще не существовала в нынешнем виде, либо не определяла академическую карьеру в Казахстане.
И сегодня многолетний научный авторитет такого ученого может оказаться недостаточным для выполнения отдельного формального требования.
Возникает закономерный вопрос: можно ли ретроспективно измерять целую научную биографию критерием, который стал определяющим значительно позднее?
Научная квалификация не возникает в момент появления первой публикации в Scopus или Web of Science. И она не исчезает при отсутствии такой публикации.
Считаю, что международная публикация получила уж слишком повышенный нормативный «вес».
Особенно интересна сама логика Правил. Если у претендента имеются международные статьи сверх минимально необходимого количества, одна дополнительная статья в соответствующем международном журнале может учитываться как две статьи в изданиях, рекомендуемых уполномоченным органом.
Фактически законодательством устанавливается определенное соотношение различных публикационных результатов, так одна международная публикация при соблюдении необходимых библиометрических параметров может заменить две публикации в национальных рекомендуемых изданиях.
Но еще показательнее другое положение. Правила предусматривают требование о наличии у претендента монографии либо соответствующего учебного издания, либо ученого, защитившего диссертацию под его руководством.
Вместе с тем при наличии трех дополнительных международных научных статей более высокого уровня, а именно в журналах первого или второго квартиля либо с процентилем CiteScore не менее 50 хотя бы по одной научной области, то выполнение этого требования не требуется.
И здесь возникает уже вопрос не юридической техники, а философии оценки науки.
Почему несколько журнальных публикаций могут быть признаны альтернативой монографии или подготовке ученого?
Монография является результатом масштабного самостоятельного исследования.
Подготовка человека, защитившего диссертацию, также результат многолетнего научного руководства и один из признаков существования научной школы.
Международная статья также является значимым научным результатом. Но это разные результаты по своей природе.
Можно ли их механически конвертировать один в другой?
И на основании какой научной методологии устанавливается подобная эквивалентность?
С точки зрения администрирования такая модель удобна, так как результаты можно посчитать. Но с точки зрения реальной науки вопрос значительно сложнее.
Правила предусматривают альтернативы
Для объективности необходимо отметить, что международные журнальные публикации не являются единственным предусмотренным механизмом.
Так, монография, опубликованная в ряде прямо перечисленных Правилами международных издательств, при соблюдении требований к объему может учитываться как две научные статьи в международных рецензируемых журналах.
Глава в такой монографии может учитываться как одна международная статья.
Определенные патенты США, Европейского союза и Японии, включенные в Derwent Innovations Index базы Web of Science, также могут засчитываться как международные публикационные результаты в установленных пределах.
Это показывает, что действующая система уже признает, что научный результат не сводится исключительно к журнальной статье.
Однако одновременно возникает другой вопрос.
Почему перечень способов подтверждения научной квалификации настолько жестко привязывается к конкретным международным базам, рейтингам, издателям и индексам?
Почему монография одного ученого получает повышенное квалификационное значение в зависимости не только от ее содержания, но и от того, каким именно издательством она выпущена?
То есть проблема вновь возвращается к одному и тому же принципу - оценивается не только научный результат, но и его формальная принадлежность к заранее установленной международной инфраструктуре.
Самая спорная норма Правил «При прекращении индексации международного рецензируемого научного журнала в базе Scopus (Скопус) и/или Web of Science (Веб оф Сайенс) все статьи претендента в данном журнале не учитываются».
Здесь особенно отчетливо проявляется уязвимость существующей системы.
Представим обычную ситуацию. Исследователь выбирает международный журнал. На момент подготовки материала издание официально индексируется в соответствующей базе и отвечает требованиям, установленным Казахстаном. Ученый проводит исследование, пишет статью, направляет ее в журнал, проходит рецензирование, отвечает на замечания, дорабатывает рукопись.
На весь процесс уходят месяцы. Затем статья публикуется, так как автор полностью выполнил предъявленные к нему требования. Но через некоторое время индексация журнала прекращается.
Изменилось ли содержание уже опубликованной статьи? Нет.
Изменилась ли методология проведенного исследования? Нет.
Исчезло ли состоявшееся рецензирование? Нет.
Изменился статус издания в международной информационной системе.
Но именно это изменение способно повлиять на положение казахстанского исследователя.
И здесь возникает совершенно конкретный вопрос - почему ученый должен нести академические последствия решения, которое он не принимал и на которое не мог повлиять?
Внутреннее противоречие Правил
Ситуация становится еще более спорной при сопоставлении нескольких положений Правил.
Правила одновременно предусматривают, что квартиль по данным Journal Citation Reports или процентиль CiteScore в Scopus учитывается за год публикации либо на момент подачи аттестационного дела.
Это вполне понятная логика.
Если статья была опубликована в определенном году, естественно учитывать статус журнала именно применительно к этому периоду.
Но затем устанавливается другое правило - если индексация журнала прекращена, статьи претендента в этом журнале не учитываются.
Получается, что статус журнала за год публикации одновременно является юридически значимым и может оказаться недостаточным.
Ученый мог выполнить нормативное требование в момент, когда совершал все необходимые действия, но затем оказаться в менее выгодном положении из-за события, наступившего позже.
С точки зрения принципов правовой определенности и предсказуемости регулирования такая конструкция как минимум заслуживает серьезного пересмотра.
Если государство устанавливает определенные правила академической аттестации, исследователь должен понимать последствия своих действий в момент, когда он их совершает.
Иначе появляется своеобразное «плавающее» квалификационное требование: сегодня результат соответствует правилам, а завтра - уже нет, хотя сам результат не изменился.
Ученые/исследователи рискуют не только временем
Особенно остро этот вопрос стоит из-за финансовой стороны публикационной деятельности.
Необходимо подчеркнуть, что международная публикация не обязательно является платной. Существует большое количество качественных журналов, в которых автор не оплачивает публикацию. В то же время многие международные издания используют модель открытого доступа, предполагающую Article Processing Charge (официальный платеж за публикацию или открытый доступ к статье). Сам факт такого платежа не свидетельствует о низком качестве журнала.
Однако существующая казахстанская система создает другую проблему. Если публикация необходима человеку для получения ученого звания, выполнения квалификационных требований или дальнейшего академического продвижения, она приобретает не только научную, но и вполне конкретную экономическую ценность.
Появляется спрос. А там, где возникает спрос на определенный формальный результат, неизбежно появляется и рынок соответствующих услуг. Полагаю, что пришло время говорить об этом открыто, поскольку проблема давно известна научному сообществу, и делать вид, что ее не существует, уже невозможно.
Сегодня исследователям предлагаются услуги по подбору журнала, академическому переводу, редактированию, сопровождению рукописи и содействию публикации в изданиях, индексируемых международными базами.
Однако существует и значительно более тревожная сторона этого рынка, а именно предложения, связанные не столько с проведением полноценного исследования, сколько с возможностью получить место среди авторов уже подготовленной публикации. В профессиональной среде обсуждаются случаи, когда заинтересованному лицу фактически предлагается оплатить включение в число соавторов статьи, в подготовке и проведении исследования которой оно непосредственно не участвовало.
Особую ценность при этом приобретает уже не просто соавторство, а определенная позиция в публикации. Это напрямую связано с существующими квалификационными требованиями. Например, для присвоения ученого звания ассоциированного профессора в двух международных публикациях претендент должен являться первым автором либо автором для корреспонденции.
Таким образом, формальное требование способно формировать отдельный спрос именно на такую авторскую позицию. И чем выше значение конкретной публикации для получения ученого звания или выполнения другого квалификационного условия, тем выше ее потенциальная экономическая ценность на неформальном рынке.
Здесь возникает уже гораздо более серьезная проблема для самой науки. Если исследователь может направить финансовые ресурсы не на проведение исследования (сбор и анализ данных, эксперимент, работу с архивами, полевые исследования, оборудование, программное обеспечение), а на получение необходимого публикационного результата или авторской позиции, то первоначальная цель библиометрического требования начинает искажаться.
Вместо стимулирования качественной науки система рискует стимулировать приобретение формальных признаков научной результативности.
При этом финансовые риски несут и те исследователи, которые действуют добросовестно. Стоимость официальных публикационных сборов, перевода, редактирования и иных сопутствующих услуг в отдельных случаях может быть весьма существенной. Еще более значительными могут оказаться расходы на посреднические услуги, особенно если речь идет о публикации, необходимой в конкретный срок и с определенной авторской позицией.
И тогда прекращение индексации журнала перестает быть чисто теоретической библиометрической проблемой.
Исследователь может вложить в публикацию месяцы работы и значительные финансовые средства (собственные, университетские или проектные), а затем столкнуться с тем, что полученный результат перестает учитываться при конкретной квалификационной процедуре.
Для тех же, кто заплатил посредникам именно за возможность получить необходимую публикацию или авторскую позицию, последствия могут быть еще более ощутимыми. Вместе с утратой квалификационного значения статьи фактически теряются и вложенные в нее средства.
Получается парадоксальная ситуация. Механизм, который изначально должен был стимулировать ученого проводить качественные исследования, при определенных условиях способен стимулировать его прежде всего искать финансовую возможность получить требуемую публикацию.
И тогда необходимо поставить вопрос уже не о стоимости статьи, а об эффективности всей модели. Если финансовая способность получить необходимую публикацию начинает конкурировать с качеством самого исследования, действительно ли такой критерий способствует развитию казахстанской науки?
Государство само создает рынок публикаций «под требование»
Есть еще один неприятный эффект. Когда статья становится обязательным элементом академической траектории, меняется сама мотивация исследователя.
Классическая научная последовательность выглядит так. Исследователь формулирует проблему, проводит исследование, получает новый результат и затем выбирает оптимальный журнал для его распространения.
Но жесткая публикационная система способна развернуть эту логику.
«Мне необходимо выполнить норматив. Какой журнал подойдет?»
Вместо научного результата в центре внимания оказывается формальное соответствие:
1. Нужен определенный квартиль.
2. Нужен определенный процентиль.
3. Нужен статус первого автора или автора для корреспонденции.
Это не означает, что все публикации, подготовленные с учетом квалификационных требований, являются некачественными.
Разумеется, нет. Но любая система стимулов влияет на поведение людей.
Если государство устанавливает в качестве измеримого результата определенный тип публикации, система будет стремиться производить именно этот тип публикации.
Поэтому прежде, чем бороться с рынком сомнительных «публикационных услуг», необходимо задаться вопросом какие стимулы для существования такого рынка создает сама модель государственного регулирования?
А где научная репутация?
Предположим, перед нами известный ученый с тридцати- или сорокалетним стажем, автор фундаментальных трудов, воспитавший учеников и сформировавший собственную научную школу. Его приглашают в качестве эксперта по сложнейшим вопросам, на его исследования ссылаются коллеги, а многолетняя деятельность внесла существенный вклад в становление и развитие целого научного направления. Однако его современный библиометрический профиль не соответствует конкретному нормативному критерию.
В то же время значительно более молодой исследователь может формально соответствовать установленным публикационным и библиометрическим требованиям. Но означает ли это, что он обладает более высокой научной компетентностью?
Ответить на этот вопрос только на основании показателей Scopus, Web of Science, CiteScore или квартиля журнала невозможно. Именно поэтому библиометрия должна оставаться одним из инструментов оценки научной деятельности, но не подменять собой содержательную оценку ученого и его профессионального вклада.
Публикационная статистика позволяет увидеть определенную часть научной активности исследователя, то есть интенсивность публикаций, их представленность в международных базах, цитируемость. Однако она не способна в полной мере измерить глубину профессиональных знаний, значение фундаментальных трудов, вклад в создание научной школы и подготовку новых кадров, экспертную репутацию и реальное влияние ученого на развитие своей научной области.
Особенно сложен вопрос для социальных и гуманитарных наук
Универсальные библиометрические показатели особенно спорны применительно к различным научным областям.
Для многих направлений естественных, технических и медицинских наук статья в международном журнале является традиционным и зачастую главным способом представления нового результата.
Мировое научное сообщество является естественной аудиторией таких исследований.
Но с гуманитарными и общественными науками ситуация значительно сложнее. Исследования истории Казахстана, казахского обычного права, национального законодательства и судебной практики, казахского языка, литературы или культурного наследия могут иметь фундаментальное значение для отечественной науки и общества, но в силу своей национальной специфики объективно ориентированы на более узкую международную аудиторию.
Соответственно, их публикационная модель и потенциальная цитируемость могут существенно отличаться, например, от исследований в области молекулярной биологии, медицины или материаловедения, результаты которых изначально адресованы широкому международному научному сообществу.
Это, безусловно, не означает, что представители социальных и гуманитарных наук не должны публиковаться в международных изданиях. Однако международная видимость исследования и его реальная научная значимость для Казахстана не тождественные показатели. Работа может иметь относительно невысокую международную цитируемость, но при этом оказывать существенное влияние на развитие национального законодательства, исторической науки, языка, культуры или общественной мысли.
Если система оценки не учитывает эту специфику и ориентируется преимущественно на универсальные библиометрические показатели, она неизбежно создает неравные условия для различных областей науки.
Библиометрия выходит за пределы ученых званий
Проблема не ограничивается присвоением звания ассоциированного профессора.
Международные публикационные и библиометрические показатели используются в различных элементах системы научной аттестации, подготовки научных кадров и научной экспертизы.
Особого внимания заслуживают Национальные научные советы. Они участвуют в экспертной оценке научных проектов и принятии решений, непосредственно связанных с развитием и финансированием отечественной науки. При формировании таких советов нормативное регулирование также использует показатели, связанные с Web of Science и Scopus.
Это означает, что международная библиометрия влияет уже не только на персональную академическую карьеру.
Она способна влиять на то, кто участвует в экспертном управлении самой казахстанской наукой.
И здесь проблема приобретает совершенно иной масштаб.
Если библиометрический показатель используется в качестве одного из вспомогательных критериев это понятно. Но если он становится фактическим фильтром, через который должны пройти специалисты прежде, чем государство признает их пригодными для экспертной деятельности, возникает вопрос не отсекаем ли мы таким способом ученых, чья реальная профессиональная компетентность значительно шире их современного публикационного профиля?
Наука не складывается из одинаковых единиц
Одна из фундаментальных проблем современной системы оценки науки заключается в стремлении привести качественно разные результаты научной и научно-педагогической деятельности к единой шкале. Статья, монография, патент, подготовленный ученый, учебник, реализованный научный проект и цитирование публикаций - все это свидетельствует о научной деятельности, однако отражает совершенно разные формы и результаты работы исследователя.
Создание фундаментальной монографии нельзя свести к определенному количеству статей, многолетнюю работу по подготовке нового ученого - выразить через квартиль или процентиль журнала, а практическую ценность внедренной технологической разработки оценить исключительно количеством цитирований. Каждый из этих результатов имеет собственное содержание, значение и требует соответствующего подхода к оценке.
И когда нормативная система начинает устанавливать условный «курс обмена» между принципиально разными научными достижениями, то возникает риск чрезмерного административного упрощения самой науки. На первый план постепенно выходит то, что легче формализовать, подсчитать и сопоставить, тогда как результаты, значение которых невозможно выразить одной цифрой, могут получать меньший вес.
В итоге возникает опасность, что то, что проще измерить, начинает восприниматься как наиболее ценное. Однако измеримость научного результата и его реальная научная значимость далеко не одно и то же.
Нужны ли Казахстану Scopus и Web of Science?
На этот вопрос следует ответить утвердительно. Полный отказ от международных библиометрических систем вряд ли отвечал бы интересам казахстанской науки. Отечественные ученые должны быть представлены в мировом научном пространстве, публиковаться в авторитетных международных изданиях, проходить международное рецензирование, участвовать в совместных исследованиях и профессиональной дискуссии с зарубежными коллегами.
Scopus и Web of Science в этом отношении выполняют важную функцию, а именно позволяют получать и анализировать информацию о научных публикациях, журналах, цитировании и международном научном взаимодействии. Однако необходимость использования этих инструментов не означает, что их показатели должны превращаться в универсальный критерий научной состоятельности исследователя.
Существует принципиальная разница между утверждениями «международная публикационная активность является важным показателем работы ученого» и «без определенной международной публикации ученый не соответствует установленному академическому требованию». В первом случае речь идет об одном из инструментов оценки научной деятельности, во втором же о формальном квалификационном фильтре, от прохождения которого могут зависеть конкретные академические возможности исследователя.
Именно второй подход, на мой взгляд, требует переосмысления. Вопрос заключается не в том, нужны ли Казахстану Scopus и Web of Science, а в том, какое место международные библиометрические показатели должны занимать в национальной системе оценки ученого и не приобрели ли они сегодня значение, несоразмерное их первоначальной функции.
Что необходимо изменить
Во-первых, необходимо пересмотреть последствия прекращения индексации журнала. Если на момент публикации международное издание официально соответствовало установленным государством требованиям, добросовестно опубликованная статья должна сохранять квалификационное значение.
Последующее решение Scopus или Web of Science не должно автоматически ухудшать положение автора, который не имел отношения к причинам прекращения индексации.
Иной подход может применяться в случаях доказанного нарушения научной этики самим исследователем, ретракции его статьи или иных обстоятельств, непосредственно связанных с автором. Но добросовестный ученый не должен отвечать за последующее поведение редакции.
Во-вторых, международные библиометрические показатели необходимо сохранить как существенный, но не безальтернативный критерий.
Значительный научный вклад должен иметь возможность подтверждаться совокупностью результатов - международными и национальными публикациями, фундаментальными монографиями, подготовленными научными кадрами, патентами, внедренными разработками, научными проектами, международным признанием и экспертной деятельностью.
В-третьих, необходимо отказаться от чрезмерно формального сопоставления принципиально разных научных результатов.
Статья не должна автоматически считаться «двумя статьями» только из-за расположения журнала в международной системе, если за этим не стоит содержательная оценка научного качества.
Несколько статей не должны восприниматься как очевидный эквивалент создания научной школы лишь потому, что такую замену удобно формализовать.
В-четвертых, при формировании диссертационных, научных и экспертных структур библиометрия должна быть одним из элементов оценки, но не единственным способом подтвердить компетентность.
Особенно это важно для признанных ученых старшего поколения и специалистов национально ориентированных научных направлений.
В-пятых, государство должно обратить внимание на финансовые последствия собственных квалификационных требований.
Если международная публикационная активность фактически необходима исследователям для академического продвижения, необходимы прозрачные механизмы финансирования добросовестных публикационных расходов, информирования ученых о рисках журналов и противодействия сомнительному рынку посреднических услуг.
ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
Кто должен определять ценность казахстанского ученого?
Главная проблема заключается не в Scopus или Web of Science как таковых, а в том, какое значение библиометрические показатели приобретают в национальной системе оценки научной деятельности.
Международные базы позволяют увидеть, где публикуется исследователь, насколько цитируются его работы, получить информацию об уровне и характеристиках научных журналов. Все это имеет значение для оценки научной активности, однако ни одна библиометрическая система не способна самостоятельно ответить на значительно более сложный вопрос «каков реальный научный вклад конкретного ученого?».
Тем более международные базы не должны фактически превращаться в косвенную аттестационную инстанцию национальной науки. Если ученый десятилетиями создавал научную школу, писал фундаментальные труды, готовил исследователей и внес признанный вклад в развитие своей области, отсутствие нескольких публикаций, соответствующих установленным библиометрическим критериям, не должно автоматически отодвигать все остальные достижения на второй план. Справедливо и обратное - наличие публикаций в журналах высокого квартиля или процентиля само по себе еще не свидетельствует о масштабе ученого и значимости его вклада в науку.
Поэтому речь должна идти не об отказе от библиометрии, а о выстраивании правильной иерархии критериев оценки. На первом месте должен находиться научный результат, затем его содержательная экспертная оценка, и только после этого библиометрические показатели как один из инструментов, позволяющих дополнить такую оценку.
Казахстану нужны Scopus и Web of Science как инструменты интеграции в международное научное пространство. Но Казахстану вряд ли нужна система, в которой международная библиометрия превращается в своеобразный турникет на входе в собственную науку. Научная публикация должна подтверждать квалификацию исследователя, а не создавать ее; процентиль должен характеризовать положение журнала в соответствующей научной области, а не определять профессиональную ценность автора; цитирование должно свидетельствовать о распространении научного результата, а не автоматически решать вопрос о компетентности человека.
Особенно важно обеспечить защиту добросовестно достигнутых научных результатов. Если исследователь выполнил установленные требования, опубликовав работу в журнале, который на тот момент соответствовал необходимым критериям, последующее изменение статуса издания в международной базе не должно само по себе перечеркивать результат его работы и ставить под сомнение выполненное квалификационное требование.
В конечном итоге вопрос заключается в том, что именно мы хотим оценивать 1) способность ученого соответствовать формализованным показателям или 2) реальный вклад его деятельности в развитие науки? Международная публикационная активность необходима казахстанской науке, но она должна оставаться частью комплексной оценки, а не становиться ее заменой.
Если же формальные показатели начинают приобретать большую ценность, чем содержание научной деятельности, пересматривать необходимо не самих ученых, пересматривать необходимо саму систему оценки.
P/s: В дальнейшем в продолжение этой темы предлагаю отдельно рассмотреть еще одно требование, предъявляемое в Правилах, - наличие 10 (десяти) научных статей в изданиях, рекомендуемых уполномоченным органом. Отдельного внимания заслуживает практика формирования стоимости публикации научных статей. В ряде изданий размер оплаты зависит не только от самого факта публикации, но и от объема материала (количества печатных знаков).
При этом требования к научным статьям сами по себе предполагают полноценное изложение методологии исследования, анализ научной литературы, представление и обсуждение результатов, выводы. В результате необходимость более подробно раскрыть результаты исследования может одновременно означать и увеличение стоимости публикации.
Приказ Министра образования и науки Республики Казахстан от 31 марта 2011 года № 128 «Об утверждении Правил присвоения ученых званий (ассоциированный профессор (доцент), профессор)». Зарегистрирован в Министерстве юстиции Республики Казахстан 10 мая 2011 года № 6939.
