11.01.2024
«Зеленая экономика»: термин есть, а действий нет
Законы Казахстана и контракты с добывающими компаниями не содержат конкретных обязательств по переходу на «зеленую» экономику. К такому выводу пришли авторы исследования по оценке прозрачности и общественного участия в программе энергетического перехода.
ВВП Казахстана всегда сильно зависел от доходов добывающих отраслей: в разные годы их объем составлял от 25 до более 40%. Кроме того, сегодня около 70% генерации электроэнергии и почти 99% генерации теплоэнергии - это «заслуга» угольных электростанций. На их долю в 2020 году пришлось почти 80% всех выбросов парниковых газов в стране. Стратегия достижения углеродной нейтральности РК до 2060 года, принятая в феврале 2023, планирует поэтапное снижение выбросов парниковых газов с 343 млн тонн до 45 млн тонн. Но что в этом процессе идет не так?
Коалиция НПО Казахстана решила разобраться, какие факторы мешают нам спасать экологию. Эксперты проанализировали законодательство, а также контракты и политики горнорудных компаний. Выводы оказались неутешительными: правительство декларирует постепенный отказ от энергии полезных ископаемых, но на деле конкретных обязательств и задач нет ни в одном документе. Кроме того, как отмечает Всемирный банк, ситуация является отражением сложной политической обстановки и влияния заинтересованных кругов, представляющих угольную и нефтегазовую отрасли. Для достижения поставленных климатических целей потребуется более сильная политическая решимость.
По мнению одного из авторов Татьяны Седовой, энергетеческий переход - процесс комплексный, сложный, влияющий на жизнь всех граждан. «Нам необходимы детальные планы реализации стратегических документов с установкой четких индикаторов, - говорит она. - Граждане должны понимать, как мы сокращаем выбросы, когда страна планирует отказываться от использования угля, а когда от нефти, что нужно, чтобы развивать малую возобновляемую энергетику и т.д. Все это напрямую влияет, например, и на работников угольных предприятий, и на всех нас как потребителей электроэнергии». Казахстан создал систему торговли квотами, проводит аукционы для отбора проектов освоения ВИЭ, но процесс требует дальнейшего развития. Снижение выбросов не будет эффективным без информирования населения и внедрения стратегической экологической оценки». Помимо работы с бизнес-сообществом, крайне важно наладить контакт с научными кругами, общественными организациями, малым и средним предпринимательством.
Эксперт Данила Бектурганов, изучивший контракты с крупнейшими производителями угля, также не нашел в них четких планов и обязательство по снижению углеродной зависимости. «Судя по содержанию договоров, энергетический переход и внедрение зеленых технологий не являются приоритетным направлением для государственных органов РК, участвующих в переговорах с недропользователями, - отмечает он. - Все мероприятия по охране окружающей среды, описанные в доступных документах компаний, касаются только процесса добычи и частично транспортировки угля до конечного потребителя. Компании не оценивают риски использования угля в качестве источника энергии и не декларируют намерений снижать его добычу».
Изменить ситуацию к лучшему можно, уверены эксперты. Для этого требования по энергопереходу должны быть обязательным условием при участии компаний в конкурсах по заключению контрактов и лицензий на недропользование. Госорганы должны инициировать трехсторонние консультации - власти, бизнеса и гражданского общества - для определения приоритетов развития зеленых инфраструктурных проектов.
Что касается бизнеса, то здесь нужна разработка специальных климатических политик и регулярные отчеты по их реализации. И конечно, энергопереход невозможен без участия обычных жителей: чем больше будет исследований, экспертных материалов, адвокационных кампаний на эту тему, тем ближе и понятнее станет «зеленая экономика».
Узнать больше о том, что мешает нам спасать экологию и как можно помочь в решении этой непростой задачи, можно здесь https://echo.kz/enp-enb-ru/materialy-po-energoperekhodu/287-zakon-rk-po-energoperehodu.html.
