15.10.2026
«Закон и Порядок» новелла Конституции 2026 года
Мухамеджанов Э.Б. д.ю.н., профессор, г.н.с.
Института публичного права Каспийского университета
В преамбуле Конституции 2026 года и в п.1 ст.3 присутствует словосочетание «Закон и Порядок». Оно знакомо каждому юристу ещё из курса «Теории государства и права» /1/. Но одно дело, когда о законе и порядке рассуждают на уровне теории права, и совсем иное - когда это понятие получает нормативное закрепление в Основном законе страны.
Разница в том, что теория оперирует идеальными моделями и концепциями, часто очищенными от случайных или второстепенных факторов. Тогда как закон и практика его применения всегда конкретны. Они сталкиваются со всей сложностью реального мира, где действуют непредвиденные обстоятельства и человеческий фактор, который может проявляться, например, в злоупотреблении властью, во вседозволенности или в неповиновении власти, нигилизме и т.д.
Поэтому, когда о законе и порядке заговорили как о конституционной норме прямого действия, эта новелла, на наш взгляд, заставила задуматься.
В мировой конституционной практике формулировка «закон и порядок» крайне редко встречается в текстах основных законов государств. Вместо этой формулы используются конкретные юридические институты или доктрины, например, «верховенство права» (Rule of Law), «правовое государство» (Rechtsstaat), а также принципы законности, разделения властей и обеспечения государственной или общественной безопасности.
Однако из этого не следует, что триада «закон и порядок» не может применяться в документах государственного строительства, законах и конституциях. Из истории права известно, что близкие к этому понятию формулировки, также имели официальный статус. Например, в США в 1842-1843 годах в штате Род-Айленд после политического кризиса была принята «Конституция Закона и Порядка» (Law and Order Constitution), которая пришла на смену королевской хартии 1663 года и расширила избирательные права граждан /2/.
Исходя из этого, можно заключить, что закон и порядок относятся к числу тех правовых категорий, которые действуют в любом государстве и при любом государственном строе. Но в зависимости от формы правления, территориального устройства, политического режима и социально-экономической модели содержание закона и порядка может существенно различаться по толкованию и способам реализации.
Например, в условиях Римской империи закон и порядок (lex et ordo) в первую очередь обеспечивал интересы правящей элиты, стабильность государства и сохранение имперской иерархии. В тоже время римское право создало фундаментальные основы защиты частной собственности и договорных отношений.
В нацистской Германии и фашистской Италии концепция «закона и порядка» претерпела радикальную трансформацию. Традиционное для римского права или правового государства понимание закона, связанного с верховенством права, предсказуемостью норм, защитой прав личности от произвола, было полностью подменено тотальным государственным террором, партийной диктатурой и идеологическим принуждением.
В условиях социалистической системы СССР законность и правопорядок обеспечивали формирование нового бесклассового коммунистического общества, где экономика базировалась на государственной и общественной собственности. Понятие законности в СССР имело свою специфику, эволюционируя от революционной целесообразности к жесткой конституционной регламентации при руководящей роле КПСС /3/.
Хорошо известно, что без законов и порядка, устанавливаемого на их основе, любое общество погрузилось бы в социальный хаос, откатилось бы к архаичным правилам поведения, где прав тот, кто сильнее, агрессивнее или имеет больше ресурсов, например, в виде вооружения или материальных ценностей.
Сегодня в большинстве демократических государств диктатура закона и порядка действует весьма эффективно. Однако до сих пор не исключены случаи, когда их соблюдение может игнорироваться как гражданами или социальными группами, так и представителями власти.
Как работает связка «Закон и Порядок»?
В упрощённом понимании закон - это нормативный правовой акт высшей юридической силы, состоящий из правовых норм. Механизм реализации этих норм носит название процесса, результатом которого является правопорядок. В свою очередь, взаимосвязь Закона и Порядка заключается в том, что справедливый и гуманный закон сам по себе создаёт качественную основу для формирования правопорядка. Однако качественный закон не гарантирует его эффективную реализацию. Юридическая практика показывает, что даже при наличии совершенного законодательства процедура его применения может сопровождаться нарушениями. В таких случаях сбой в механизме реализации права препятствует достижению его целей и приводит к нарушению правопорядка. Причиной таких разрывов между «хорошим законом» и реальным правопорядком могут быть, например, дефекты правосознания, коррупция, низкий уровень профессионализма, равнодушие, отсутствие процессуальных гарантий и др.
Государства, способные совместными усилиями органов власти и гражданского общества эффективно пресекать подобные нарушения, обладают наибольшей устойчивостью и потенциалом для всестороннего демократического развития.
Там, где правонарушения самой власти не ограничиваются системой сдержек и противовесов, она неизбежно теряет легитимность, что приводит к разрушению социальных связей и деградации общества. Правовой произвол властей подрывает дисциплину и ведёт к разложению государственного аппарата, судебной системы и правоохранительных органов. Теряя управляемость, такое государство неизбежно становится уязвимым для внешнего давления либо трансформируется в тоталитарную или авторитарную тиранию.
Такой режим также ведет как к нравственной и психологической деградации общества в целом, так и к поведенческой инертности должностных лиц, стоящих во главе государственных органов. Члены общества и отдельные социальные группы перестают доверять друг другу. Исчезают понятия солидарности, взаимопомощи и гражданской ответственности. В условиях тотальной несправедливости обесцениваются знания, труд и творчество, поскольку они перестают быть источником материального благополучия.
К сожалению, этот негативный процесс до принятия Конституции 2026 года затронул не только рядовых членов общества, но и власть в целом.
Безусловно, конституционная реформа 2022 года /4/ и сопутствующая ей эволюция законодательства укрепили правовые механизмы, однако к моменту принятия Конституции РК 2026 года они не успели трансформировать принцип «Закон и Порядок» из политического тезиса в практическую правовую модель.
Поэтому, когда Конституция 2026 года закрепила этот принцип, он был воспринят с настороженным скептицизмом.
Скептицизм заключался, во-первых, в том, что ни власть, ни общество ментально ещё не изменились. Новая Конституция провозгласила (принцип), но пока не воплотила в нашу жизнь равные правила для всех. Государство должно не только их устанавливать, но и само их соблюдать. Только так можно добиться от общества выполнения всех предписаний закона. Во-вторых, новая конституционная модель, казалось бы, создаёт полноценную нормативно-правовую и институциональную основу для обеспечения законности. Однако степень её эффективности в реальной жизни напрямую зависит прежде всего от политической воли главы государства, а также от единообразия правоприменительной практики, независимости судебной системы и неотвратимости наказания на всех уровнях государственного управления и др.
Как этого добиться?
Однозначного ответа на этот вопрос нет и быть не может, т.к. идеал в соблюдении законности недостижим из-за человеческого фактора, изменений законодательства и экономических, политических, социальных и других возможностей государства. Однако социология права и юриспруденция выработали систему ключевых ориентиров, при которых можно поддерживать не только оптимальный режим законности, но и её конечный результат - правопорядок.
В условиях нашей действительности для того, чтобы работала конституционная модель в полном объёме, ключевое значение, на наш взгляд, имеют следующие факторы.
В законодательной сфере необходимо провести ревизию всего законодательства на предмет выявления правовых неопределенностей, «серых зон» регулирования, а также избыточных дискреционных полномочий, создающих условия для злоупотреблений.
Кроме того, полагаем, что пришло время вновь избранному Курултаю отказаться от практики принятия однобоких законов, продиктованных исключительно правительственной и политической коньюктурой, когда в расчёт берётся мнение лишь одного ведомства в ущерб всему остальному обществу. Закон не должен быть инструментом произвола, лицемерия и абсурда. Курултай должен вернуть себе статус независимой площадки для диалога и учета мнений всех заинтересованных субъектов.
Не решив проблему подготовки качественных законов, вряд ли можно будет решить проблему законности. Мы все время будем попадать в одну и ту же парадигму, суть которой отражена в известной цитате XIX столетия: «Самые плохие законы - в России, но этот недостаток компенсируется тем, что их никто не выполняет» /5/.
Несмотря на то что в данной цитате речь идет о царской России, не следует забывать: сегодняшняя правовая система Казахстана, как и системы других стран бывшего СССР, многое заимствовала из того времени.
Говоря о Курултае, нельзя не отметить, что и его деятельность должна отвечать новому принципу «Закон и Порядок», т.е. он должен присутствовать не только в принимаемых законах, но и в самом правотворчестве. Ведь, как отмечает профессор Н.И.Матузов, эти процессы также подвержены оценке с позиции нравственности и законности. Не должны издаваться законы, ущемляющие права человека и гражданина, не соответствующие принципам международных гуманитарных стандартов /6/.
Помимо пересмотра и обновления законоположений, нам нужна действенная система, подготовки юридических кадров. Поэтому наше общество нуждается в союзе юридической науки и практики, в осмыслении опыта, в новых и взвешенных подходах.
В судебной системе необходимо проработать вопросы, связанные с повышением независимости судей, внедрением в судопроизводство элементов цифровых технологий, но не исключая рассмотрение дел только в очном формате, а также с обеспечением действенного, а не формального контроля со стороны самой судебной системы и др.
В системе правоохранительных органов, в частности полиции, необходимо внедрять сервисную модель её работы, когда эта служба рассматривается не как карательный или контролирующий орган, а как организация, ориентированная на защиту прав граждан и оказания им оперативной помощи.
Необходимо также четко определить функции прокуратуры; является ли она надзорным и правозащитным органом либо органом уголовного преследования и государственного обвинения. В сфере правовой культуры следует активно формировать у граждан нулевую терпимость к правонарушениям, в том числе исходящих от представителей власти.
Чтобы принцип «Закон и Порядок» действительно стал правовой моделью нашего общества, необходимо установление твердого правового порядка в сфере государственного управления на всех уровнях властной вертикали. Без такого порядка не будет твердой государственности и эффективной власти. Власть, не связанная правовыми и моральными нормами, опасна. В то же время для остальных общественных институтов правопорядок должен быть демократическим, а не полицейским, поскольку только через институты демократии возможен действенный контроль за институтами власти и её представителями.
В заключении следует отметить, что поднятый вопрос, на наш взгляд, требует всестороннего обсуждения для того чтобы выйти на его реализацию с определенной, четкой и точной позицией, а возможно и программой.
Литература:
1. Борисов В.В. Правовой порядок / Общая теория государства и права: Академический курс. В 2 т. / Под ред. М.Н. Марченко. Т. 2. М., 1998. Витрук Н.В. Законность: понятие, защита и обеспечение / Общая теория права / Под ред. В.К. Бабаева. Нижний Новгород, 1993;
2.Law and order (politics) // https://en.wikipedia.org/wiki/Law_and_order_(politics);
3. См.: Вопленко Н.Н. Социалистическая законность и применение права. Саратов, 1983;. Лукашева Е.А. Социалистическое правосознание и законность. М., 1973. Манешин В.С. Дисциплина и общество. М., 1984;.). Строгович М.С. Основные вопросы советской социалистической законности. М., 1966. Тихомиров Ю.А. О механизме обеспечения законности в управлении экономикой // Советское государство и право. 1990. № 2.
4. Закон РК «О внесении изменений и дополнений в Конституцию Республики Казахстан» от 8 июня 2022 года Источник: https://constitutionrk.kz/zakon-rk-o-vnesenii-izmenenij-і-dopolnenij-v-konstitucziyu-2022;
5. См.: Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения // https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C_%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%B8%D1%85_%D0%B7%D0%B0%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%B2_%D1%81%D0%BC%D1%8F%D0%B3%D1%87%D0%B0%D0%B5%D1%82%D1%81%D1%8F_%D0%BD%D0%B5%D0%BE%D0%B1%D1%8F%D0%B7%D0%B0%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C%D1%8E_%D0%B8%D1%85_%D0%B8%D1%81%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%BD%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F;
6. Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права. Юрист, 2004. С. 198.