Определение Конституционного Суда РФ от 10 июля 2003 года № 270-О
«Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Курганского городского суда Курганской области о проверке конституционности части первой статьи 3, статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации и пункта 13 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей М.В.Баглая, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, А.Л.Кононова, Л.О.Красавчиковой, В.О.Лучина, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, А.Я.Сливы, В.Г.Стрекозова, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи Ю.Д.Рудкина, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение запроса Курганского городского суда Курганской области, установил:
1. По приговору Курганского городского суда Курганской области, вынесенному 26 сентября 2000 года, гражданин В.П.Лицкевич был осужден к лишению свободы на срок четыре года за совершение трех краж чужого имущества на сумму, соответственно, 209, 359 и 415 рублей. В связи с тем, что Федеральным законом от 30 декабря 2001 года с 1 июля 2002 года был введен в действие Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, статьей 7.27 которого (в редакции, действовавшей до 5 ноября 2002 года) хищение чужого имущества на сумму, не превышающую пяти минимальных размеров оплаты труда, установленных законодательством Российской Федерации на момент совершения правонарушения, признавалось административно наказуемым правонарушением, В.П.Лицкевич обратился в Курганский городской суд с ходатайством об освобождении его от дальнейшего отбывания наказания ввиду издания закона, устраняющего уголовную наказуемость совершенных им деяний.
Курганский городской суд, полагая, что удовлетворению ходатайства препятствуют положения части первой статьи 3 и статьи 10 УК Российской Федерации, а также пункта 13 статьи 397 УПК Российской Федерации, которыми, по его мнению, предусматривается возможность придания обратной силы только уголовному, а не любому иному (в том числе административному) закону, устраняющему преступность деяния, смягчающему наказание или иным образом улучшающему положение лица, совершившего преступление, обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке их конституционности. Заявитель утверждает, что оспариваемые положения нарушают права граждан, гарантируемые статьями 19 (часть 1) и 54 Конституции Российской Федерации.