Розыгрыш или лотерея: как правовая неопределенность превращает маркетинг в уголовное дело (Алимов О.Т., магистр юридических наук, сеньор-лектор ВШП «Әділет» Каспийского университета, Общественный помощник депутата Мажилиса Парламента РК)
29.12.2025
Розыгрыш или лотерея: как правовая неопределенность превращает маркетинг в уголовное дело
Алимов Олжас Толегенулы
магистр юридических наук,
сеньор-лектор ВШП «Әділет» Каспийского университета,
Общественный помощник депутата
Мажилиса Парламента Республики Казахстан
В условиях цифровой трансформации экономики социальные сети стали основными площадками для продвижения товаров и услуг, а стимулирующие розыгрыши - одним из наиболее эффективных инструментов для вовлечения аудитории и увеличения объема продаж для субъектов малого и среднего предпринимательства.
Однако стремительный рост сектора цифрового маркетинга столкнулся с системным вызовом, который выразился в отсутствии четкой правовой дефиниции, разграничивающей рекламные мероприятия и профессиональную лотерейную деятельность.
На сегодняшний день в Республике Казахстан наблюдается тревожная тенденция, при которой стандартные маркетинговые стратегии становятся основанием для инициирования административного и уголовного преследования. Ярким подтверждением этого стало массовое привлечение к ответственности известных блогеров, в числе которых также есть супруги Амина и Нурбек Нуртаза, по статье 445-1 КоАП, чьи стимулирующие акции были квалифицированы регулятором как незаконная лотерейная деятельность [1]. При этом в ряде случаев наблюдается антигуманный прецедент, который выражается в том, что после наложения административных взысканий материалы передаются в Департамент экономических расследований (далее - ДЭР) для инициирования уголовного преследования по статье 214 УК РК.
Уполномоченным государственным органом, осуществляющим руководство в сферах игорного бизнеса и лотерейной деятельности в Республике Казахстан - является Министерство туризма и спорта Республики Казахстан. Непосредственная реализация государственной политики, а также функции по контролю в данной области возложены на его ведомство - Комитет по регулированию игорного бизнеса и лотереи.
Согласно п.1 Постановления Правительства Республики Казахстан от 4 октября 2023 года №865 «О некоторых вопросах Министерства туризма и спорта Республики Казахстан» (далее - Положение о Министерстве), Министерство является государственным органом, осуществляющим руководство, в том числе, в сферах игорного бизнеса, лотереи и лотерейной деятельности [2]. В рамках своих полномочий ведомство формирует и реализует государственную политику и утверждает нормативные правовые акты в указанных отраслях. Вместе с тем, согласно п. 15 Положения, Министерство в соответствии с законодательством Республики Казахстан об административных правонарушениях в установленных законодательством случаях и порядке составляет протоколы об административных правонарушениях, рассматривает дела об административных правонарушениях и накладывает административные взыскания в регулируемых Министерством сферах.
Комитет по регулированию игорного бизнеса и лотереи (далее - Комитет), осуществляет свою деятельность согласно Положению, утвержденному приказом Министра туризма и спорта Республики Казахстан от 13 сентября 2024 года №157 (далее - Положение о Комитете). Пункт 1 Положения о Комитете, определяет Комитет как ведомство Министерства, осуществляющее руководство в сферах игорного бизнеса, лотереи и лотерейной деятельности [3].
Статус Министерства как органа, ответственного за государственную политику в сфере лотерейной деятельности, налагает на него обязательства, которые в данный момент не реализуются в части соблюдения принципа правовой определенности. Вместо восполнения законодательных пробелов посредством принятия детализированных нормативных правовых актов, Министерство приводит к подмене правотворческой функции субъективным администрированием. Подобный подход свидетельствует о недостаточном учете специфики маркетинговых и лотерейных правоотношений
Дефиниция лотерейной деятельности и розыгрышей направленных на стимулирование продаж.
Для объективной квалификации рассматриваемых правоотношений необходимо прежде всего обратиться к дефиниции, установленной профильным законодательством.
Согласно пп.4 ст. 1 Закона Республики Казахстан «О лотереях и лотерейной деятельности» от 9 апреля 2016 года № 495-V (далее - Закон), «лотерея» определяется как игра, в которой одна сторона в лице оператора лотереи проводит розыгрыш призового фонда, а вторая сторона в лице участника лотереи получает право на выигрыш, если она будет признана выигравшей в соответствии с условиями проведения [4]. Из данного определения следует, что лотерея - это самостоятельная коммерческая деятельность, целью которой является организация процесса игры и распределения призов среди участников.
При этом пп.4 ст.1 Закона содержит императивную норму, согласно которой лотереей не является розыгрыш призов, направленных на стимулирование продаж товаров (услуг) коммерческими организациями. Данная оговорка устанавливает четкий правовой предел, разграничивающий маркетинговые инструменты и профессиональную лотерейную деятельность.
Различие между этими понятиями можно свести к трем ключевым факторам, которые являются обязательными признаками лотереи:
Во-первых, это отсутствие лотерейного билета.
Согласно п.6 ст.1 Закона, лотерейным билетом признается документ, подтверждающий право на участие в лотерее. Исходя их трактовки Закона, лотерейный билет является самостоятельным объектом сделки. Это подтверждается тем, что договор между оператором лотереи и участником считается заключенным именно с момента оплаты стоимости билета и его выдачи. То есть, в лотерее потребитель целенаправленно приобретает «право на выигрыш» как основной продукт.
В маркетинговых акциях направленных на стимулирование продаж правовая природа сделки принципиально иная. Объектом договора выступает реальный товар или услуга, имеющие самостоятельную потребительскую ценность. Покупатель оплачивает именно услугу (товар), что подтверждается фискальным чеком или иным документом, а не билетом в понимании профильного Закона.
Важно отметить, что статус «участника лотереи» по закону неразрывно связан в владением лотерейным билетом. В стимулирующих розыгрышах этот статус у лица не возникает, так как право на участие в акции является лишь безвозмездным акцессорным (дополнительным) обязательством продавца. Покупатель не несет расходов на приобретение так называемого «шанса», его затраты направлены исключительно на получение продукта. Следовательно, отсутствие факта реализации лотерейных билетов исключает саму возможность квалификации деятельности как «проведение лотереи», под которой закон понимает комплекс мероприятий по учету и распространению именно билетов.
Таким образом, когда уполномоченный орган в лице Министерства пытается приравнять фискальный чек за приобретенную услугу (товар) к лотерейному билету, он фактически подменяет понятия из разных правовых институтов, а именно гражданского оборота и лотерейной деятельности. Это игнорирует тот факт, что стимулирующий розыгрыш прямо выведен из-под действия лотерейного законодательства, если он направлен на продвижение продаж.
Окончательную точку в вопросе разграничения ставит Приказ Министра туризма и спорта Республики Казахстан №165 от 23 сентября 2024 года «О внесении изменения в приказ Министра культуры и спорта Республики Казахстан от 8 февраля 2023 года № 45 Об утверждении Правил проведения лотерей». Согласно пп.5 и 8 п. 2 Правил, профессиональная лотерея требует обязательного наличия аппаратно-программного комплекса и специализированного оборудования для генерации случайных чисел. Технические стандарты также предписывают обязательное наличие на билетах штрих-кода EAN и ультрафиолетового защитного покрытия [5].
Принципиально, что пп. 4 п. 2 Правил само профильное ведомство подтверждает, что розыгрыш призов, направленный на стимулирование продаж, не является лотереей. Отсутствие указанных технологических признаков в маркетинговых акциях делает их квалификацию как лотереи юридически несостоятельной.
Во-вторых, принципиальное различие заключается в экономической модели формирования призового фонда, которая в лотерейной деятельности строго регламентирована законом.
Согласно п.1 ст. 11 Закона, оператор лотереи обязан обеспечить формирование призового фонда в размере не менее пятидесяти процентов от выручки, полученной от реализации лотерейных билетов. Законодательно установлена прямая и неразрывная финансовая зависимость, которая выражается в том, что размер призового фонда и сама возможность проведения розыгрыша напрямую зависят от объема проданных лотерейных билетов. В этой модели выручка от реализации проданных лотерейных билетов является первоочередным и обязательным источником для выплаты выигрышей.
В маркетинговых акциях, направленных на стимулирование продаж, эта экономическая зависимость полностью отсутствует. Призовой фонд в данном случае представляет собой фиксированный маркетинговый бюджет, который формируется предпринимателем из собственных средств заблаговременно. Сумма призов и их количество определяются до начала акции и остаются неизменным независимо от того, какое количество товаров или услуг будет реализовано. В отличие от лотереи, где призовой фонд является производным от выручки, в стимулирующем розыгрыше он является чистыми расходами предпринимателя на рекламу и продвижение своего бизнеса.
Следовательно, когда уполномоченный орган пытается квалифицировать маркетинговые акции как лотерею, он игнорирует отсутствие ключевого признака - формирование призового фонда за счет взносов самих участников. При проведении стимулирующих розыгрышей предприниматель не перераспределяет денежные средства, полученные от продажи, а распоряжается собственностью в рекламных целях. Это полностью исключает правовую природу лотереи и подтверждает статус мероприятия как рекламной акции.
В-третьих, это отсутствие алеаторного (рискового) характера обязательства.
Правовая природа лотереи основана на риске. Согласно п.1 ст. 4 Закона, договор между оператором лотереи и участником признается заключенным с момента оплаты участником стоимости лотерейного билета и его выдачи. Более того, согласно п. 2 ст. 4 Закона, именно приобретение лотерейного билета служит основанием возникновения гражданско-правового обязательства. Участник сознательно идет на риск, уплачивая денежные средства исключительно за «шанс» получить выигрыш. В случае неудачи денежные средства, затраченные не приобретение билета, участнику не возвращаются, что влечет за собой безусловный материальный риск. Таким образом, в лотереи возникновение гражданско-правового обязательства направлено именно на участие в розыгрыше призового фонда.
В правоотношениях по стимулированию продаж категория риска полностью исключена. Покупатель производит оплату за гарантированное получении реального товара или услуги, имеющих эквивалентную стоимость и самостоятельную ценность. Встречное предоставление со стороны продавца продукта полностью покрывает уплаченную сумму. Участие в розыгрыше в данном случае носит безвозмездный характер и является лишь дополнительным поощрением, бонусом, которое не требует от клиента никаких финансовых потерь в случае отсутствия выигрыша. Это полностью исключает квалификацию такой сделки как игры, так как отсутствует главный элемент - риск безвозвратной утраты денежных средств в случае отсутствия выигрыша.
Таким образом, исходя из содержания Закона, это самостоятельные юридические категории, имеющие абсолютно разную правовую природу и цели. Пренебрегая специальным исключением, которое предусмотрено законодательством в пп.4 ст.1 Закона, уполномоченный орган фактически демонстрирует неспособность квалифицировать маркетинговые инструменты отдельно от лотерейной деятельности.
В итоге, из-за неспособности регулятора отличить обычную покупку товара (услуги) от участия в лотереи, законные методы, направленные на стимулирование продаж, приравниваются к нарушениям. Это создает необоснованные барьеры для предпринимателей, превращая легальные методы маркетинга, прямо предусмотренные законом, в повод для необоснованного привлечения к административной и уголовной ответственности.
Законодательные пробелы и сравнительно-правовой анализ опыта стран ЕАЭС
Несмотря на выявленные очевидные различия, национальное законодательство характеризуется отсутствием четких методологических критериев, что позволяет правоприменителю произвольно разделять границы между лотереей и маркетинговыми акциями.
Отсутствие у уполномоченного органа в лице Министерства единой квалификации приводит к тому, что маркетинговые акции оцениваются субъективно и непоследовательно. В отличие от Республики Казахстан, правовые системы стран ближнего зарубежья и стран ЕАЭС исключают произвольное толкование маркетинговых акций благодаря четкой нормативной базе.
Ярким примером подобного подхода служит законодательство Республики Беларусь, где профессиональные лотереи жестко отделены от так называемых «рекламных игр». Данное разграничение закреплено на уровне концептуальных актов. Указ Президента Республики Беларусь от 4 мая 2007 года №209 «О лотерейной деятельности на территории Республики Беларусь» и Указ Президента Республики Беларусь от 30 января 2003 года №51 «О проведении рекламных игр в Республики Беларусь» (далее - Указ №51) служат основными правовыми актами такого разграничения.
Согласно п.2 Положения, утвержденного Указом №51, рекламная игра определяется как деятельность, осуществляемая исключительно в целях стимулирования реализации товаров, работ и услуг. Ключевым правовым фильтром здесь выступает императивный запрет на взимание дополнительной платы за участие [6]. Таким образом, розыгрыш однозначно признается маркетингом, если он направлен на продвижение предпринимательства и не требует от клиента никаких расходов, кроме приобретения самого товара по его обычной рыночной цене. Наличие таких детализированных регламентов и недавние уточнения, закрепленные Постановление Совета Министров Республики Беларусь от 1 марта 2024 г. №140 гарантируют правовую определенность, защищая предпринимателей от необоснованного уголовного преследования, с которым сегодня сталкиваются казахстанские предприниматели.
Юридическая несостоятельность квалификации стимулирующих акций по статье 214 УК РК
Отсутствие прозрачной методологии в отечественном праве приводит не только к административным спорам, но и к гораздо более серьезным последствиям - попыткам необоснованной криминализации законных маркетинговых инструментов.
Попытки квалифицировать стимулирующие розыгрыши по ст. 214 УК РК «Незаконное предпринимательство» являются юридически несостоятельными. Диспозиция этой статьи четко связывает состав преступления с отсутствием обязательной регистрации или специальной лицензии [7]. Однако, согласно пп.4 ст. 1 Закона «О лотереях и лотерейной деятельности», стимулирующие акции прямо выведены из-под действия лотерейного законодательства. Поскольку закон не требует получения лицензии для проведения маркетинговых акций, вменить предпринимателю «деятельность без лицензии» невозможно - нельзя нарушить требование, которого не существует.
Более того, согласно Нормативному постановлению Верховного Суда Республики Казахстан №3 от 24 января 2020 года «О некоторых вопросах применения судами законодательства по делам об уголовных правонарушениях в сфере экономической деятельности», под незаконным предпринимательством понимается деятельность, приносящая доход в обход установленных правил разрешительного порядка. В случае со стимулирующими акциями доход извлекается не из розыгрыша, а из реальных товаров или услуг, например образовательных курсов [8].
Как указано в Нормативном постановлении Конституционного Суда Республики Казахстан №31-НП от 3 октября 2023 года «О рассмотрении на соответствие Конституции Республики Казахстан примечания статьи 214 Уголовного кодекса Республики Казахстан от 3 июля 2014 года», право на свободу предпринимательства может быть ограничено только законом и только в четко определенных целях [9].
Попытка квалифицировать стимулирующие розыгрыши по ст.214 УК РК, юридические несостоятельны и лишены правовых оснований. Состав данного преступления требует наличия одного из двух условий: отсутствие государственной регистрации либо отсутствие обязательной лицензии. Однако, когда предприниматель официально зарегистрирован и действует в рамках заявленных ОКЭД, его деятельность полностью законна. Наличие регистрации и соответствующего профиля деятельности в государственных реестрах полностью исключает возможность вменения незаконного предпринимательства.
Передача материалов в Департамент экономических расследований в таких условиях лишена правовых оснований и противоречит позиции высших судебных инстанций.
Системные противоречия правоприменения и нарушение принципа правовой определенности
Подобная искусственная криминализация гражданско-правовых отношений неизбежно влечет за собой системные сбои в правоприменении, порождая противоречия на уровне судебной системы.
Процессуальный порядок обжалования постановлений уполномоченных органов также демонстрирует отсутствие единообразия, что подтверждается решениями судов по аналогичным кейсам. Например, Алматинский городской суд в постановлении №7599-25-00-3а/1171 от 18.11.2025 г., по делу Нуртаза А.К. прямо указал на законность реализации инфопродуктов и отсутствие признаков уголовного состава, оставив в силе административное взыскание. Однако постановлением №47 от 12.11.2025 г. по делу Нуртаза Н.Н., Министерство отменило штраф именно для инициирования проверки в ДЭР на предмет уголовного правонарушения, несмотря на полную аналогичность обстоятельств данных дел.
Подобный дуализм при абсолютно равных обстоятельствах прямо нарушает принцип правовой определенности. Лишенные четкой методологии, суды приходят к взаимоисключающим выводам по одним и тем же вопросам, что превращает защиту прав предпринимателей и бизнеса в непредсказуемый процесс.
В такой ситуации исход дела становится зависимым не от закона, а от субъективного усмотрения конкретного суда. Подобная неопределенность недопустима в правовом государстве, которым себя провозглашает Республика Казахстан.
Важным аспектом является то, что согласно Постановлению Правительства Республики Казахстан от 10 февраля 2017 года № 48 «Об определении оператора лотереи и срока предоставления ему права проведения лотереи», в стране установлена монополия на проведение лотерей, где единственным назначенным оператором является АО «Сәтті Жұлдыз» [10]. Статус оператора лотереи строго ограничен законом и требует специального определения Правительством Республики Казахстан, что делает юридически невозможным приравнивание деятельности блогеров или субъектов предпринимательства к профессиональным операторам лотерейного рынка. Деятельность блогеров по своей правовой природе не имеет отношения к профессиональному игорному бизнесу и организации лотереи. Их активность представляет собой легальный маркетинговый инструмент, направленный исключительно на стимулирование продаж товаров и услуг в рамках обычного гражданского оборота.
Попытки регулятора искусственно наделить маркетинговые акции признаками монопольной лотерейной деятельности прямо нарушают фундаментальный принцип свободы предпринимательства. Согласно п. 4 статьи 26 Конституции Республики Казахстан и пп. 2 ст. 3 Предпринимательского кодекса Республики Казахстан, субъекты бизнеса вправе осуществлять любую деятельность, прямо не запрещенную законом, а расширительное толкование норм создает неправомерные барьеры, блокируя легальные механизмы развития цифровой экономики и предпринимательства [11].
В условиях отсутствия единообразного подхода судов к рассмотрению аналогичных дел блогеров (инфлюенсеров) приоритетной задачей государства должно стать не карательное преследование, а создание прозрачного правового режима для таких акций, предусматривающего легальные механизмы заработка и соответствующее налогообложение доходов. Лишь первичная законодательная регламентация данного сектора позволит в полной мере соблюсти конституционный принцип свободы предпринимательства и государственные гарантии, закрепленные в Предпринимательском кодексе Республики Казахстан, превращая маркетинговый потенциал социальных сетей в прозрачный и легальный инструмент экономического развития.
Подводя итог, текущая ситуация является следствием методологической несостоятельности и профессиональной некомпетентности профильных ведомств, выражающейся в неспособности дифференцировать стандартные маркетинговые акции, направленные на стимулирование продаж от лотерейной деятельности. Демонстрируемый регулятором субъективный подход не только размывает правовые границы, но и фактически превращает уполномоченные органы в инструмент необоснованного давления на предпринимательскую деятельность.
Для обеспечения правовой определенности необходимо системно усовершенствовать законодательство, внедрив в статью 1 Закона «О лотереях и лотерейной деятельности» исчерпывающие и транспарентные критерии «стимулирующих акций». Нормативная база должна быть сформулирована таким образом, чтобы полностью исключить двоякого толкования. Маркетинговая активность должна однозначно признаваться легальной, если право на участие в ней предоставляется безвозмездно при покупке товара по его обычной цене.
Лишь системное устранение правовой неопределенности и выработка единого подхода Верховным Судом Республики Казахстан позволит привести правоприменительную практику в соответствие с законом и обеспечить соблюдение конституционного принципа свободы предпринимательства. Методологические просчеты уполномоченных органов не должны становится искусственным барьером для развития цифровой экономики и легальных инструментов маркетинга в Республике Казахстан.
Список использованной литературы:
1. Кодекс Республики Казахстан от 5 июля 2014 года № 235-V ЗРК «Об административных правонарушениях»
2. Постановления Правительства Республики Казахстан от 4 октября 2023 года №865 «О некоторых вопросах Министерства туризма и спорта Республики Казахстан»
3. Приказ Министра туризма и спорта Республики Казахстан от 13 сентября 2024 года № 157 «Об утверждении Положения государственного учреждения «Комитет по регулированию игорного бизнеса и лотереи Министерства туризма и спорта Республики Казахстан»»
4. Закона Республики Казахстан «О лотереях и лотерейной деятельности» от 9 апреля 2016 года № 495-V
5. Приказ Министра туризма и спорта Республики Казахстан №165 от 23 сентября 2024 года «О внесении изменения в приказ Министра культуры и спорта Республики Казахстан от 8 февраля 2023 года № 45 Об утверждении Правил проведения лотерей»
6. Указ Президента Республики Беларусь от 30 января 2003 года №51 «О проведении рекламных игр в Республики Беларусь»
7. Уголовный кодекс Республики Казахстан от 3 июля 2014 года № 226-V ЗРК
8. Нормативное постановление Верховного Суда Республики Казахстан №3 от 24 января 2020 года «О некоторых вопросах применения судами законодательства по делам об уголовных правонарушениях в сфере экономической деятельности»
9. Нормативное постановление Конституционного Суда Республики Казахстан №31-НП от 3 октября 2023 года «О рассмотрении на соответствие Конституции Республики Казахстан примечания статьи 214 Уголовного кодекса Республики Казахстан от 3 июля 2014 года»
10. Постановление Правительства Республики Казахстан от 10 февраля 2017 года № 48 «Об определении оператора лотереи и срока предоставления ему права проведения лотереи»
11. Предпринимательский кодекс Республики Казахстан от 29 октября 2015 года № 375-V ЗРК