Споры с инвестором: какие они и каким судам они подсудны? (Мохаммед Мотталеб, Главный менеджер АО НК «KAZAKH INVEST»)

05.03.2026

 Споры с инвестором: какие они и каким судам они подсудны?

Мохаммед Мотталеб,

Главный менеджер АО НК «KAZAKH INVEST»

Положения ГПК РК выделяют три категории споров с участием инвестора:

1. инвестиционные споры;

2. споры, связанные с инвестиционной деятельностью;

3. споры, не относящиеся к инвестиционной деятельности инвестора.

В зависимости от категории спора, указанные споры:

a. подсудны СМЭС или СМАС г. Астаны (ч. 1-2 ст. 27 ГПК РК);

b. подсудны районным (городским) и приравненным к ним судам (ч. 5 ст. 27 ГПК РК).

Рассмотрим поэтапно.

I. Инвестиционные споры

СМЭС г. Астаны рассматривает гражданские дела по инвестиционным спорам, за исключением дел, подсудных СМАС г. Астаны.

Под инвестиционным спором понимается спор, вытекающий из договорных обязательств между инвесторами (крупными инвесторами) и государственными органами, возникающий в связи с инвестиционной деятельностью инвестора (п. 1 ст. 296 ПК РК). То есть, инвестиционные споры рассматриваются не только с участием инвесторов, дислоцированных в городе Астана, но и с участием инвесторов со всей республики.

Вместе с тем ч. 1-2 ст. 27 ГПК РК разграничивает понятия «инвестиционный спор» и «споры, связанные с инвестиционной деятельностью», тогда как положение ст. 296 ПК РК подобной дифференциации не содержит. Предпринимательский кодекс, напротив, предусматривает, что инвестиционные споры характеризуются наличием двух взаимосвязанных элементов:

(1) договорных обязательств между инвестором и государством;

(2) возникновения таких обязательств в связи с осуществлением инвестиционной деятельности инвестора.

При этом «договорные обязательства» в данном случае выступают первичным и генеральным условием по отношению к «инвестиционной деятельности», тогда как последний носит субсидиарный характер и выполняет обслуживающую функцию по отношению к первому. Проще говоря, если спор возник не из положения договора, но в связи с осуществлением инвестиционной деятельности, такой спор будет считаться «спором, связанным с инвестиционной деятельностью», а не «инвестиционным спором» для целей процессуального законодательства.

Для инвестиционного спора необходимо, чтобы иск непосредственно вытекал из договорных отношений между инвестором и государством. Под договорными отношениями понимаются именно соглашения в сфере инвестиций, к которым относятся инвестиционный (модельный) контракт, соглашение об инвестициях, договор ГЧП, концессионный договор, контракт на недропользование, а также иные соглашения инвестора с государственным органом, имеющие инвестиционную цель.

Непосредственность означает, что спор возник в связи с обязательствами по заключению, изменению, исполнению или расторжению договора; передаче имущества либо иного предмета; вопросах неисполнения по передаче государственных натурных грантов, инвестиционных преференций, предоставлению лицензии или иного права по договору и т.д.

Инвестиционные споры, как правило, рассматриваются только гражданским судом в лице СМЭС г. Астаны по двум причинам:

(1) они вытекают из договорных отношений, а договорные отношения являются частноправовыми.

(2) спор не связан с осуществлением одним из участников в отношении другого своих властных полномочий.

Хотя отношения с государством предполагают вертикальное подчинение, в рамках договора они находятся в горизонтальной плоскости, хотя и наличием «горба» в виде государственной власти.

Следуя вышеуказанной логике, в части налоговых или таможенных споров следует отметить, что если спор вытекает из инвестиционных преференций по налогам или таможенным пошлинам, предусмотренных в инвестиционном договоре, то спор признается инвестиционным и рассматривается в СМЭС г. Астаны, поскольку указанные инвестиционные преференции вытекают из договорных обязательств.

Напротив, если налоговый или таможенный спор не вытекает из договорных обязательств, например, обжалование результатов налоговой проверки или спор о классификации товара, то такой спор не является инвестиционным. Следовательно, указанный спор подпадает под категорию «споров, связанных с инвестиционной деятельностью», и рассматривается СМАС г. Астаны, поскольку вытекает из осуществления государством своих властных полномочий в отношении инвестора^[1].

II. Споры, связанные с инвестиционной деятельностью

Споры, связанные с инвестиционной деятельностью, охватывают любые споры, касающиеся инвестиционной деятельности инвестора, при условии, что такой спор не вытекает из договорных обязательств с государством или что у инвестора, в целом, отсутствует с государством соглашение в сфере инвестиций.

Вместе с тем, определение «инвестиционной деятельности» в Предпринимательском кодексе трактуется значительно шире, чем в процессуальном законодательстве, что приводит к ограничению прав и интересов инвесторов при подаче иска. Эта проблема поднималась в научном сообществе несколькими годами ранее, однако так и не нашла своего законодательного решения^[2].

В судебной практике по-прежнему встречаются случаи, когда суды требуют наличия договора с государством для рассмотрения «спора, связанного с инвестиционной деятельностью». Однако такое требование отнюдь не является обязательным условием, в противном случае разграничение с инвестиционным спором утратило бы смысл.

Споры, связанные с инвестиционной деятельностью, подсудны как СМЭС, так и СМАС города Астаны. Для иллюстрации:

Рассмотрим по порядку.

 (a) СМЭС г. Астаны

Для определения подсудности СМЭС г. Астаны спор должен одновременно отвечать двум условиям:

a. предъявление иска со стороны государства,

b. направленность иска против инвестиционной деятельности инвестора.

То есть ответчиком выступает инвестор, а предмет иска затрагивает его инвестиционную деятельность. Как правило, в таких спорах присутствует публично-правовой элемент в рамках частноправовых отношений между государством и инвестором. К ним относятся споры, вытекающие из договора аренды земельного участка; споры, связанные с возложением обязанности совершить определенные действия; споры о приостановлении или отзыве лицензий; признание сделок недействительными и иные споры, подпадающие под гражданское судопроизводство и инициируемые государственными органами.

Вместе с тем, ГПК РК не определяет, подпадают ли «споры, связанные с инвестиционной деятельностью», в подсудность столичного СМЭС, если ответчиком выступает государство в частноправовых отношениях. По логике вещей, такие иски также должны быть подсудны СМЭС г. Астаны, а положение ч. 1-2 ст. 27 ГПК РК, указывающее только «иски государственных органов к инвесторам» подлежит толкованию расширительно.

Более того, процессуальное законодательство ограничивает возможность рассмотрения исков государственных органов против инвесторов в СМЭС г. Астаны как «споров, связанных с инвестиционной деятельностью», если инвестор не является иностранным юридическим лицом или юридическим лицом с иностранным участием, либо если инвестор полностью «казахстанский» и не имеет заключенного с государством контракта на осуществление инвестиций.

 (b) СМАС г. Астаны

К подсудности административного суда столицы относятся все споры публично-правового характера, включая налоговые, земельные, таможенные, экологические, антимонопольные, законодательные и иные споры. Для установления подсудности СМАС г. Астаны требуется одновременное наличие трех элементов:

a. предъявление иска со стороны инвестора;

b. направленность иска против действий (бездействий) государственного органа;

c. затрагивание инвестиционной деятельности инвестора.

Следовательно, подсудность вышеуказанных дел отнесена к юрисдикции СМАС

г. Астаны в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 102 АППК РК. Ответчиком в таком споре выступает исключительно административный орган или субъект публичного управления^[3]. До принятия АППК, позиции Верховного Суда^[4] и казахстанской доктрины^[5] заключались в том, что к категории «споров, связанных с инвестиционной деятельностью», относились все иски инвесторов, направленные против действий (бездействий) государственных органов, нарушающих права и законные интересы инвестора. Эта позиция не потеряла свою актуальность по сей день.

 (c) Соотношение исключительной и специальной подсудности

Вопросы, связанные с земельными участками, зданиями, помещениями, сооружениями и иными объектами, прочно связанными с землей (недвижимое имущество), относятся к исключительной подсудности судов по месту нахождения такого имущества. В связи с этим возникает вопрос о том, в каком суде должны рассматриваться земельные споры с участием инвестора: по правилам исключительной или специальной подсудности.

При этом как специальная (ч. 1-2 ст. 27 ГПК РК), так и исключительная

(ч. 1 ст. 31 ГПК РК) подсудность законодательством устанавливают конкретный суд для определенных категорий дел, и в обоих случаях ни стороны, ни суд не могут отступать от установленной подсудности. То есть, по своему характеру и специальная, и исключительная подсудность императивны для сторон и суда и не могут быть изменены ни соглашением сторон, ни передачей по экстерриториальной подсудности.

Судебная практика в этой части неоднозначна, в одних случаях суды считают, что исключительная подсудность имеет императивный приоритет, в других, что специальная норма преобладает над остальными положениями подсудности в порядке lex specialis derogat legi generali.

Например, по делу № 3514-19-00-2/7474 от 09.09.2019 спорный вопрос землепользования со стороны СМЭС г. Караганды передан в пользу подсудности Суда

г. Астаны^[6]. Аналогично в определении суда Акмолинской области^[7]. В другом деле № 7119-22-00-2/3930 от 26.04.2022 СМЭС г. Астаны, напротив, направил дело по правилам исключительной подсудности^[8], указав:

«Учитывая наличие оснований исключительной подсудности, иные процессуальные нормы для целей рассмотрения спора СМЭС г. Нур-Султана не могут быть применены»

Тем не менее, рассмотрение всех споров инвесторов, связанных с инвестиционной деятельностью, в одном суде по правилам специальной подсудности представляется более целесообразным и процессуально эффективным. Например, если спор, связанный с инвестиционной деятельностью, затрагивает совокупность взаимосвязанных требований, связанных, с одной стороны, с договором на земельный участок, заключенный с акиматом, а с другой - с отказом в выдаче права на недропользование на указанный участок со стороны министерства. Если требования объединены в рамках одного иска как к акимату, так и к министерству, возникает ситуация конфликта подсудности, поскольку дело одновременно подпадает под правила:

· исключительной подсудности (гражданский суд по местонахождению земельного участка, в части земельного спора), и

· специальной подсудности (СМАС г. Астаны, в части оспаривания действий государственного органа).

Позиция автора заключается в том, что столичные суды, с учетом инвестиционной специфики отношений между инвестором и государственным органом, способны более объективно и всесторонне рассмотреть такой спор, и, следовательно, рассмотрение подобных дел в порядке специальной подсудности представляется более разумным.

 (d) Коллизии в определении «инвестиционной деятельности»

Второе предложение ч. 1-2 ст 27 ГПК РК, устанавливающее подсудность споров, связанных с инвестиционной деятельностью инвестора, определяет понятие «инвестиционной деятельности» иначе, чем определение этого же понятия, закрепленное в п. 3 ст. 274 ПК РК, как по субъектному составу, так и по необходимости наличия договорных обязательств с государством.

Так, второе предложение ч. 1-2 ст. 27 ГПК РК регламентирует, что СМЭС и СМАС г. Астаны также рассматривают иски государственных органов к инвесторам, связанные с инвестиционной деятельностью инвестора, при участии:

1. иностранного юридического лица (его филиала или представительства), осуществляющего предпринимательскую деятельность на территории Республики Казахстан;

2. юридического лица, созданного с иностранным участием в порядке, установленном законодательством Республики Казахстан, если пятьдесят и более процентов голосующих акций (долей участия в уставном капитале) принадлежат иностранному инвестору;

3. инвесторов при наличии заключенного с государством контракта на осуществление инвестиций.

В свою очередь, п. 3 ст. 274 ПК РК определяет «инвестиционную деятельность», как деятельность физических и юридических лиц по участию в уставном капитале коммерческих организаций либо по созданию или увеличению долгосрочных активов, а также по реализации проектов государственно-частного партнерства.

То есть, в юрисдикцию СМЭС и СМАС г. Астаны по логике процессуального законодательства не включаются физические лица-инвесторы, поскольку, во-первых, они не соответствуют установленному субъектному составу, а во-вторых, физические лица в большинстве видов соглашений в сфере инвестиций ограничены в возможности заключения договора с государством, таких как инвестиционный (модельный) контракт, договор ГЧП или соглашение об инвестициях, которые заключаются исключительно в форме юридического лица.

Вышеуказанное связано с тем, что физическому лицу необходимо создать юридическое лицо на территории Казахстана для целей заключения вышеуказанных соглашений, после чего государство заключает договор с учреждённым юридическим лицом-инвестором. Следовательно, физические лица автоматически не подпадают под указанный круг подсудности процессуального законодательства.

Более того, определение понятия «инвестиционной деятельности» в Предпринимательском кодексе трактуется значительно шире, чем в процессуальном законодательстве, что приводит к ограничению прав и интересов инвесторов при подаче иска. Эта проблема, в том числе, поднималась в научном сообществе несколькими годами ранее, однако так и не нашла своего законодательного решения^[9].

III. Споры, не относящиеся к инвестиционной деятельности

Споры, не относящиеся к инвестиционной деятельности, а также споры с участием инвестора, подлежащие рассмотрению в порядке упрощённого производства, подсудны районным (городским) и приравненным к ним судам. Правовая природа указанных споров исключает их отнесение как к инвестиционным спорам, так и к спорам, связанным с инвестиционной деятельностью.

Как правило, это споры, связанные с деликтными, трудовыми и корпоративными правоотношениями, а также иные споры гражданско-правового характера между инвестором и физическими или юридическими лицами.

Что касается упрощенного порядка, также называемого письменным производством, ст. 267-2 ГПК РК определяет категории таких споров. Как правило, это споры, направленные на установление денежных обязательств ответчика на основании документов, подтверждающих задолженность по договору и иным документам.

При этом, если иск подан в отношении третьего лица со стороны государственных органов либо органов прокуратуры, и при этом затрагивается инвестиционная деятельность инвестора, такой спор следует рассматривать как «спор, связанный с инвестиционной деятельностью», и рассматривать в СМЭС г. Астаны.

Например, если частное лицо приобрело имущество незаконно и впоследствии продало его добросовестному инвестору, который использовал это имущество для реализации инвестиционного проекта, а позже государственный орган или орган прокуратуры выявили нарушения при покупке и подали иск о признании сделки недействительной против частного лица, такой спор следует считать «связанным с инвестиционной деятельностью инвестора». Причина отнесения таких дел в СМЭС г. Астаны связана с тем, что исход дела напрямую затрагивает права и интересы инвестора на осуществление инвестиционной деятельности. Поскольку инвестор выступает добросовестным приобретателем и использует имущество для реализации своей инвестиционной деятельности, правоотношения до покупки спорного имущества инвестором не должны затрагивать его права и интересы. Если же такие права и интересы затрагиваются, спор следует рассматривать столичным судом по гражданским делам.

Тем не менее, в зависимости от предмета иска, его обстоятельств и участвующих лиц, вопрос определения категории «споров, не относящихся к инвестиционным или к инвестиционной деятельности» в пользу «споров, относящихся к инвестиционной деятельности» остается на усмотрение суда общей юрисдикции.

Примечание: Настоящая статья не отражает официальную позицию АО НК «KAZAKH INVEST», его органов управления, должностных лиц или работников. Высказанные в статье выводы и суждения являются личным мнением автора.

^[1] Методические рекомендации по рассмотрению отдельных категорий административных дел. - Астана: Библиотека суда города Астаны, 2024. - 120 стр. ISBN 978-601-08-4528-2.

^[2] Часть 3. Выводы и предложения. Определения «инвестиции», «инвестор», «инвестиционные споры» в законодательстве Казахстане: de lege lata и de lege ferenda (М.К. Сулейменов Директор Научно-исследовательского института частного права Каспийского университета, академик Национальной академии наук Республики Казахстан, доктор юридических наук, профессор) <https://prg.kz/document/?doc_id=32457424&pos=158;151>

^[3] Ч. 3 ст. 102 АППК РК: Специализированный межрайонный административный суд столицы рассматривает иски инвесторов, указанных в части 1-2 статьи 27 Гражданского процессуального кодекса Республики Казахстан, по обжалованию административных актов, административных действий (бездействия) административных органов, должностных лиц.

^[4] Инвестиционные споры: подсудность Верховного Суда и ответы на другие актуальные вопросы <https://prg.kz/document/?doc_id=32645864&pos=7;176> / Выступление председателя специализированной судебной коллегии Верховного суда Республики Казахстан Кыдырбаевой А.К. на заседании Международного совета при Верховном Суде Республики Казахстан от 22 февраля 2016 г. <https://prg.kz/document/?doc_id=36450398&pos=5;140>

^[5]Инвестиционные споры: зарубежный опыт и законодательство Казахстана (Сулейменов М.К., член Международного Совета при Верховном Суде РК, академик НАН РК, доктор юридических наук, профессор) <https://prg.kz/document/?doc_id=39749995&pos=86;159> / Инвестиционные споры: проблемы правового регулирования (С.П. Мороз, докторант НИИ частного права КазГЮУ, к.ю.н., доцент) <https://prg.kz/document/?doc_id=30060139>

^[6] Ранее, Суд г. Астаны рассматривал инвестиционные дела. После 2021 года, инвестиционные дела переданы в юрисдикцию СМЭС и СМАС г. Астаны.

^[7] Дело № 1199-20-00-2а/1398 от 27.09.2020.

^[8] Аналогично в делах № 7599-19-00-2а/1495 от 11.02.2019 и № 5299-21-00-2а/541 от 02.03.2021.

^[9] Часть 3. Выводы и предложения. Определения «инвестиции», «инвестор», «инвестиционные споры» в законодательстве Казахстане: de lege lata и de lege ferenda (М.К. Сулейменов Директор Научно-исследовательского института частного права Каспийского университета, академик Национальной академии наук Республики Казахстан, доктор юридических наук, профессор) <https://prg.kz/document/?doc_id=32457424&pos=158;151>.