Согласно ст. 19 ЗК РТ первичный землепользователь в отно- шение своего земельного участка имеет следующие права: право

¹ Костин В.В. Принципы осуществления и защиты права собственности. М., 2014. С. 123-150.

² Шапп Я. Основы гражданского права Германии: Учебник. М., 2010. С. 54-61.

пользования (возможность хозяйственного использования земли, обладать правами собственности на произведенную продукцию и доход от ее реализации, использовать для нужд хозяйства имею- щиеся общераспространенные полезные ископаемые, возводить строения), право владения (основанная на законе (юридически обе- спеченная) возможность владеть участком земли, самостоятельно хозяйствовать на земле, право на возмещение убытков в случае изъ- ятия для общественных нужд, добровольно отказаться от земель- ного участка) и право распоряжения (передавать землю в аренду, устанавливать частный сервитут). Право на земельный участок, переданного в пожизненное наследуемое пользование, может быть субъектом переданы в наследство (право распоряжения).

Также ЗК РТ установлены основные ограничения права зем- лепользования, в частности: а) использование земли строго по ее целевому назначению; б) недопущение ухудшения качественных характеристик земли; в) учет права пользования иных лиц на зем- лю (сервитут); г) уплачивать земельный налог и пр.

Таким образом, несмотря на то, что правоустанавливающим документом получившего в пользование землю субъекта в Таджи- кистане является свидетельство о праве землепользования, норма- ми ЗК РТ предусматривается предоставление этому субъекту не только права пользования земельным участком, но и определенных ограниченных прав владения и распоряжения указанным земель- ным участком, т.е. ограниченных вещных прав на землю, находя- щуюся в собственности государства. Однако в действующем ГК РТ из перечня видов вещных прав по неизвестным причинам исклю- чен такой вид, как право пользования землей, хотя общий перечень видов вещных прав сохранился открытым (ст. 269 ГК РТ)¹.

Профессор Ю.К. Толстой под вещными правами понимает пра- ва, обеспечивающие удовлетворение интересов управомоченного лица путем непосредственного воздействия на вещь, которая нахо-

¹ Возможно, по мнению законодателя право землепользования, рассматрива- емое как узуфрукт, выступает как разновидность сервитута (как это установлено в законодательстве Австрии, Эстонии, Македонии и Латвии).

дится в сфере его хозяйственного господства¹. Под вещными пра- вами профессор Е. А. Суханов понимает права, которые оформля- ют и закрепляют принадлежность вещей (материальных, телесных объектов имущественного оборота) субъектам гражданских пра- воотношений, иначе говоря, статику имущественных отношений, регулируемых гражданским правом². Эти определения составляют базу классической теории вещных прав и представляют основу це- лостной системы института вещных прав.

Для определения какой-либо правовой категории в правовой науке принято выделять общие для всех видов признаки. Новая ре- дакция ГК РТ дополнена следующими признаками вещного права (ст. 267 ГК РТ): а) предоставляет лицу непосредственное господ- ство над вещью; б) является основанием для осуществления вместе или по отдельности правомочий владения, пользования и распоря- жения ею в пределах, установленных законодательством; в) непо- средственно обременяет вещь и следует за вещью; г) утрата владе- ния вещью не прекращает вещного права на нее; д) вещное право защищается от нарушения любым лицом.

Возможно, указанные в пунктах «а», «г» и «д» признаки вещ- ного права требуют дополнительных комментариев, поскольку для земельного сервитута как вида вещного права малохарактерно непосредственное господство над вещью, не предусматривается право владения на земельный участок для владельца сервитута, и, соответственно, сервитут не может защищаться любым лицом (а, возможно, только владельцем земельного участка и/или лицом, ко- торое получает выгоду от сервитута).

Возможным недостатком указанного определения вещных прав в ГК РТ считаем следующие: а) не установлен абсолютный характер вещных прав и абсолютный характер защиты (согласно ст. 234 ГК РФ собственник (владелец вещных прав) имеет право защищать свои права от посягательств третьих лиц, не являющих-

¹ Гражданское право / под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. - М.: Акаде- мия, 2009. - С. 121.

² Гражданское право / отв. ред. Е. А. Суханов. - М.: Волтерс-Клувер, 2009. - С. 251.

ся собственниками). Лицо, не являющееся собственником данной вещи, приобретает право на защиту вещных прав в определенных случаях ввиду договора или другого предусмотренного законом ос- нования; б), по небесспорному мнению, отдельных цивилистов, в перечень признаков вещных прав должно быть включено их бес- срочный характер; в) несомненно, признаком вещных прав являет- ся единый объект - индивидуально-определенная вещь, с гибелью которого вещное право прекращается.

Профессор Г.Ф. Шершеневич считал, что число вещных прав весьма незначительно, в них главное место занимает среди них право собственности, а к нему примыкают права на чужую вещь, а именно сервитуты, чиншевое право («право наследственного поль- зования чужой землей под условием взноса платы в определенном раз навсегда размере») и пр. ¹.

Обосновано мнение о том, что длительное отсутствие в совет- ском гражданском законодательстве положений о вещном праве, в том числе на земельные участки, и соответствующих теоретиче- ских исследований имело следствием отсутствие ясности и един- ства в понимании вещно-правовых институтов, что, в свою очередь, породило разнобой в трактовке юридической природы конкретных имущественных прав².

Можно согласиться с мнением профессора А.Г. Диденко о том, что «на сегодняшний день объем проведенных цивилистами изы- сканий по данному предмету (Ш.И. - вещным правам) позволяет предложить новые взгляды на то, что скрывается за наименованием вещных прав»³.

Достаточно проработанным видится следующий перечень ос- новных признаков вещного права: 1) юридическая связь субъекта с вещью, господство над ней; 2) возникновение права в отношении

¹ Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изд. 1907 г.).

- М.: Спарк, 1995. - с.237.

² Суханов Е.А. Проблемы вещного права в современном российском праве // Журнал российского права. - 2016. - №4. - с.35.

³ Диденко А.Г. К вопросу о понятии вещного права /Гражданское законо- дательство. Статьи. Комментарии. Практика: Избранное (Под ред. А.Г. Диденко.

- Алматы: Каспийский университет, 2017. - Т..V. - С. 354.

вещи, поскольку объектом вещного права является именно вещь;

3) возможность обладателя вещного права удовлетворить свой ин- терес без посредства других лиц; 4) обязанность иных лиц не пре- пятствовать осуществлению обладателем вещного права принадле- жащих ему правомочий; 5) абсолютный характер защиты; 6) право следования¹.

Различные исследователи в перечень вещных прав дополни- тельно включают: право члена семьи собственника жилого поме- щения, право пользования жилым помещением по завещательному отказу, право пользования жилым помещением на основании до- говора пожизненного содержания с иждивением, право члена ко- оператива на квартиру до ее выкупа. А также право безвозмездно- го срочного пользования земельным участком, право пользования участком недр на условиях соглашения о разделе продукции, право пользования участком лесного фонда, право аренды, в том числе право нанимателя жилого помещения, право совместно прожива- ющих с нанимателем лиц, право залога с включением правомочия пользования, право учреждения на самостоятельное распоряжение доходами, полученными от незапрещенной учредительными доку- ментами коммерческой деятельности, а также имуществом, приоб- ретенным на эти доходы².

Интересной выглядит следующая классификация вещного пра- ва по признаку содержания: 1) ограниченные вещные права пользо- вания чужим земельным участком (узуфрукт (право личного поль- зовладения), вещные сервитуты, эмфитевзис (право постоянного владения и пользования), право застройки); 2) ограниченные вещ- ные права преимущественного приобретения чужого земельного участка (преимущественное право покупки и право приобретения чужой вещи в будущем); 3) ограниченные вещные права реализа- ции чужого земельного участка (обеспечительные права) (ипотека

¹ Ахметьянова З.А. Признаки вещных прав // Юрист. - 2008. - № 3. - С 59; Ахметьянова З.А. Право собственности: к вопросу о признаках // Бюл. нотариаль- ной практики. - 2010. - № 2. - С. 36.

² Гражданское право: в 3 т. / Под ред. А.П. Сергеева. - М.: Велби, 2009. - Т. 1. - С. 589, 603.

и иные зарегистрированные залоговые права, вещные обременения (вещные выдачи))¹.

Важнейшим вещным правом является сервитут. Он сформу- лирован в законе в виде предоставления возможности совершать сервитуарию определенные действия для пользования земельным участком. Сервитут представляет вещное право ограниченного пользовании чужим земельным участком. Вместе с тем следует от- метить спорный характер природы публичных сервитутов в юри- дической литературе, сложность и неоднозначность реализации их правовых норм на практике.

По мнению А.Г. Диденко, характер имущественных отноше- ний формируется под воздействием нескольких факторов, которые в то же время являются признаками для отграничений вещных от- ношений от обязательственных: 1) долгосрочность отношений (что обычно обходится вниманием при отнесении залога к числу вещ- ных прав, поскольку залоговые отношения носят, как правило, кра- ткосрочный характер); 2) направленность воли собственника либо законодателя на создание особых ограничений для собственника и особых преимуществ для наделяемого правом; 3) предоставление субъекту имущественных отношений правомочий в объеме, макси- мально приближенном к статусу собственника. Другие признаки ограниченных вещных прав, приводимые различными исследова- телями, такие как объект направленности (индивидуально-опреде- ленные вещи), порядок защиты, наличие права следования и права преимущества, абсолютный характер и пр. не являются классифи- цирующими, дополняют характеристику отдельных вещных прав и могут даже играть весьма важную роль в прикладном значении.² В отношение вещных прав на землю было сформулировано сле- дующее определение понятия ограниченных вещных прав: это раз- новидность вещных прав, представляющих собой более узкое, чем

¹ Кархалев Д.Н., Томина А.П. Вещные права на земельные участки //Аграр- ное и земельное право. - 2022. - №5 (209). - С. 51.

² Диденко А.Г. К вопросу о понятии вещного права /Гражданское законо- дательство. Статьи. Комментарии. Практика: Избранное (Под ред. А.Г. Диденко.

- Алматы: Каспийский университет, 2017. - Т..V. - С. 359-360.

право собственности, закрепленное в законе, строго ограниченное право лица, не являющегося собственником, на чужой земельный участок, который находится в собственности другого лица, облада- ющее характером обременения, свойством следования за вещью, но- сящее абсолютный характер, устанавливающее господство лица над вещью, а также обладающее возможностью вещно-правовой защи- ты и позволяющее владельцу - несобственнику извлекать полезные свойства из вещи, присваивать ее плоды или иные вещные блага¹.

По нашему мнению, точно так же в Таджикистане полный соб- ственник земли (государство) вправе обременять свое имущество любым способом, а также, оставаясь исключительным собственни- ком, передавать свои правомочия по владению, пользованию и рас- поряжению этим имуществом (в том числе землей) в ограниченном виде (частично) другим лицам².

В действующем законодательстве Таджикистана ограниченные вещные права на землю законодательно установлены не в ГК РТ, а в ЗК РТ, предоставление этих прав на землю регулируется ЗК РТ, в котором исторически предусмотрен широкий перечень видов прав на земельные участки, а оборот этих прав регулируется нормами ГК РТ и ЗК РТ.

Как известно, земельное законодательство развивалось в опре- деленной степени в отрыве от ГК РТ, более того - в 2009 г. и 2012 г. в ЗК РТ были включены многочисленные поправки гражданско-пра- вового характера, предусматривающие изменение институтов прав на земельные участки, расширение имущественных полномочий землепользователей и создание земельного рынка. Эти новации зе- мельного законодательства базировалось на том, что установление имущественных прав на землю с экономической точки зрения пред- ставляет собой определение субъектов присвоения соответствую- щих материальных благ от использования земельных участков.

Согласно этим нормам, для обеспечения оборотоспособности

¹ Курова Н.Н., Кызьюров М.С. Правовая природа ограниченных вещных прав на землю //Северо-Кавказский юридический вестник. - 2016. - №4. - С. 74.

² Исмаилов Ш.М. Вопросы вещных прав на землю в Таджикистане //Госу- дарство и право. - 2017. - №8. - С. 66.

прав землепользования (в условиях исключительной государствен- ной собственности на землю) было отказано от упрощенной и при- митивной правовой логики о наличии права распоряжения земель- ным участком только у собственника - государства (как отмечалось, в действующем ЗК РТ установлено, что землепользователь может передать свое право пользования земельным участком в аренду, в наследство, то есть уже обладает определенными ограниченными правами распоряжения земельным участком). В результате в юри- дический оборот была введена такая несколько усложненная пра- вовая конструкция, как право пользования земельным участком с правом отчуждения, дающая землепользователю право осущест- влять куплю-продажу права землепользования, иным образом - отчуждать его и легально обеспечивать функционирование рынка прав землепользования. Ожидается, что введение в действие та- ких правовых новаций позволят создать в Таджикистане такой же эффективный и свободный оборот земель, как в других странах с установленной частной собственностью на землю.

Правильно отмечено, что переход к полноценной системе огра- ниченных вещных прав, которая могла бы удовлетворить потреб- ности участников гражданского оборота в основанном именно на вещном праве (максимально стабильным и защищенном) режиме пользования государственным имуществом, необходим именно в области землепользования¹.

Четкое разграничение полномочий распоряжения различных органов власти (правительства, областных, городских и районных органов государственной власти, джамоатов) на земельные ресур- сы Таджикистана, максимально упрощенные и дешевые правовые механизмы передачи (приобретения) земель от государства к зем- лепользователю и их государственной регистрации, стимулиро- вание инвестиций в земельные участки, доступность земельного рынка и земельного оборота для землепользователей с правом от- чуждения, необременительный государственный контроль за целе- вым использованием земель, защита прав на земельный участок и

¹ Суханов Е.А. Проблемы вещного права в современном российском праве // Журнал российского права. - 2016. - №4. - С. 38.

свободу землепользования, отраженная в гражданском и земельном законодательстве, как ожидается, обеспечит реализацию конститу- ционных гарантий государства в отношении использования земли. Цель государства в решении этой задачи заключается в том, чтобы создать для землепользователя такие правовые условия, ко- торые побудили бы его признавать переданную ему в пользование землю как свою, для получения более полной отдачи от такой зем- ли свободно и самостоятельно использовать ее, вкладывать в нее необходимые объемы труда и инвестиций (которые при изъятии земли государством в обязательном порядке будут возмещены), са- мостоятельно и/или посредством государства осуществлять защиту

этой земли от третьих лиц.

То есть эти правовые условия должны создать для землеполь- зователя в Таджикистане условия, подобные условиям реализации права собственности на землю, установленные в других странах. Изучение такого опыта землепользования в других странах и раз- работка рекомендаций по использованию передового иностранного опыта такого рода был бы полезным как для исследователей, так и для законодателя. Это способствовало бы дальнейшему разви- тию национального гражданского и земельного законодательства, построению эффективной и целостной системы вещного права в отношение землепользования.

Ф. КАРАГУСОВ

О РАЗВИТИИ СРАВНИТЕЛЬНОГО ПРАВА В КАЗАХСТАНЕ

В 2024 году состоится столетний юбилей Международной ака- демии сравнительного права (International Academy of Comparative Law / l’Academie international de droit compare). В связи с этим в настоящей статье отмечается особенность статуса этой Академии, значимость ее деятельности в консолидации интеллектуальных усилий правоведов для целей прогресса и сохранения мира, отме- чаются происходящие на глобальном уровне дискуссии о будущем сравнительного права, а также выражается мнение о необходимо- сти формирования учебной и научной среды для развития компара- тивистики в правовой системе Казахстана, развития ее современ- ной методологии и некоторых представляющихся важными шагах для достижения этой цели.

В данной статье автор не предполагает глубокого рассмотрения вопроса о том, как следует понимать сравнительное право и что должно быть его методологией. Основная цель данной публика- ции - привлечь внимание юридического сообщества, влиятельных государственных и общественных институтов к вопросу о необхо- димости институциализации и развития сравнительного права в Казахстане.

1. Как указывается на ее официальном интернет-ресурсе, Ака- демия была учреждена в г. Гааге (Нидерланды) 13 сентября 1924 года, и ее создание совпало с потрясающим движением ренессан- са права, последовавшего за окончанием Первой мировой войны¹. Место учреждения Академии, где на тот момент уже действовали Постоянный суд международного правосудия (the Permanent Court of International Justice) и Академия международного права (the Academy of International Law), было выбрано как подтверждение

¹ См. International Academy of Comparative Law. Official web-site of the IACL: https://aidc-iacl.org/en/lacademie/presentation/ [перевод информации сайта Акаде- мии с английского языка мой - Ф.К.].

того, что Гаага является символом защиты мира посредством пра- ва. В настоящее время штаб-квартира располагается и функционирует в г. Париже (Франция).

Международная академия сравнительного права, как и упомя- нутая Академия Международного права, занимается универсальным распространением результатов проводимых исследований (посред- ством публикаций), в которых рассматриваются все правопорядки и все правовые системы мира. Однако отличительной чертой Академии является то, что она представляет собой организацию ученых, а ее ос- новной целью в статье 2 ее устава определено сравнительное изучение правовых систем. При этом своей главной ролью Академия опреде- ляет стимулирование исследований в области сравнительного права во всем мире, при этом будучи заинтересованной и способствуя про- ведению сравнительно-правовых исследований по всем юридическим дисциплинам.

Осуществляемые Академией сравнительно-правовые исследова- ния с самого начала объединяли вопросы как преподавания и иссле- дования, так и практической деятельности. В основе такого подхода отражены три центральные характеристики сравнительного права, которые в свое время выделил известный британский компаративист профессор Гуттеридж (H.C. Gutteridge): (І) важность этой дисциплины как фактора во взаимоотношениях между людьми, (II) ее роль в юри- дическом образовании и (III) ее полезность для правовой реформы¹. Неуклонное следование этому подходу способствовало глобальному признанию того, что Академия, даже продолжая эволюционировать, всегда придерживается идеалов, которыми вдохновлялись ее учреди- тели.

2. В настоящее время Академия объединяет более 700 членов. Новые члены Академии выбираются всеми ее членами (и титуло- ванными, и ассоциированными), являющимися таковыми на момент, как правило, ежегодно проводимых выборов. Как уже отмечалось, большинство членов Академии являются учеными, вместе с тем не-

¹ Cм. Nadelmann. Review of the work «H. C. Gutteridge. Comparative Law. Cambridge University Press, 1946. - pp. xvi, 208». University of Pennsylvania Law Review, Vol. 96, No. 3 (Feb., 1948). P. 448 - 451; https://doi.org/10.2307/3309479.

сколько членов Академии являются также судьями наднациональных и международных юрисдикций (например, в их числе можно назвать профессора Ладо Чантурия, являющегося в настоящее время автори- тетным судьей Европейского суда по правам человека (European Court of Human Rights / Cour européenne des droits de l’homme) в г. Страсбур- ге, Франция)¹. Отмечается, что такой состав Академии отражает тот факт, что ее внимание направлено не только на научную деятельность, но и на правовую практику.

Членами Академии являются не только ученые, но и целые ор- ганизации. Так, корпоративное членство в Академии имеют более 20 авторитетных научно-исследовательских организаций, известных своей деятельностью в области сравнительного права и международ- ного частного права, а также международные суды и арбитражные ин- ституты, включая, например, the Max Planck Institute for Foreign and International Private Law в Германии, Société de Législation во Фран- ции, the Center for Comparative Law Studies в Колумбии, the Academy of Political and Social Sciences в Венесуэле, Edinburgh Law School в Шот- ландии, the American Society of Comparative Law, the European Court of Justice и другие известные в этой области деятельности организации².

С октября 2022 года Генеральным секретарем Академии является профессор Гэри Бэлл (Gary Bell)³.

3.

Главнейшими формами деятельности Академии (помимо обе- спечения онлайн-коммуникаций между ее членами) является орга- низация и проведение раз в четыре года международных конгрессов сравнительного права, а в промежутках между ними - тематических конгрессов также по вопросам сравнительного права. При подготовке упомянутых конгрессов определяется тематика подлежащих обсуж- дению вопросов, формируются авторские коллективы будущих мо- нографий серии Jus Comparatum - Global Studies in Comparative Law

¹ См. Lado Chanturia. Официальный интернет-ресурс ЕСПЧ / ECHR: https:// www.echr.coe.int/w/lado-chanturia, а также официальный интернет-ресурс Между- народной Академии Сравнительного Права /IACL: https://aidc-iacl.org/en/membres/ annuaire/

² См. International Academy of Comparative Law: Corporate Members. Official web-site: https://aidc-iacl.org/en/membres/personnes-morales

³ См. Gary F. Bell. Интернет-ресурс https://www.vismoot.org/garry-f-bell/

или иных изданий, готовятся национальные и глобальные отчеты по отдельным темам исследований. Результаты таких исследований и об- суждений в рамках конгрессов, как правило, публикуются.

Как отмечается на официальном веб-сайте Академии, такое опу- бликование осуществляется тремя способами: (І) местные организа- торы каждого отдельного конгресса издают сборник всех глобальных отчетов; (II) большинство авторов глобальных отчетов выполняют очень важную и весьма трудоемкую работу по изданию тематических сборников, включающих в себя как соответствующий глобальный от- чет, так и национальные отчеты по данной теме¹, и (III) национальные комитеты Академии в некоторых странах собирают национальные от- четы относительно их юрисдикции и презентуют их правовой обще- ственности в сборниках избранных работ или в качестве специальных выпусков юридических журналов. Кроме того, и сама Академия ста- рается публиковать различные работы на своем официальном веб-сай- те².

4. В середине ноября 2024 года в г. Париже в помещениях Сор- боннской школы права (École de Droit de la Sorbonne) состоится Пятый тематический конгресс. Он будет посвящен 100-летию Академии.

Как точно отметил когда-то профессор Ю. Базедов (Jürgen Basedow)³, по случаю 125-летия Гаагской конференции (The Hague Conference), «юбилей - это дни для воспоминаний о прошлом,

¹ См. например, New Development in Civil and Commercial Mediation: Global Comparative Perspectives. Esplugues and Marquis (Eds.). Springer: Law, IUS Comparatum - Global Studies in Comparative Law, 2015. 754 p.; Social Enterprise Law: A Multijurisdictional Comparative Review. Brakman Reiser, Dean and Lideikyte- Huber (Eds.), 1st edition. INTERSENTIA Publishers, 2023, xviii + 716 p. P. 369 - 388 и др.

² См, например, публикуемые глобальные отчеты на официальном интер- нет-ресурсе Международной академии сравнительного права /IACL https://aidc- iacl.org/en/publications/rapports-generaux/

³ См. Prof. Dr. Dr. h.c. mult. Jürgen Basedow, LL.M. (Harvard Univ.) (1949- 2023). Интернет-ресурс Max Plank Institute (Гамбург, ФРГ): https://www.mpipriv. de/1075943/juergen-basedow. На официальном веб-сайте Академии его имя ука- зано в числе тех четырех людей, кто в прошлом был генеральными секретарями Академии, и чьи имена во всем мире воспринимаются как синонимы того успеха, который на сегодняшний день достигнут Академией.

оценки вызовов настоящего и рассмотрения вариантов выбора на будущее»¹.

В информационном письме, которое Генеральный секретарь Академии профессор Г. Бэлл адресовал всем академикам относи- тельно созыва и темы этого конгресса, указано, что предполага- ются выступления с тремя основными докладами и соответствую- щее обсуждение следующих аспектов: (І) история сравнительного права и Академии, (II) преподавание сравнительного права и (III) будущее сравнительного права. В этом же письме он предложил краткое описание каждого из этих аспектов, которые будут обсуж- дены в рамках конгресса, и ниже я предлагаю лишь свой авторский перевод этого описания:

1) об истории сравнительного права: «на тематическом кон- грессе этого года мы отмечаем 100-летие со дня основания IACL в 1924 году. Это событие дает возможность задуматься об истории Академии - и дисциплины сравнительного правоведения в целом. В историографии сравнительного правоведения традиционно до- минирует представление о том, что это - «молодая дисциплина», разработавшая свою методологию и институциональную структу- ру - включая, например, Академию - преимущественно в ХХ веке. Через 100 лет после основания Академии и через 124 года после знаменательного Парижского конгресса встреча в Париже в 2024 году даст нам возможность вернуться к этой истории.

Повествование о «молодой дисциплине» оживлено двумя те- мами: с одной стороны, оно подчеркивает «сравнение» как элемен- тарную форму человеческого познания, тем самым подчеркивая значение сравнительного подхода и связывая сравнительное право- ведение с почтенной группой интеллектуальных предшественни- ков (как, например, Монтескье). С другой стороны, основополага- ющая история сравнительного права, возникшая примерно в 1900 году, также утверждает, что такие ранние примеры компаративизма действительно воспринимаются только как «предшественники»

¹ См. Basedow. The Hague Conference and the Future of Private International Law: A Jubilee Speech. The Rabel Journal of Comparative and International Private Law, Band 82 (2018), Heft 4 (Oktober). Р. 922.

сравнительного права, как собственно дисциплины и, таким об- разом, не являются частью его (сравнительного права) дисципли- нарной истории в строгом смысле слова. Это резко контрастирует с самоизображением других сравнительных дисциплин, которые подчеркивают свои корни в специфическом компаративизме XIX века, перспективе, которая повлияла на то, как эти дисциплины подвели итоги исторического и идеологического контекста их фор- мирования. Лишь недавно дисциплинарная историография сравни- тельного права начала бросать вызов повествованию о ней, как о «молодой дисциплине», происходящего на фоне понимания того, что будущее направление нашей дисциплины зависит от критиче- ской оценки ее интеллектуальных корней»;

2) о будущем сравнительного права: «дебаты о будущем срав- нительного права сегодня часто фокусируются на масштабах и роли сравнительного метода в динамических отношениях между сосуществованием национальных правовых систем, с одной сто- роны, и возникновением транснационального права - с другой. В момент кризиса некоторых традиционных методов многосторонне- го управления, который также оказывает определенное влияние на традиционные методы и инструменты гармонизации национальных законов, настало время пересмотреть прошлые дебаты и, в частно- сти, часто утверждаемую дихотомию между стандартизацией пра- вил как результатом транснационального права и сравнительным правоведением как восстановлением различий и особенностей на- циональных правовых систем и культур.

Задачей видится рассмотреть, как старые и новые теории могут справиться с меняющейся ситуацией, и предложить новые реше- ния, позволяющие объединить применимое право с его особенно- стями, с одной стороны, с передовой практикой и международными стандартами, которые позиционируют себя как транснациональное право, с другой стороны. Новые проблемы, вызванные технологи- ями, такие как юридическая квалификация и регулирование циф- ровых активов, искусственный интеллект и платформы, предла- гают испытательную площадку для обсуждения этих вопросов, поскольку они могут потребовать разработки правовых концепций, не заимствованных напрямую из национальных систем и, в связи с этим, основанных на общих принципах права. Аналогичным об- разом возникновение потребности в регулировании «(глобальных) общих благ», связанных главным образом с изменением климата и использованием природных ресурсов, бросает вызов известным категориям и пониманию соответствующих источников права и со- существования правовых систем»;

3) о преподавании сравнительного права: «на наших факуль- тетах курс сравнительного права часто был и, возможно, до сих пор остается простым экзотическим и факультативным приложением к преподаванию, по существу, национального права.

Однако право эволюционировало, показав, что (І) часто оно является наднациональным, представляя собой результат между- народных усилий по гармонизации посредством международных договоров, модельных законов или формирования регионального права (например, права Европейского союза, OHADA) и интегри- рования их положений в национальное законодательство; (II) ино- гда применение национального права отвергается в пользу дей- ствия ненационального и негосударственного закона (исламское финансирование, закон Талмуда, халяльная или кошерная пища, обычное семейное право); (III) применимое право иногда являет- ся совершенно иностранным, когда иностранное законодательство применяется к международной коммерческой сделке.

В связи с этим возникает целый ряд вопросов, требующих целесообразных решений, в числе которых следующие: (І) как мы можем адаптировать преподавание сравнительного права к этим новым реалиям; (II) следует ли сделать курс сравнительного права обязательным; (III) нужно ли преподавать больше факультативных курсов по сравнительному праву; (IV) интегрировать ли сравни- тельное право во все или большинство курсов - преподавать в ос- новном курсе как общего права, так и гражданского права, в ос- новном курсе договорного права, как это делают в университете МакГилл и некоторых других юридических школах; (V) есть ли у наших факультетов кадры для решения этих новых задач; (VI) как будет и должно преподаваться сравнительное правоведение?».

5. Следует отметить, что предстоящий конгресс на является первым обращением Академии к вопросам истории и развития сравнительного права. В мае 2022 года состоялась церемония в честь пяти великих компаративистов современности: профес- соров Ewoud Hondius из Нидерландов, Vernon Valentine Palmer из США, Jorge Sanchez Cordero из Мексики, Elizabeth Zoller из Франции, а также представлявшую школы Турции и Великобри- тании Esin Örücü. В рамках этого мероприятия все они поде- лились своим видением о современных вызовах в области пре- подавания сравнительного права, а также состоялась открытая дискуссия относительно основных предложенных ими выводов. Результаты этой дискуссии опубликованы, включая указанные доклады и выступления других участников этого мероприятия¹. Редакторы этого издания обобщили несколько ключевых и решающих моментов, выявленных по результатам состоявшего- ся столь важного обсуждения. В числе них некоторые представ- ляются как достаточно согласованные выводы, включая то, что:

(І) преподавание сравнительного права должно быть адапти- ровано к профилю студентов, учитывая, в частности, год обу- чения, исторические предпосылки, национальные и страновые особенности происхождения, используемые языки общения / об- учения и другие обстоятельства; (II) преподавание сравнитель- ного права должно включать использование технологических инструментов, которые уже помогают каждому юристу в их ка- ждодневной профессиональной деятельности, чтобы студенты были научены определять и использовать возможности, кото- рые позволят им легко собирать информацию для проведения сравнительно-правовых исследований; (III) программа обучения должна быть выстроена так, чтобы от студентов не требовалось обязательно путешествовать в другие страны; не должно быть финансовых, языковых и любых других барьеров для осваива- ния соответствующих знаний и навыков; (IV) обширный тре-

¹ См. Contemporary challenges to the teaching of comparative law: ceremony of 16 May 2022 in Honour of 5 Great Comparatists. The editors and contributors severally. Intersentia, 2023. - 97 p.

нинг по сравнительному праву должен быть предложен в рамках обучения в докторантуре¹.

Вместе с тем выявлены и два аспекта, в отношении которых отмечено широкое разнообразие мнений, и по которым пока не достигнуто консенсуса, в частности, среди членов Академии: (І) должно ли сравнительное права оставаться самостоятельным, хотя и опциональным, курсом, и как оно должно быть интегрировано в обязательные основные компоненты учебного плана; (II) какой момент является надлежащим для того, чтобы сравнительное право было представлено студентам².

Все положенные в это обобщение выводы основаны на призна- нии изменившейся функции сравнительного права, повышении его значимости, его генерализации и распространения на все отрасли права и т.п. Соответственным этому являются и их предложения относительно преподавания этой дисциплины в будущем.

Например, профессор E. Hondius считает, что в настоящее время судебная практика (case law) в той же мере является пред- метом изучения сравнительного права, как и законодательство; ви- дит целесообразным разделить развитие навыков сравнительного правоведения для студентов, выбирающих гражданскую службу, и полноценное преподавание сравнительного права студентам, стре- мящимся заниматься академическими исследованиями³.

В свою очередь, профессор Е. Örücü выводит на уровень дис- куссии чрезвычайно важный вопрос о том, на развитие каких на- выков должно быть направлено сравнительное право (очевидно, и в исследованиях, и преподавании): должно ли оно способствовать размышлениям в рамках права или мыслям о праве, ибо в зависимо- сти от выбранной точки зрения различаются и подходы к предмету дискуссии - нормативистские изучения (анализ законодательных решений / правовых норм) либо контекстуальные или правоведче- ские исследования. В числе целого ряда своих предложений отно- сительно преподавания сравнительного права, она считает, что (І)