Справедливости ради нужно упомянуть о пункте 3 этой же статьи, где сказано, что общие положения об обязательствах применяются к требованиям: 1) возникшим из корпоративных отношений; 2) связанным с применением последствий недействительности сделки, если иное не установлено ГК РФ, иными законами или не вытекает из существа соответствующих отношений. Вряд ли редакцию названного пункта можно признать удачной. Во-первых, речь в нем идет не о правоотношениях, к которым применимы общие положения об обязательствах, а о требованиях. Слово «требование» само по себе имеет многосмысловое значение. В гражданском праве оно ассоциируется, прежде всего, с правом требования к обязанному лицу совершить какие-либо действия или воздержаться от их совершения, которое принадлежит управомоченному субъекту (потерпевшему, кредитору, субъекту вещного права и т.д.). Такому праву корреспондируют обязанности определенного или неопределенного круга обязанных лиц, что свидетельствует о наличии между ними правовой связи, а это значит, что оно (право требования) не существует вне правоотношения. Поэтому вполне логично было бы указать в анализируемом пункте на применение общих положений об обязательствах к иным правоотношениям, следовательно, и к требованиям.
Во-вторых, законодатель ограничился указанием на два требования, к которым применимы общие нормы об обязательствах: корпоративные и связанные с применением последствий недействительности сделки. Можно было бы объяснить такой подход неясностью природы многих внедоговорных, в том числе охранительных, правоотношений. Действительно, концепция охранительного обязательства и его системы еще не достаточно обоснована. В частности, в литературе высказаны разумные аргументы против признания обязательствами виндикационных и негаторных притязаний, к которым не может быть применен ряд общих положений об обязательствах: о замене реального исполнения на возмещение убытков; об уступке права требования; о невозможности прекратить виндикацию зачетом, отступным, новацией и т.д. Однако неоднозначность природы реституционных и корпоративных отношений не помешала законодателю распространить на них нормы об обязательствах.
В-третьих, к сожалению, в статье 307.1 ГК РФ вообще не упоминается о ещё одном виде внедоговорных охранительных обязательств - обязательстве по возмещению убытков, возникших вне договора, хотя норм о них в Кодексе более чем достаточно: 1) они содержатся в ряде статей главы 60 ГК РФ о кондикционных обязательствах (п. 2 ст. 1104, п. 1 ст. 1105, ст. 1107 ГК РФ и др.); 2) о возмещении убытков говорится в ряде статей о недействительных сделках (абзац 3 п. 1 ст. 171, абзацы 2 и 3 п. 6 ст. 178, п. 4 ст. 179 ГК РФ и т.д.); 3) в ГК РФ закреплены нормы о возмещении убытков при нарушении преддоговорных правоотношений, вызванных задержкой в совершении или регистрации сделки, стороной, необоснованно уклоняющейся от нотариального удостоверения или государственной регистрации сделки (п. 4 ст. 165 ГК РФ); о возмещении убытков стороной предварительного договора при её уклонении от заключения основного договора (п. 5 ст. 429 ГК РФ); о возмещении убытков стороной, необоснованно уклоняющейся от заключения договора, если такое заключение для неё является обязательным (п. 4 ст. 445 ГК РФ) и др.; 4) в главе 14 ГК РФ предусмотрены нормы о возмещении убытков за нарушение вещных прав. В соответствии с п. 3 ст. 220 ГК РФ собственник материалов, утративший их в результате недобросовестных действий лица, осуществившего переработку, вправе требовать передачи новой вещи в его собственность и возмещения причиненных ему убытков. В п. 4 ст. 227 ГК РФ предусмотрена ответственность нашедшего вещь за её утрату или повреждение в пределах стоимости вещи и т.д.
Анализ новых норм ГК позволяет сделать вывод о расширении сферы применения правил о возмещении внедоговорных убытков. Статья 53.1. ГК РФ, введенная Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ, предусматривает возмещение убытков с лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица. Федеральным законом от 8.03.2015 № 42-ФЗ предусмотрено возмещение убытков при недобросовестном ведении или срыве переговоров о заключении договора (ст. 434.1 ГК РФ); а также при предоставлении недостоверных заверений об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения в процессе заключения договора либо до или после его заключения (ст. 431.2. ГК РФ). Это далеко не полный перечень норм ГК РФ, предусматривающих возмещение внедоговорных убытков.
Таким образом, решение законодателя в части законодательной регламентации охранительных отношений, воплощенное в п. 2 и 3 ст. 307.1. ГК РФ, представляется половинчатым и не способствует достижению цели их эффективного правового регулирования. Правила ст. 307.1. ГК РФ должны иметь более общий характер и быть применимы не только к известным случаям возмещения причиненного вреда (глава 59 ГК РФ) или неосновательного обогащения (глава 60 ГК РФ), но и к иным отношениям, возникшим при нарушении гражданских прав вне договора. Предлагается изменить редакцию пункта 2 ст. 307.1. ГК РФ следующим образом: «к обязательствам вследствие причинения вреда и к обязательствам вследствие неосновательного обогащения, а также к иным правоотношениям, возникшим при нарушении гражданских прав, общие положения об обязательствах (настоящий подраздел) применяются, если иное не предусмотрено специальными правилами настоящего Кодекса или не вытекает из существа соответствующих отношений». Соответственно, из п. 3 данной статьи следует исключить указание на требования, связанные с применением последствий недействительности сделки.
Нередко нарушение гражданских прав (вещных, интеллектуальных, преддоговорных и т.д.) лиц, не связанных между собой договором, сопряжено с убытками. Не вызывает сомнений, что обязательства по их возмещению являются внедоговорными охранительными обязательствами. Вопрос об их природе в цивилистической литературе является спорным, правда, в основном оценка существа таких обязательств, как правило, осуществляется применительно к отдельным видам обязательств о возмещении убытков, в частности, при недействительности сделки, при их возмещении органами юридического лица; при анализе виндикационного, негаторного, реституционного и иных охранительных правоотношений.
Существует мнение, что обязательство по возмещению «внедоговорных убытков» является деликтным. Логика в таких рассуждениях есть - само обязательство возникает при наличии убытков, которые представляют собой денежную форму вреда. Если же рассматриваемое обязательство является деликтным, нет никаких оснований для критики ст. 307.1. ГК РФ. Позиция законодателя, назвавшего в числе охранительных обязательств только деликтные и кондикционные, представлялась бы вполне понятной и обоснованной. Однако, на мой взгляд, это лишь кажущееся, поверхностное впечатление.
Анализ норм о деликтах в действующей редакции позволяет усомниться в возможности их применения к многочисленным случаям возмещения внедоговорных убытков. Вообще деликтное право - относительно стабильный институт отечественного гражданского права, долгие годы не подвергавшийся существенным изменениям. Не повлияли на стабильность его норм ни революционные преобразования в экономике, ни принятие на рубеже XX столетия Гражданского кодекса РФ. Процессы реформирования гражданского законодательства не отразились на фундаментальных категориях деликтного права.
Глава 59 ГК РФ о деликтных обязательствах не рассчитана на многообразные случаи причинения убытков вне договора, в данной главе деликт понимается узко, как прямое причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших. Специальные деликты давно известны. Среди них нет ни одного, который мог быть применен к названным ранее случаям возмещения внедоговорных убытков. Так, статьями 1068, 1069, 1070 ГК РФ предусмотрены правила о возмещении вреда, причиненного работниками организации, должностными лицами государственных органов и органов и органов местного самоуправления. Но нет ни одной специальной нормы, в соответствии с которой можно было бы возместить убытки, причиненные органами юридического лица.
На мой взгляд, проблема могла бы быть решена, если бы главе 59 ГК РФ законодатель придал универсальный характер и предусмотрел норму, подобную ст. 1103 ГК РФ, о возможности применения данной главы в случаях причинения вне договорного вреда в форме убытков. С этой целью предлагается дополнить ст. 1064 ГК РФ пунктом 4 в следующей редакции:
«4. Поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям о возмещении убытков, не связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением договорных обязательств».
Б. САМАРХОДЖАЕВ, M. МУХИТДИНОВ
СТАНОВЛЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО
КОММЕРЧЕСКОГО АРБИТРАЖА
В РЕСПУБЛИКЕ УЗБЕКИСТАН
С первых дней независимости Республика Узбекистан взяла курс на расширение внешнеэкономических отношений, что находит свое выражение в заключаемых с другими государствами двусторонних и многосторонних соглашениях.
В Указе Президента Республики Узбекистан от 07.02.2017 г. № УП-4947 «О стратегии действий по дальнейшему развитию Республики Узбекистан» (раздел III. «Приоритетные направления развития и либерализации экономики» Приложения № 1 «Стратегия действий по пяти приоритетным направлениям развития Республики Узбекистан в 2017-2021 годах»)1 предусмотрено:
- дальнейшее развитие международного экономического сотрудничества, в том числе путем расширения связей с ведущими международными и зарубежными финансовыми институтами, продолжение проведения взвешенной политики внешних заимствований, эффективное использование привлеченных иностранных инвестиций и кредитов;
- освоение выпуска принципиально новых видов продукции и технологий, обеспечение на этой основе конкурентоспособности отечественных товаров на внешних и внутренних рынках;
- либерализация и упрощение экспортной деятельности, диверсификация структуры и географии экспорта, расширение и мобилизация экспортного потенциала отраслей экономики и территорий;
- совершенствование инвестиционного климата, активное привлечение в отрасли экономики и регионы страны иностранных, прежде всего, прямых иностранных инвестиций.
Вступая в отношения, связанные с реализацией указанных выше направлений, партнеры должны быть уверены в том, что в случае возникновения возможного спора они смогут найти правовые возможности для защиты своих интересов, и что решения, вынесенные компетентными органами (в частности международным коммерческим арбитражем), будут исполнены.
__________________
1 Собрание законодательства Республики Узбекистан, 13 февраля 2017 г., № 6, ст. 70.
На современном этапе развития международных отношений мирное разрешение международных споров, являясь отдельной отраслью международного права, определяет порядок урегулирования споров между субъектами международного права мирными средствами. В состав обязательства мирного урегулирования международных споров включается обязанность разрешать все возникающие разногласия без применения силы, в том числе посредством международного арбитражного разрешения споров1.
Международный арбитраж - это постоянно действующий или специально образуемый по соглашению сторон спора арбитражный орган или арбитражная (третейская) организация для рассмотрения отдельного спора, а равно процесс рассмотрения споров в данном арбитражном органе или арбитражной (третейской) организации и состав международного арбитражного суда, рассматривающего конкретный спор.
Характерной чертой международного арбитража является то, что он относится одновременно к мирным и судебным средствам разрешения споров, но вместе с тем не охватывается данными понятиями, а обладает свойственными ему особенностями, а именно: в отличие от других мирных средств разрешения споров арбитражное разбирательство завершается вынесением обязательного для сторон в споре решения, а в отличие от судебного разбирательства он более подвержен влиянию сторон.
В настоящее время в научной литературе термин арбитраж используется для обозначения арбитражного производства как форму урегулирования споров - рассмотрение спора негосударственными арбитрами с вынесением обязательного для сторон решения.
В своем историческом развитии международный арбитраж прошел четыре этапа.
__________________
1 Лукашук И.И. Международное право. Том 2. - М, 2005. - С. 260.
Первый этап берет свое начало в глубокой древности, и охватывает период с IV тысячелетия до н. э. до конца I тысячелетия н. э. В эту эпоху арбитражную процедуру для разрешения межгосударственных споров использовали государства Древнего Востока, Древней Греции и Древнего Рима.
Второй этап развития - арбитражное разрешение споров в средние века и в период абсолютизма - охватывает XI-XVIII вв.
Третий этап берет начало в период становления и развития буржуазных государств, в конце XVIII в., а точнее - с Договора Джея 1794 г. между США и Великобританией - и продолжается до конца XIX в.
Четвертый этап развития начался с Гаагских мирных конференций 1899 и 1907 гг., на которых были приняты Конвенции о мирном решении международных столкновений, и продолжается до настоящего времени1.
Один из важнейших институтов гражданского общества - третейский суд - являлся древней формой разрешения споров на территории Республики Узбекистан. Хотя термин «третейский суд» вошел в массовое употребление сравнительно недавно, основы механизма института третейского разбирательства на территории нашей страны имеют исторические корни2.
Об этом свидетельствуют рукописные источники «Авесты». Согласно древней летописи, в документе обозначено, что исполнение данного обещания, верность клятве и обязательствам в отношениях людей считались обычным законом. Если человек нарушал своё клятвенное обещание или заключенный им договор, для подтверждения своей правоты истец пользовался процессуальными нормами, то есть Ордалией3.
Существовало 33 способа Ордалии для вынесения справедливого решения суда. Большое внимание в «Авесте» уделяется вопросам ведения судебного дела и процессу суда. Книга свидетельствует об истинном и неукоснительном признании всех распоряжений и категорическом соблюдении при применении законов той эпохи.
__________________
1 Лазарев С.Л. Международный арбитраж. М., 1991., С. 178-179.
2 Худайберганов Я. Третейский суд Узбекистана - истоки и развитие. - Менинг мулким - Частная собственность, № 38(902), 2012. / http://www.biznes-daily.uz/ru/mening-mulkim/9546-trtyskiy-sud-uzbkistana-istoki-i-razviti.
3 Бобоев Х., Дустжонов Т., Хасанов С. «Авеста» - бесценная реликвия народов Востока. ТМИ, Т.: 2004. С. 20.
Кроме того, в источниках мусульманского права также содержатся положения касательно разрешения споров со стороны «хакама» - третьего нейтрального лица. Само слово «хакам» с арабского языка означает знаток обычного права, к которому обращались для решения различных правовых вопросов как к судье или арбитру1. В доисламкой Аравии хакам входил в племенную верхушку наряду с племенным вождем, военачальником и прорицателем, главной задачей которого являлось приведение сторон к соглашению.
Порядок в доисламском обществе Аравии в значительной мере поддерживался институтом арбитров - хакамов. В случае если родоплеменные коллективы, кланы и соплеменности оказывались не в состоянии разрешить свои споры и затянувшиеся конфликты на основании обычаев или силой авторитета своих саййидов и кахинов, тогда обращались к хакаму.
Это был всегда уважаемый и авторитетный человек, не связанный родственными или другими узами со спорящими сторонами. В его руки как бы вручалась временно «законодательная» и «судебная» власть, и он примирял спорящих, иногда активно вторгаясь в политическую жизнь аравийских племен и общин.
Именно в качестве такого хакама пророк Мухаммад был призван в Йасриб. Авторитет хакама был одной из главных основ расширения влияния Мухаммада в Йасрибе, как политического, так и духовного. В рассказах о посольствах представителей разных племен Аравии к Мухаммаду в последние годы его жизни сообщается, что многие ехали к нему как к арбитру, приносили ему на суд свои имущественные и генеалогические споры2.
__________________
1 Рахманов А., Рахманов А. Исламское право: Учебник для вузов. - Т.: Издательство ТГЮИ, 2003. - С. 23-24.
2 Кулаков А.Е. Религии мира: Пособие для учащихся. - М.: ООО «Издательство ACT-ЛТД», 1997. - С. 352.
Разграничение видов международного арбитража осуществляется как по предметному, так и по субъектному составу разрешаемых споров и подразделяются на:
- международный публичный арбитраж;
- международный частный (коммерческий) арбитраж;
- смешанный (инвестиционный) арбитраж.
Мы, согласно нашему направлению, более подробно рассмотрим вопросы, касающиеся международного частного (коммерческого) арбитража.
Арбитраж международного частного или коммерческого характера призван рассматривать споры с иностранным элементом, возникающие из торговых, экономических и научно-технических отношений, между физическими и юридическими лицами разных государств. Целью международных коммерческих арбитражей является укрепление стабильности и порядка среди всех участников международной коммерческой деятельности посредством урегулирования споров между ними.
Международный коммерческий арбитраж зависит не только от воли спорящих сторон, выраженной в контрактах или других правовых документах, но и от законодательства государств. Он является частью национальной правовой системы, поскольку некоторые аспекты его проведения регламентируются на уровне национальных правовых актов. Во многих государствах приняты законы о международном коммерческом арбитраже, которые в основном исходят из Типового закона ЮНСИТРАЛ о международном коммерческом арбитраже 1985 года.
Типовой закон ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже был принят Комиссией ООН по праву международной торговли 21 июня 1985 г. Генеральная Ассамблея ООН в своей резолюции № 40/72 от 11 декабря 1985 г. рекомендовала всем государствам принимать во внимание данный Типовой закон, имея в виду желательность единообразия законодательства об арбитражных процедурах и конкретные потребности практики международного коммерческого арбитража.
В целом национальные законы об арбитраже даже, скажем, двух соседних стран значительно отличались друг от друга и порождали проблемы, как для арбитров, так и для сторон, что вело к ущемлению их интересов и отражалось на функционировании арбитража. Устранить несовершенство национальных законов, сблизить и, насколько возможно, унифицировать их и призван Типовой закон ЮНСИТРАЛ.
На сегодняшний день законодательство на основе Типового закона принято в более чем 60 государствах, включая ряд стран СНГ1. В то же время основные «арбитражные юрисдикции», то есть государства, на территории которых проводится наибольшая часть международных арбитражей, такие как Франция, США, Великобритания, Швейцария, Швеция, континентальный Китай, не основывали своё законодательство на Типовом Законе.
Следует отметить, что неоднородность экономических связей между государствами, экономических споров между ними породили различные правовые режимы функционирования коммерческих арбитражных судов и даже их наименования. Так, в Париже третейский суд значится как Арбитражный суд Международной палаты, в Нью-Йорке - Американская арбитражная ассоциация, в Стокгольме - Арбитражный институт торговой палаты, в России - Международный коммерческий арбитражный суд и Морская арбитражная комиссия при Торгово-промышленной палате Российской Федерации2.
__________________
1 Hober K. and Kryvoi Y. Characteristics and Trends of Law and Practice of International Arbitration in the CIS Region // Law and Practice of International Arbitration in the CIS Region, edited by Hober K. and Kryvoi Y. Wolters Kluwer, 2017. P. 11.
2 Бондарев И.М. Система международных судебных учреждений: Учебное пособие / Бондарев И.М. - М.: ЮРКНИГА, 2004. - С. 164.
На сегодняшний день самыми популярными арбитражными судами на территории СНГ являются Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации, Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Украины. В свою очередь среди международных арбитражных судов важное значение по количеству рассмотрения споров имеют Международный арбитражный суд Международной торговой палаты, Лондонский международный арбитражный суд и Арбитражный институт Шведской торговой палаты1.
В настоящее время споры с иностранным участием в Республике Узбекистан разрешаются экономическими судами2 республики или посредством международного коммерческого арбитража в соответствии с правилами и процедурами международных договоров (соглашений и конвенций)3. Стороны, вовлеченные в него, по взаимной договорённости могут определить орган, рассматривающий такой спор, а также страну осуществления арбитражного судопроизводства.
Рассмотрение споров в судебном порядке может быть идеальным решением в том случае, если стороны имеют одну и ту же национальную принадлежность и понимают правовой режим и судебную систему, на рассмотрение которой представлен данный спор. Решения в судебном порядке также предусматривают сбор свидетельских показаний, вызов и опрос свидетелей при рассмотрении дела.
В тех случаях, когда спор переносится в международный контекст, чаша весов, безусловно, склоняется в пользу его разбирательства в международном коммерческом арбитраже (третейском суде), обладающий рядом достоинств: относительная быстрота разбирательства, добровольность подчинения спора арбитражу, свободный выбор сторонами арбитров и места рассмотрения спора, выбор языка рассмотрения дела, высокая компетентность арбитров, конфиденциальность рассмотрения споров, относительная по сравнению с судебным разбирательством дешевизна разбирательства, простота исполнения решений.
__________________
1 Куликов М., Покрышкин Н. Общая характеристика арбитражных разбирательств с участием компаний из СНГ. Legal Insight, № 1(27), 2014, С. 11.
2 См. Закон Республики Узбекистан от 12 апреля 2017 года № ЗРУ-428 «О внесении изменений и дополнений в Закон Республики Узбекистан «О судах», Гражданский процессуальный и хозяйственный процессуальный кодексы Республики Узбекистан // Собрание законодательства Республики Узбекистан, 17 апреля 2017 г., № 15, ст. 242; Хозяйственный процессуальный кодекс Республики Узбекистан. - ИПС NORMA. - Версия от 20.11. 2017 г. 24 января 2018 года в Узбекистане принят Экономический процессуальный кодекс (Национальная база данных законодательства, 25.01.2018 г., № 02/18/ЭПК/0623), который вступит в силу с 1 апреля 2018 года.
3 См.: Закон Республики Узбекистан от 30.04.1998 г. № 611 «О гарантиях и мерах зашиты прав иностранных инвесторов» // Ведомости Олий Мажлиса Республики Узбекистан, 1998, № 5-6, ст. 93.
Международный коммерческий арбитраж - это негосударственный орган, который формируется из лиц, избираемых сторонами или назначаемых в соответствии с порядком, согласованным ими либо установленным законом. Международный коммерческий арбитраж разрешает споры, возникающие из гражданско-правовых отношений, связанных с экономическим и научно-техническим сотрудничеством. Такие споры могут касаться, в частности, размеров компенсации, связанной с проведенной национализацией, реквизицией и т.п.1
Здесь мы сделаем отступление, и отметим следующее. В настоящей статье, до данного абзаца и после приведенных нами ниже мнений, мы демонстрируем солидарность с теми специалистами и учеными, которые высказываются о необходимости организации и деятельности Международного коммерческого арбитража в Республике Узбекистан на основе отдельного специализированного Закона.
Принимая во внимание развитие международных торговых отношений и глобальной экономической интеграции, во многих странах региона осуществляются меры по совершенствованию национального законодательства в соответствии с современными требованиями международного права.
__________________
1 Международный коммерческий арбитраж, конечно же, следует отличать и от экономических судов, которые действуют в соответствии с ХПК РУз. Хотя такие органы также разрешают экономические споры, главное различие состоит в том, что это суды государственные. Для них характерны некоторые особенности. В силу ХПК РУз стороны обязаны разрешать свои споры в экономических судах. Отказ от права на обращение в суд недействителен. Стороны не участвуют в формировании судей. Рассмотрение дел гласное.
В ряде стран СНГ, в том числе в Беларуси1, Молдове2, России3, Таджикистане4 и Украине5 арбитражное разрешение споров между национальными субъектами права и споров международного коммерческого характера с участием иностранного лиц регулируется различными законами. В Армении6 и Казахстане7 правовые отношения в области, как внутреннего третейского разрешения споров, так и международного коммерческого арбитража регулируются одним законодательным актом.
В Азербайджане8 и Туркменистане9 арбитражный механизм разрешения споров применяется только в отношения споров с участием иностранного элемента на основании закона о международном коммерческом арбитраже. В этих странах отсутствует национальный закон, предусматривающий альтернативный способ разрешения споров между внутренними субъектами права посредством негосударственных третейских судов.
В свою очередь, в Узбекистане отсутствует соответствующее законодательство, регулирующее деятельность международного коммерческого арбитража, что обуславливает необходимость создания его правовой базы. При этом, третейское разрешение споров между национальными субъектами права регулируется на основании Закона «О третейских судах»10.
__________________
1 См. Danilevich A. Belarus // Law and Practice of International Arbitration in the CIS Region, edited by Hober K. and Kryvoi Y. Wolters Kluwer, 2017. P. 127.
2 Cm. Svetlicinii A. Moldova // Там же. P. 214.
3 См. Kostin A. and Davydenko D. Russia // Там же. P. 257.
4 См. Milikbekov Sh. and Abdrakhmanova Zh. Tajikistan // Там же. P. 313.
5 См. Perepelynska О. Ukraine // Там же. Р. 387.
6 См. Grigoryan S. Armenia // Там же. Р. 53.
7 См. Duissenova A. and Karaketov M. Kazakhstan // Там же. Р. 171.
8 См. Karimov G. Azerbaijan // Там же. Р. 92.
9 См. Knieper R. and Ziyaeva D. Turkmenistan // Там же. Р. 348.
10 Otakhonov F. and Umirdinov A. Uzbekistan // Там же. Р. 444.
Исследуя институт международных арбитражей с теоретических позиций, необходимо отметить, что существуют определенные научные разногласия по поводу самой правовой природы рассматриваемого института. Одна группа теоретиков рассматривает международный коммерческий арбитраж как судебный орган, к которому стороны обращаются за разрешением спора, т.е. арбитраж полностью самостоятелен, имеет свою процедуру, обладает властными полномочиями, а арбитражное соглашение выступает в роли процессуального документа, определяющего подведомственность спора (обычное пророгационное соглашение). Договорная теория исходит из того, что арбитраж полностью обязан своим существованием договору между сторонами, которые не только определяют его полномочия, но и дают ему силу выносить решение по определенному спору, т.е. арбитражное соглашение имеет учредительный характер. Отношения между сторонами спора, а также между ними и арбитражем строятся на договорных началах, в арбитражном соглашении указываются их права и обязанности. И, наконец, смешанная теория соединяет черты вышеназванных теорий1.
Практике же известны следующие виды арбитражей: арбитраж ad hoc (разовый арбитраж) и институционный арбитраж. Институционный, или постоянно действующий, арбитраж создается при национальных торговых (торгово-промышленных) палатах, биржах, ассоциациях, союзах, обществах и любых других организациях, в том числе функционально являющихся международными2. Для институционного арбитража характерны наличие постоянно действующего органа, который, не принимая участия в разрешении споров, выполняет некоторые административно-технические, консультативные и контрольные функции; наличие положения о нем (или устава) и регламента, устанавливающих правила арбитражного процесса; наличие списка арбитров, носящего рекомендательный для сторон характер и позволяющего им выбрать наиболее подходящую кандидатуру для рассмотрения возникшего спора.
__________________
1 Виноградова Е.А. О судебно-арбитражной практике рассмотрения исков о расторжении соглашений о передаче споров на рассмотрение третейских судов// Третейский суд. - № 2000. - № 6.
2 Международное частное право: Учебник / Под ред. Дмитриевой Г.К. - М., 2000. - С. 595-596.
Так или иначе, преимущества альтернативного по отношению к государственным судам арбитражного решения споров общепризнаны, так как оно, как правило, приводит к экономии времени и средств, обеспечивая при этом гибкость, оперативность, простоту и наличие технической экспертизы. Неформальные правила арбитража известны обеим сторонам в отличие от национального законодательства, которое может быть известно лишь одной стороне. Арбитраж позволяет обеспечить сохранение тайны и конфиденциальность в том случае, если стороны требуют этого. Арбитраж необязательно приводит к ухудшению взаимоотношений между сторонами, как это зачастую происходит в случае судебного разбирательства.
Как известно, наличие коммерческого арбитража является общепризнанной в цивилизованном мире гарантией для зарубежных инвесторов. Иностранные хозяйствующие субъекты не всегда хотят обращаться в государственный суд, особенно если стороной спора является государственный орган или компания1. Итак, международный коммерческий арбитраж обладает рядом достоинств: относительная быстрота разбирательства, добровольность подчинения спора арбитражу, высокая компетентность арбитров и привлеченных специалистов, конфиденциальность рассмотрения споров, относительная, по сравнению с судебным, дешевизна разбирательства.
Поэтому со всей остротой встает вопрос о создании альтернативных государственному суду органов - международных коммерческих арбитражей.
С учетом увеличения числа внешнеэкономических отношений можно обоснованно предположить, что в скором будущем нередкой станет практика урегулирования споров между их учредителями в арбитраже на территории третьей страны, исполнение решения которого необходимо будет осуществить в Узбекистане согласно требованиям Нью-Йоркской Конвенции 1958 г. «О признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений».
__________________
1 Сабиров М. Арбитражное разбирательство: преимущества, необходимость и проблемы введения в Узбекистане // Экономическое обозрение - 2003. - № 11. - 0.63.
В данном вопросе существует следующее мнение: нормы Нью-Йоркской Конвенции, трансформированные во внутригосударственное законодательство того или иного государства, становятся составной частью гражданского процессуального законодательства, обязательными для этого государства, и эта обязанность вытекает из необходимости защиты прав субъектов частного права различных государств.
Под приведением в исполнение иностранного решения следует понимать юридический акт, которым суверенное государство, распространяя действие иностранного решения на собственную территорию, признает бесспорность установленных им прав и обязанностей сторон, и санкционирует принудительное осуществление содержащихся в нем властных предписаний1.
Следует особо отметить, что вопросы признания и исполнения решений иностранных судов в Республике Узбекистан остаются до сих пор не до конца решенными. Это наглядно видно из следующего. Постановлением Олий Мажлиса РУз от 22 декабря 1995 г. республика присоединилась к Нью-Йоркской Конвенции. Это означает, что наша страна официально признала международный коммерческий арбитраж в качестве легитимного международного правового института, решения которого носят для сторон обязательный характер и могут быть обеспечены силой государственного принуждения2.
__________________
1 Акимбекова С.А. Признание и приведение в исполнение решений иностранных судов и арбитража в Республике Казахстан. - Автореф. дисс. ... доктора юрид. наук. - Бишкек. 2012. - С. 9.
2 См. подробнее: Асьянов Ш., Книпер Р., Убайдужаев З. Международный арбитражный суд. - Т., 1999. - С. 89.
Но в республике отсутствует должное законодательство, регулирующее деятельность международного коммерческого арбитража. В связи с этим применение Конвенции осуществляется односторонне. Здесь складывается ситуация, при которой решения различных международных коммерческих арбитражей должны быть признаны и исполнены в республике. При этом решения экономических судов могут быть не признаны в других странах (вследствие отсутствия договора о правовой помощи и взаимности признания подобных решений между странами и нераспространения положений Нью-йоркской конвенции к решениям экономических (государственных) судов).
На наш взгляд функционирование международного коммерческого арбитража именно в республике при складывающихся обстоятельствах в большей мере отвечает интересам национальных субъектов по следующим основаниям:
во-первых, решение международного коммерческого арбитража является обязательным для исполнения в более чем 157 странах-участницах Нью-Йоркской Конвенции 1958 г.1;
__________________
1 Страны-участницы Нью-Йоркской Конвенции «О признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 г.: Австралия, Австрия, Азербайджан, Албания, Алжир, Антигуа и Барбуды, Аргентина, Армения, Афганистан, Багамские острова, Бангладеш, Барбадосские Острова, Бахрейн, Беларусь, Бельгия, Бенин, Берег Слоновой Кости, Болгария, Боливия, Босния и Герцеговина, Ботсвана, Бразилия, Бруней, Буркина Фасо, Бывшая Югославская Республика Македонии, Ватикан, Великобритания, Венгрия, Венесуэла, Вьетнам, Габон, Гаити, Гана, Гватемала, Гвинея, Германия, Голландия, Гондурас, Греция, Грузия, Дания, Демократическая Народная Республика Лаоса, Джибути, Доминика, Доминиканская Республика, Египет, Ел Сальвадор, Фиджи, Замбия, Зимбабве, Израиль, Индия, Индонезия, Иордан, Иран, Ирландия, Исландия, Испания, Италия, Казахстан, Камбоджа, Камерун, Канада, Катар, Кения, Кипр, Киргизстан, Китай, Колумбия, Коста-Рика, Куба, Кувейт, Латвия Лесото, Либерия, Ливан, Лихтенштейн, Литва, Люксембург, Мавритания, Маврикий, Мадагаскар, Малайзия, Мали, Мальта, Марокко, Маршальские острова, Мексика, Мозамбик, Молдова, Монако, Монголия, Непал, Нигер, Нигерия, Никарагуа, Новая Зеландия, Норвегия, Оман, Острова Кука, Пакистан, Панама, Парагвай, Перу, Польша, Португалия, Республика Кореи, Российская Федерация, Руанда, Румыния, Сан Винсент и Гренадины, Сан Марин, Саудовская Аравия, Сенегал, Сербия, Сингапур, Сирийская Арабская Республика, Словакия, Словения, Соединенные Арабские Эмираты, Соединённая Республика Танзании, Соединенные Штаты Америки, Таиланд, Тринидад и Тобаго, Тунис, Турция, Уганда, Узбекистан, Украина, Уругвай, Филиппины, Финляндия, Франция, Хорватия, Центрально-Африканская Республика, Черногорье, Чешская Республика, Чили, Швейцария, Швеция, Шри Ланка, Эквадор, Эстония, Южная Африка, Ямайка, Япония. // http://www.arbitrazas.lt/?handler=ru.salys.
во-вторых, в случае рассмотрения спора в международном коммерческом арбитраже, находящегося в Узбекистане, будут сэкономлены значительные средства именно национального партнера (на сегодняшний день на практике это обстоятельство имеет существенное значение);