Верховенство права. Перспективы в Центральной Азии. Сельские районы и проблемы человека (Пекка Халлберг)
3. Расширение участия НПО в осуществлении государственной власти
Ученые часто говорят о формировании гражданского общества и возникновении множества НПО. С одной стороны, создание НПО как выразителей общественного мнения может содействовать развитию местной демократии и росту автономии регионов. С другой стороны, НПО не являются панацеей для уменьшения демократического дефицита глобализации. Они могут, как помочь преодолеть, так и усугубить демократический дефицит.
Тем не менее, есть несколько способов, которыми гражданское общество может потенциально способствовать развитию верховенства права: 1) НПО могут дать политический голос своим членам, которые по отдельности, как правило, получали бы лишь ограниченное внимание; 2) они могут повысить осведомленность общественности как по международным, так и национальным вопросам, в.т.ч. относительно законодательства и государственных органах; 3) они также могут способствовать общественной дискуссии путем предоставления инновационных предложений и конструктивной критики; 4) они могут способствовать прозрачности и подотчетности процесса принятия решений путем распространения информации и контроля за осуществлением политики.
НПО могут быть содействовать осуществлению управления и обеспечению благосостояния на национальном и местном уровнях. Сила механизма объединений заключается в их способности влиять на народные массы. Фукуяма (2001, 7-11) считает, что значение НПО для развития демократии зависит от степени консолидации демократических сил общества в конкретном государстве. В этих условиях, большое значение имеет социальный капитал, формирование которого, в свою очередь, обусловлено развитием общественных институтов, принципа верховенства права и рациональности. Таким образом, мы имеем еще один аргумент в пользу укрепления развития верховенства права.
Поэтому моей третьей рекомендацией является повышение роли НПО, которые уже сейчас играют большую конструктивную роль в укреплении прав человека и осуществлении судебной реформы в странах Центральной Азии. В Таджикистане, например, я имел возможность открыто обсудить многие вопросы с представителем Открытого общества (Фонд Сороса) Зухрой Халимовой и обнаружил позитивную тенденцию, что НПО участвовали в процессе составления ежегодного отчета правительства Таджикистана за 2011 г. о реализации Международного пакта ООН о гражданских и политических правах. Кроме того, во время этой поездки у меня была возможность встретиться с представителями Бюро по правам человека (БПЧ) и получить информацию о дискуссиях, проводимых Лигой женщин-юристов, Организацией женщин-избирателей и Женщинами ООН (UN Women), которые демонстрируют важность НПО по разработке местных правовых условий.
Еще одной темой обсуждения стало также то, как увеличить взаимодействие с религиозными лидерами. Этот вопрос уже был рассмотрен в ранее упомянутом докладе, подготовленным Азитой Ранджбар от имени Фонда «Евразия» (см. отчет для финского МИД за 2012 г., С. 38). Согласно этому отчету:
«многие НПО вовлекают в свою работу неофициальных светских деятелей, но по большей части обходят стороной религиозных лидеров. Несмотря на растущую роль и влияние религиозных лидеров, интервью, проведенные с НПО, показывают существенный уровень недоверия в отношении религиозных руководителей и нерешительность при включении их в проекты.
Сами религиозные лидеры чувствуют себя отвергнутыми официальными органами власти, лишенными прав и исключенными из гражданского общества. Необходимо поощрять поиск путей, которые помогут НПО и религиозным лидерам совместно работать над разрешением таких правовых проблем, как незарегистрированные браки, имущественные вопросы, а также домашнее насилие. Меры по повышению доверия, такие как дискуссии, за круглым столом могут стать первым шагом в установлении доверительных отношений между гражданским обществом и религиозными руководителями. НПО приветствуют налаживание отношений, так как считают, что у религиозных лидеров есть потенциал для влияния на социальные изменения в обществе».
4. Устранение проблем, связанных с регистрацией
Выше уже рассматривались многие административные вопросы, связанные с регистрацией рождения или брака, а также права собственности, наследования и признания отцовства. К примеру, в ходе нашей беседы 29 мая 2012 г. Уполномоченный по правам человека Таджикистана Зариф Ализода заявил, что было бы важно сначала зарегистрировать брак и только потом организовать религиозную церемонию. Следовательно, религиозные браки должны свершаться только после их официальной регистрации. Однако, практическая реализация этого правила является затруднительной.
Регистрация осуществляется различными органами власти в разных странах. В Таджикистане эти задачи делегируются местным комитетам, так называемых махаллям, которые в частности регистрируют местожительства людей. Проблем с регистрацией нет, если человек владеет домом, однако, если человек арендует квартиру, он можно получить прописку по своему адресу при условии предоставления им договора аренды.
Кроме того, в Таджикистане существует проект развития, реализуемый под руководством Министерства юстиции и направленный на централизацию регистрации на региональном уровне. Однако, проблемной остается защита прав граждан в случае отклонения регистрации. Одним из решений могла бы быть возможность обжалования, когда истец может попытаться изменить негативное решение, подав аппеляционную жалобу в суд (рекомендации относительно судов см. ниже).
В целях обеспечения прав следует также разрешить альтернативные стандарты доказательства брака и отцовства. Примером может являться свидетельство о церемонии «никах» («nikah») в качестве доказательства брака. Относительно прав собственности доказательством могло бы быть свидетельство о продолжительности времени, в течение которого жена жила с мужем и/или его родственниками. Эти стандарты могли бы защитить интересы уязвимых женщин и предотвратить их дальнейшую виктимизацию (см. See Ranjbar 2012, 39).
Целями проекта РПЗ, который в настоящее время находится на стадии изучения, являются содействие по устранению барьеров для регистрации браков и жилья, а также устранению ненужных требований к документам. Члены сети РПЗ будут также информировать общественность и проводить выездные регистрации, встречи с представителями общественности и консультации. Они будут работать с правительственными чиновниками в целях создания мобильных услуг регистрации, которые могут посетить отдаленные районы. РПЗ также предложит рекомендации по упрощению процесса регистрации.
5. Поддержка неформального правосудия
Страны Центральной Азии имеют глубокие традиции урегулирования споров на местном уровне. Например, в Кыргызстане споры на уровне общины решаются судами аксакалов (судами старейшин), которым был дан официальный статус в 1995 г. при правлении бывшего президента Аскара Акаева. Задачей данных судов является защита права граждан путем разрешения споров на основе обычаев и традиций в соответствии с законодательством Кыргызской Республики. Юрисдикция судов аксакалов включает в себя гражданские, семейные, жилищные и трудовые споры. Суды аксакалов существуют в каждом селе и их услуги предоставляются бесплатно, что делает их наиболее доступной формой правосудия для малоимущих и сельских слоев населения.2
Конфликты в Таджикистане также решаются как через государственные, так и негосударственные органы правосудия. В результате различных препятствий к официальной системе правосудия широко используются местные механизмы правосудия. Так, гражданские споры вначале решаются неофициальными органами, и только если они не могут быть решены на местном уровне они рассматриваются в судебном порядке. Если спор не может быть урегулирован в пределах семьи или рода, за помощью обращаются к местным старейшинам и религиозным лидерам. Следующим этапом является получение помощи от местных махаллей, после чего спорящие стороны могут обратиться в районный джамоат. К такому иерархическому подходу относятся благоприятно, так как он обеспечивает гибкость и снижает нагрузку на институты правосудия верхнего уровня, гарантируя, что незначительные гражданские дела решаются с меньшей затратой средств и времени.
Разрешение споров неофициальным путем также позволяет достичь большей конфиденциальности при разрешении споров. Однако негативным аспектом такого пути является ограничение доступа женщин и молодежи к институтам местного самоуправления в силу различных социальных барьеров. Местные органы в значительной степени закрыты для женщин и молодежи и в них преобладают пожилые люди. Такой расклад имеет очевидные последствия для справедливого разрешения споров (См. Azita Ranjbar 2012, Informal Justice in Tajikistan, Report produced for the Ministry of Foreign Affairs of Finland by Eurasia Foundation).
Таким образом, неформальное урегулирование споров (суды аксакалов в Кыргызстане и схожие органы урегулирования споров в других странах Центральной Азии) по-прежнему распространены на практике. Эта распространенность основана на незначительных затратах и эффективности метода в решении споров. В то же время их роль в разрешении соответствующих дел постепенно снижается. Причинами являются в частности проблемы исполнения судебного решения, ограниченная юрисдикция и ограниченные правовые знания. Например, наиболее больными правовыми вопросами в сельских районах являются незарегистрированные браки и имущество, а суды аксакалов не имеют полномочий выдавать документы и, следовательно, не могут помочь в случаях, когда для разрешения споров необходимы документы.3
Данный вид урегулирования споров включает в себя также множество пережитков. Вот почему эта т.н. неформальная система правосудия не может заменить обычное судебное урегулирование. Тем не менее, она имеет целый ряд преимуществ, так как она основана на добровольности. Несмотря на то, что, в целом, авторитет судов аксакалов уменьшается, часть населения продолжает полагаться на именно этот институт для разрешения споров. Кроме того, обычные суды часто неэффективны, требуют совершения длительных поездок и влекут за собой значительные затраты. Таким образом, мнение сельских жителей о судах аксакалов отличается от мнения городских жителей, которые могут легко получить доступ к официальной юридической защите.
Тем не менее, развитие средств официальной юридической защиты представляет собой основную цель в долгосрочной перспективе. Только такая защита может предоставить людям, живущим в городских и сельских районах, одинаковый доступ к правосудию. Иными словами, целью должно быть равенство всех перед законом, что однако не исключает необходимости разработки эффективных альтернативных методов урегулирования споров.
6. Административные процедуры и возможность обжалования
Эффективность государственного управления занимает ключевую позицию в развитии верховенства права. Особенно в скандинавских обществах всеобщего благосостояния государственное управление распространяется на все возможные сферы. Однако прежде всего ввиду необходимости развития конкуренции роль государственного управления должна всегда рассматриваться критически.
В международном контексте существует два подхода к эффективному управлению. Во-первых, мы можем говорить о традициях демократического управления, в соответствии с которым эффективное управление в основном определяется как метод управления, который служит демократии и равенству. Другой подход связывает эффективное управление с проведением неолиберальной экономической политики.
В любом случае следует постоянно совершенствовать государственные структуры и осуществляемую ими политику. Прежде всего, необходимо иметь четко определенное публичное право, которое закрепляло бы ясные правила относительно того какими должны быть отношения с государственными органами, какие правовые акты должны приниматься, как организовать слушания заинтересованных сторон и принять мотивированное решение, и как действовать, если решение не удовлетворительное. В основе этих конкретных административных правил лежат общие принципы административного правосудия, такие как:
1) принцип равенства, согласно которому орган власти обязан относиться к каждому потребителю государственных услуг в равной степени,
2) принцип целесообразности, согласно которому обязанность осуществлять юрисдикцию органа власти исключительно для оправданных целей,
3) принцип объективности, согласно которому действия властей должны быть беспристрастными,
4) принцип относительности, согласно которому действия властей должны быть пропорциональны установленной цели, и
5) принцип защиты доверия, согласно которому действия власти должны защищать ожидания, основанные на правовом порядке. Этот принцип относится к легитимности действий.
Претворение в жизнь данных принципов и в особенности принципа оказания услуг важной задачей.
Обеспечение законности деятельности государственной администрации должно обеспечиваться правом рассмотрения мер, принятых органами государственной власти. С точки зрения гражданин, это подразумевает наличие достаточных средств для рассмотрения независимым судом законности решения, принятого административным органом. В этой связи следует отметить, что, во-первых, есть страны, где административно-правовые споры относятся к общим судам (в которых при необходимости для решения административных вопросов могут создаваться отдельные подразделения), и, во-вторых, есть страны (а это большинство европейских стран), где существуют отдельные специализированные административные суды.
В Финляндии имеется отдельная система административных судов, что позволяет направлять непосредственно к ним апелляции относительно решений административного органа. Данные суды специализируются на вопросах административного управления, а также могут получить любую дополнительную информацию. Кроме того, в административных судах судебные издержки гораздо ниже, чем в гражданском судопроизводстве. Вот почему даже страны англосаксонской правовой семьи также начали внедрять подобные типы судов.4 Также следует отметить, что на региональном семинаре, проводимом ЕС 2-3 ноября 2012 г. в г. Астана, Казахстан, был поднят вопрос о создании административного суда.
В основных чертах важно подчеркнуть, что право гражданина на обжалование решения, принятого административным органом, должно рассматриваться не как функция административного надзора, как это было при социалистической системе, а скорее с точки зрения обоснования, лежащего в основе осуществления правосудия, т.е. в качестве гарантии реализации принципа верховенства права в каждом конкретном случае и в качестве отрицания деспотизма (см. Ross 1951, 181). Здесь я пропущу рассмотрение значения права на обжалование в более широком плане. Деятельность административных судов состоит не в том, чтобы быть «крышей для органов государственного управления», а в обеспечении защиты права. Здесь остается только констатировать, что независимость судов и эффективная защита права являются твердыми гарантиями развития верховенства права, а также укрепления доверия к государственной власти.
7. Укрепление независимости судов
Выше уже было сказано, что независимость судов занимает ключевую позицию в обеспечении развития верховенства права. Все же независимость судебной системы означает зависимость от конституции и законодательства, а также от общего развития общества. Таким образом, независимость не означает изоляцию от социальной реальности. Имея опыт более 40 лет в качестве судьи, я сам считал, что работа включает в себя попытки найти справедливость в каждом имеющемся конкретном случае в пределах параметров, данных мне фактами и действующим законодательством. С этой точки зрения, независимость судей была создана не для самого судьи, а для того, чтобы обеспечить справедливое судебное разбирательство и правовую защиту граждан.
Швейцарский исследователь Курт Эйхенбергер (см. Eichenberger, Die Richterliche Unabhängigkeit als staatsrechtlicher Problem, 1960), разделил эту независимость на несколько составляющих: конституционная независимость, независимость различных судебных инстанций, внутренняя независимость в судах, независимость отдельных судей на основании свободы от давления и других факторов. В особенности последняя составляющая, т.е. социальная независимость, самоуважение и профессионализм, становятся все более и более важными критериями в современном мире средств массовой информации. Поэтому огромную важность приобретают образование и квалификация, а также поддержание профессионализма.
Как было освещено выше, принцип независимости судебной власти закреплен в конституциях всех стран Центральной Азии. В этом отношении необходимо рассмотреть две важнейшие предпосылки для реализации этого принципа. Во-первых, система назначения судей должна беспристрастно гарантировать, что выдвигаются наиболее достойные независимые кандидаты. Тот факт, что судьи Верховного Суда избираются Парламентом по предложению Президента не может считаться международным стандартом. Более того, назначение судей на временной основе ослабляет их независимость и внешнему наблюдателю трудно понять это, несмотря на то, что такая система существует и во многих других странах мира.
Во-вторых, вероятность того, что при определенных политических обстоятельствах Парламент может отправить судей Верховного Суда в отставку по инициативе Президента также отклоняется от принципа независимости, согласно которому судью следует отстранять от должности только на основании соответствующего судебного решения. Поэтому в перспективе следовало бы провести судебную реформу, которая бы дала возможность судьям занимать свою должность до пенсионного возраста и сделала бы возможным их отстранение только на основе решения суда.
8. Совершенствование судебного процесса
Справедливое судебное разбирательство является одним из основных принципов международных конвенций о правах человека и национальных конституций. С этой точки зрения, следует избегать излишне формализованных судебных разбирательств и, в особенности, высоких судебных издержек, которые могут создавать препятствия для граждан при осуществлении их права на доступ к правосудию.
Правовая защита обычно понимается как судебная защита, т.е. как гарантия того, что правовые нормы применяются одинаково для всех случаев в едином, справедливом и беспристрастном порядке. Таким образом, концепция правовой защиты связана с конституционными принципами законности и равенства. Однако в виду того, что в современном законодательстве часто закрепляются нормы, которые оставляют значительный простор для судебных решений, формальная законность не может обеспечить полную защиту закона. Поэтому понимание законности постепенно расширилось до общего отрицания произвола.
С точки зрения отдельного человека, закон должен обеспечивать защиту человека при рассмотрении его вопроса в компетентном суде или другом органе без неоправданных задержек. С этой точки зрения, функционирование судов является важной частью системы правовой защиты. При этом, как правило, выделяют гражданское, уголовное и административное судопроизводство.
В большинстве стран Центральной Азии были проведены реформы процессуального законодательства. Например, в Таджикистане в 2008 г. был принят гражданско-процессуальный кодекс, а в 2010 г. - уголовно-процессуальный, в настоящее время на стадии рассмотрения находится проект административно-процессуального кодекса. Проект административно-процессуального кодекса рассматривается и в Узбекистане. Важно помнить, что в административном праве дисбаланс в правовом споре между гражданином и государственной властью существует изначально и этот дисбаланс должен быть выровнен самим государством в целях обеспечения равных условий в ходе судебного разбирательства. В праве Европейского Союза этот принцип известен как «равенство сторон» и означает, что в судопроизводстве должна учитываться способность людей представлять свои интересы в суде.
Государство предоставляет бесплатную судебную помощь человеку, который нуждается в квалифицированной помощи и который не может сам оплатить судебные расходы по причине отсутствия средств. Подобная судебная помощь, предоставляемая за счет государственного бюджета, имеется во многих странах и в частности также в Финляндии (см. Закон о судебной помощи от 2002 г.). Судебная помощь включает в себя предоставление юридических консультаций, представительство в суде или другом органе, осуществление необходимых процессуальных действий, а также покрытие некоторых процессуальных расходов.
Подобная система существует также и в странах Центральной Азии. Тем не менее, для того, чтобы система должным образом функционировала в.т.ч. в отдаленных районах необходимы подготовка кадров и многочисленные практические реформы. В особенности с точки зрения простого человека доступ к судебной помощи является значительным фактором в осуществлении справедливого судебного разбирательства.
Коррупция является международной опасностью, которой обеспокоены многие государства. Коррупционные преступления становятся все более сложными, более организованными и принимают все более широкий международный размах. Поэтому необходимо всеми силами бороться с коррупцией и укреплять в этой связи международное сотрудничество.
Конвенция ООН по борьбе с коррупцией состоит из 8 глав (общие положения, меры по предупреждению коррупции, криминализация и правоохранительная деятельность, международное сотрудничество, меры по возвращению активов, техническая помощь и обмен информацией, механизмы осуществления и заключительные положения) и 71 статьи. Для анализа борьбы с коррупцией в Финляндии можно просмотреть Постановление финского правительства № HE 197/2005vp. Кроме того, в 2012 г. Министерство юстиции издало публикацию, которая раскрывает причины того, почему Финляндия является наименее коррумпированной страной в мире, занимая первое место в мире в данном отношении.
Возникает вопрос: какая связь существует между борьбой с коррупцией, надлежащим государственным управлением и принципами верховенства права? Как уже говорилось выше, первый тезис состоит в том, что ключевая роль в предупреждении коррупции принадлежит основополагающим принципам правовой системы, таким как участие граждан в государственном управлении, надлежащее управление государственными делами и государственным имуществом, законность, прозрачность и подотчетность.
Кроме того, на основе финского опыта можно привести некоторые другие соображения:
· Прием на государственную службу должен быть основан на таких объективных критериях как квалификация, личные заслуги и способности. Шкала заработной платы должна быть справедливой, а вознаграждение - соответствующим.
· Необходимо содействовать развитию программ образования и обучения.
· Система государственных закупок должна быть основана на принципах прозрачности, конкуренции и объективности.
· Необходимо принять меры по воспитанию порядочности людей и по предотвращению любых возможностей для коррупции в органах государственной власти и, в особенности, органах судебной власти и прокуратуры.
· Все сделки, заключенные на основе коррупционных действий, должны признаваться недействительными.
· И наконец, я хотел бы отметить, что Верховный административный суд в своем прецедентном праве (в налоговом законодательстве такой нормы нет) запретил налогообложение расходов, представляющих собой взятки, а также других расходов, понесенных в целях содействия коррупционным деяниям.
Повторюсь еще раз, что прозрачность в осуществлении государственной власти имеет критически важное значение. Искоренение коррупции при осуществлении государственной власти требует повышения уровня прозрачности в государстве. Особенно в долгосрочной перспективе, лучше всего было бы принять закон о транспарентности всех государственных документов. Это означало бы, что граждане имели бы право требовать ознакомления со всеми официальными документами. Безусловно, транспарентность документов может включать в себя ограничения, связанные с государственной безопасностью, внешней политикой и другими делами, подобно тому, как ограничена выдача коммерческой тайны или других документов, содержащих эквивалентную информацию. Повышение прозрачности и публичности является неотъемлемой предпосылкой для развития государства.
11. Развитие образовательного сектора
Повышение уровня подготовки кадров и соответствующие инвестиции на всех уровнях являются очевидными целями программы развития. Поэтому многие международные программы развития делают упор на обучении. Отметим здесь в качестве примера организацию «Deutsche Gesellschaft fur Internationale Zusammenarbeit (GIZ)», которая провела более 40 тренингов для более чем 1800 судей, практикующих юристов и адвокатов в Кыргызстане. В других странах региона также организовываются подобные программы как вышеуказанной, так и другими организациями.
Подобные тренинги несомненно очень важны, однако в долгосрочной перспективе более эффективным было бы налаживание сотрудничества между университетами в деле развития юридического образования. С этой связи следует отметить, что юридический факультет Хельсинкского университета (Финляндия) в лице своего представителя доктора Магдалены Кмак изучает возможности для установления сотрудничества со странами Центральной Азии.
12. Контроль за осуществлением прав человека
По всей видимости омбудсмены (уполномоченные по правам человека) играют важную роль в контроле за соблюдением прав человека во всех странах Центральной Азии. Их доклады дают парламентам целостную картину проблем и показывают необходимые пути развития. Также хотелось бы отметить, что материалы этих докладов легли в основу данной книги.
4-7 марта 2012 г. в Хельсинки была организована конференция омбудсменов всех пяти стран Центральной Азии. Национальные делегации возглавлялись омбудсменом Республики Казахстан г-ном Аскаром Шакировым, омбудсменом Кыргызской Республики г-ном Турсунбеком Акуном, омбудсменом Республики Таджикистан г-ном Зарифом Ализода, генеральным директором Туркменского национального института демократии и прав человека при президенте Туркменистана г-жой Жаздурсун Губанназаровой и Уполномоченной Олий Мажлиса Республики Узбекистан г-жой Сайерой Рашидовой.
Омбудсмены пяти стран Центральной Азии на заключительном заседании Хельсинкской конференции. Источник: Министерство иностранных дел Финляндии, фотография Тимо Иконена.
После этой конференции омбудсмены Центральной Азии продолжили поддерживать связь друг с другом и совместно работать над решением проблем и укреплением верховенства права в регионе. Даже несмотря на то, что омбудсмены не обладают властными полномочиями, их деятельность по мониторингу соблюдения прав и свобод человека и инициированию реформ сопоставима с ролью правительств и судов в содействии развития верховенства права.
Данная книга является составной частью совместной программы МИД Финляндии и Фонда Евразия под названием «Равенство перед законом: доступ к правосудию в Центральной Азии». Проект, в котором приняли активное участие все пять государств Центральной Азии: Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан, направлен на содействие достижению международных требований в области прав человека и на поддержку уязвимых слоев населения в получении ими доступа к правосудию.
Правовые системы государств Центральной Азии имеют много общего, и советское прошлое все еще оказывает свое влияние. Тем не менее, у каждой страны имеются свои собственные исторические, культурные и социальные корни. Таким образом, несмотря на то,что развитие и особенности каждой страны рассматриваются отдельно, нельзя не отметить схожесть программ правовых реформ в особенности в сфере законодательства и судебной власти.
Благодаря написанию данной книги я имел честь участвовать в программах реформирования государств Центральной Азии с целью защиты прав женщин, детей и инвалидов. Моя цель состояла в том, чтобы обратить внимание международного сообщества на правовые и экономические системы стран региона. При этом книга не только описывает развитие стран региона, но и излагает развитие верховенства права в других странах и правовых культурах.
Современная правовая система похожа на многослойную пирамиду, на вершине которой находятся постоянно меняющиеся правовые нормы, в ее середине - консолидированные правовые принципы, а в ее основе - основные ценности. Исходя из этого можно различить следующие этапы развития верховенства права: 1) классическое верховенство права (т.е. появление принципов права); 2) демократическое верховенство права (т.е. участие народа в осуществлении государственной власти и принятии законов); и 3) верховенство права в социальном контексте (т.е. полное соблюдение норм права в обществе). Конечной целью является при этом построение эффективно функционирующего правового государства.
Несмотря на разные региональные концепции верховенства права, данная книга исходит из максимально прагматичного подхода в этом вопросе. Согласно нашей точки зрения, функционирование верховенства права похоже на стоящий на твердой почве дом, состоящий из четырех опор: законность, разделение властей, уважение прав человека и функциональность этого дома (которая включает в себя такие факторы как четкость законодательства, эффективность государственного управления, плюрализм и общественный контроль). Именно на основе такого фундамента могут возникнуть доверие к государственной власти и начало интерактивного диалога между государством и гражданским обществом.
Все пять государств Центральной Азии ратифицировали важнейшие конвенции по правам человека и приступили к существенным правовым и институциональным реформам. Кроме того, конституции всех стран Центральной Азии провозгласили цель создания независимых, демократических, светских и социальных государств, основанных на уважении и защите прав человека. Действительно конституции закрепляют все основные права и свободы человека. Тем не менее, все еще существуют проблемы, которые в частности рассмотрены в многочисленных научных публикациях, содержащихся в этой книге. Данные проблемы связаны, в основном, с претворением в жизнь действующего законодательства, чрезмерной централизацией государственной власти, медленной модернизацией и менталитетом людей.
Реализация судебной реформы требует не только практического изучения проблем уязвимых слоев населения и функционирования правовой системы, но и более общего исследования структуры и традиций государственной власти. Поэтому в книге также рассматриваются конституции стран и особенности их соответствующих структур власти. Кроме того, имеющаяся информация о странах Центральной Азии уже во много устарела, поэтому задачей данной книги являлось также осветить текущие или планируемые проекты реформ в данных странах и донести их до читательской аудитории, проживающей в странах Европы.
Рекомендации, изложенные в конце этой книги, главным образом указывают на необходимость выработки активных стратегий в целях достижения верховенства права, усиления эффективности регулятивной политики, расширения участия НПО в государственных программах, улучшения существующих систем регистрации, поддержки альтернативных методов разрешения споров наряду с укреплением официального правосудия, увеличения использования «принципа оказания услуг» в государственном управлении, укрепления независимости судей, реформирования судопроизводства и оказания квалифицированной юридической помощи, искоренения коррупции, повышения уровня образования и развития контроля за соблюдением прав человека.
Aarnio, Aulis (2011): Essays on the Doctrinal Study of Law. Springer. Dordrecht (Heidelberg, London, New York).
Abdulloev, Nusratullo (n.a.): Chairman of the Supreme Court Abdulloev´s Article in the Anniversary book ´The Supreme Court in the Period Twenty Years of Independence´.
Adair, Douglass (1974): Fame and the founding fathers: essays. New York, Norton.
The Advisory Board for International Human Rights Affairs (1994): Ihmisoikeuksien maailmankonferenssi. Wien 14.-25.6.1993. Publications of The Advisory Board for International Human Rights Affairs No 7.
Akiner, Shirin (1997): Central Asia: Conflict or Stability and Development? Minority Rights Group. Available http://www.minorityrights.org/?lid=4067. 10.8.2012.
Aman, Alfred C. (1998): The Globalizing State: A Future-Oriented Perspective on the Public/Private Distinction, Federalism, and Democracy. Vanderbilt Journal of Transnational Law, 31(3): 769-870.
Aman, Alfred C. (2002): Globalization, Democracy, and the Need for a New Administrative Law. UCLA Law Review, 49: 1687-1716.
Americans with Disabilities Act, 42 U.S.C. § 12101 (2000), Vande Zande v. Wisconsin Department of Administration, 851 F. Supp. 353, 355 (W. D. Wis. 1994), aff’d, 44 F.3d 538 (7th Cir. 1995)
Amnesty International (2002): 2003 UN Commission on Human Rights: A Time for Deep Reflection, 1.12.2002. IOR 41/025/2002.
Annan, Kofi A. and United Nations (2000): 'We the peoples': the role of the United Nations in the 21st century. New York (N.Y.), United Nations, Department of Public Information.
Aris, Reinhold (1963): Verwaltungskontrolle in England. Staatsbürger und Staatsgewalt I. Verwaltungsrecht und Verwaltungsgerichtsbarkeit in Geschichte und Gegenwart. Karlsruhe.
Armstrong, David (1999): Law, Justice and the idea of a world society. International affairs, 75(3): 547-561.
Aron, Raymond (1986): Macht, Power, Puissance: Democratic Prose or Demonical Poetry? In Lukes, Steven (ed.) Power. Oxford: Blackwell, 1986.
Article 19 (2011): Advocacy letter. Kazakhstan: Broadcasting draft law threatens free expression, 30 November 2011.
Banda, Fareda, Dr. (2008): Project On A Mechanism To Address Laws That Discriminate Against Women. Commissioned By: Office Of The High Commissioner For Human Rights - Women’s Rights And Gender Unit. Consultant: Dr. Fareda Banda. Release Date: 6 March 2008. Available from http://www.ohchr.org/Documents/Publications/laws_that_discriminate_against_women.pdf.
Barro, Robert J. (1997): Determinants of economic growth: a cross-country empirical study. Cambridge, (Mass.), The MIT Press, cop.
Barro, Robert J. (2002): Nothing is sacred: Economic ideas for the new millennium. MIT Press.
Baxi, Upendra (2001): Globalisation: human rights amidst risk and regression. IDS Bulletin, 32(1): 94-102.
Beck, Ulrich (2000): What is globalization? Translated by Patrick Camiller. Cambridge, Polity Press.
Benvenisti, Eyal (1999): Exit and Voice in the Age of Globalization. Michigan Law Review, 98: 167-213.
Benz, Arthur (1999): From Unitary to Asymmetric Federalism in Germany: Taking Stock after 50 Years. Publius: The Journal of Federalism, 29(4): 55-78.
Bleuer, Christian: What is going on in the mountains of Tajikistan? Available at <http://easterncampaign.com/2012/07/25/whats-going-on-in-the-mountains-of-tajikistan>. 13.8.2012.
Blanck, P. (1996): Communicating the Americans with Disabilities Act. Transcending Compliance: 1996 Follow-up Report on Sears, Roebuck and Co., Iowa City, Iowa. <disability.law.uiowa.edu/lhpdc/publications/documents/blanckdocs/annen_follow_up_96_sears.pdf>, visited on 27 May 2010.