Вступительная лекция длилась более 10 часов. Черниловский увлеченно и свободно говорил о теории, праве, государстве, о войне и фронте, Руссо и Монтескье, Твардовском и Долматовском (читал на память многие их стихи), о грузинской царице Тамаре и Давиде Сасунском и о многом, многом другом. Слушая этого великолепного лектора, я тревожно думал: а смогу ли я овладеть всем тем, о чем он говорит, в тот ли институт я попал?
После семи или восьми лекций З.М. Черниловского сменил С.А. Розмарин, ставший впоследствии Президентом Польской Академии наук. Студенты говорили, что Стефан Адольфович только что освободился из заключения и, не имея своего жилья, ночевал в одной из аудиторий. Его лекции отличались от только что прослушанных нами: в них не было того размаха, лирики и романтизма, присущих З.М. Черниговскому, но они были глубокими по содержанию, методически стройными и выдержанными, их можно было записывать и изучать по ним учебный курс. Это для нас, первокурсников, было очень важно, поскольку учебников не было, и конспекты лекций являлись единственным источником подготовки к экзаменам.
__________________
1 Якушев B.C. Что было, то было. Воспоминания о прошлом и размышления о будущем. Екатеринбург: Изд-во «Уральский печатник», 2002. С. 126-127.
Прежде чем приступить к изучению римского частного права, мы должны были пройти занятия по латинскому языку, который в нашей группе вел замечательный педагог В.П. Игнатьев. Он обладал высокой культурой, был прост в обращении, и очень уважительно относился к студентам.
Лекции по римскому частному праву все в той же большой аудитории на 6-м этаже нам читал профессор Александр Маркович Винавер»1.
Действительно, какие имена: Зиновий Михайлович Черниловский, Александр Маркович Винавер, Стефан Адольфович Розмарин и др. Каждый из них - выдающаяся личность, достойная глубокого изучения и освещения.
Приходится лишь удивляться, откуда у бывшего офицера-защитника Отечества, такая тяга к знаниям. Уже будучи маститым ученым, Василий Степанович продолжал упорно заниматься юридическим ремеслом, совершенствуя его до высочайшего уровня. Его научные публикации отличает не только глубина исследования, но и филигранный стиль изложения материала.
Затем была учеба в очной аспирантуре и написание кандидатской диссертации под научным руководством профессора Карла Сергеевича Юдельсона. Ученый с мировым именем воспитал много учеников. В послевоенные годы он преподавал гражданское процессуальное право2. Мне также посчастливилось видеть моложавого и всегда элегантного профессора К.С. Юдельсона.
__________________
1 Якушев B.C. Что было, то было. Воспоминания о прошлом и размышления о будущем. С. 127-128.
2 Со слов бывшего декана факультета правовой службы в народном хозяйстве Института академика А.И. Татаркина, профессор К.С. Юдельсон был последовательным сторонником факультета и бессменно вел на факультете учебный курс «Арбитражный процесс» (см.: Татаркин А.И. Факультет правовой службы в народном хозяйстве: в начале славного пути. Воспоминания о прошлом и размышления о будущем. С. 13).
Интересный штрих: будучи очевидцем многих интересных событий в жизни Института, Василий Степанович вспоминает о публичных дискуссиях между профессором К.С. Юдельсоном и авторитетным преподавателем, крупным специалистом по уголовному процессу - Д.П. Прошляковым. Бывало, на глазах студентов-фронтовиков, они обсуждали те или иные спорные вопросы, приводя в неописуемый восторг не только студенческую аудиторию, но и самих себя.
В 1955 г. Василий Степанович успешно защитил кандидатскую диссертацию на тему: «Правовое регулирование комиссионной и рыночной торговли», выбор которой не был случайным. В то время, после смерти И.В. Сталина, намечались значительные изменения в советском обществе и государстве. Однако до известных экономических реформ в СССР оставалось еще несколько лет. В 1973 г. он защитил докторскую диссертацию на тему: «Юридическая личность государственного предприятия». Официальными оппонентами были известные ученые-цивилисты, профессора С.Н. Братусь, Ю.Х. Калмыков, С.М. Корнеев. Как видно, разрыв между кандидатской и докторской диссертациями составляет около 20 лет. По нынешним меркам это большой временной отрезок. В современной России доктора наук заметно помолодели; некоторые из них получили искомую ученую степень, даже не перешагнув 30-ти летний рубеж. Как говорится, «и жить торопится, и чувствовать спешит».
Много лет Василий Степанович преподавал на кафедре гражданского права, которую после отъезда профессора Б.Б. Черепахина в Ленинград (его пригласили заведовать кафедрой гражданского права Ленинградского государственного университета) возглавил профессор O.A. Красавчиков. Обучаясь в очной аспирантуре, Василий Степанович преподавал гражданское, земельное, колхозное и семейное право не только в Институте, но и в юридической школе Министерства Юстиции РСФСР (в ней готовили по ускоренной программе юридические кадры для прокуратуры, судов, органов следствия). Таким образом, им был освоен цивилистический курс в разных его проявлениях.
Однако, находясь в заграничной командировке в период с 1961 по 1962 гг. в Демократической республике Вьетнам и работая преподавателем в Высшей школе при Верховном народном суде ДРВ, B.C. Якушев читал для вьетнамских специалистов курс лекций по советскому гражданскому процессу.
С 1966 г. по 1969 г. Василий Степанович был проректором по учебной работе Института. Небольшая историческая справка: на эту должность он назначен приказом Министра высшего и среднего специального образования РСФСР от 10 августа 1966 г. № 437/к. До его назначения в Свердловском юридическом институте была одна (совмещенная) должность проректора по научной и учебной работе (в то время эта должность исполнялась профессором В.М. Семенов, известным ученым и организатором науки). Следовательно, можно утверждать, что Василий Степанович был первым из проректоров по учебной работе в истории Свердловского юридического института.
С 1969 г. по 1973 г. исполнял обязанности проректора по вечернему и заочному обучению Института. В настоящее время произошло объединение этих форм обучения посредством создания специализированного института.
Но звездный час профессора B.C. Якушева наступил после образования кафедры хозяйственного права 2 апреля 1973 г. (приказ № 98-а), которая была создана с целью обеспечить необходимые условия для формирования и развития хозяйственно-правовой специализации в Свердловском юридическом институте. Понятно, что для кого-то это звездный час, а для кого-то - кошмар!
Итак, 1973 г. богат на юридические факты: защита докторской диссертации, образование кафедры хозяйственного права, уход с проректорской должности. Кстати, в 1973 г. я поступил в Свердловский юридический институт.
Вместе с доцентами Кофманом Владимиром Иосифовичем и Хохловым Станиславом Антоновичем, Малокотиным Львом Сергеевичем Василий Степанович - основоположник образования не только кафедры хозяйственного права, но и факультета правовой службы в народном хозяйстве (в настоящее время - Институт права и предпринимательства). Под его руководством кафедра подготовила проект индивидуального учебного плана, были составлены учебные программы новых курсов, и обеспечено их преподавание на высоком уровне.
Профессор B.C. Якушев свыше 20 лет возглавлял кафедру хозяйственного права. Это была действительно новаторская и плодотворная работа. Возвращаясь к прошлому, Якушев пишет: «Наиболее важной и первой по значимости задачей вновь созданной кафедры были подготовка индивидуального учебного плана хозяйственно-правовой специализации и разработка учебных программ курсов специализации. Однако прежде надо было определить перечень учебных дисциплин специализации, объем часов по ним и формы их изучения (лекции, семинарские и практические занятия, виды письменных работ, содержание практики студентов и т.д.). Все это надо было сделать в сжатые сроки. Наконец, индивидуальный факультетский учебный план был составлен, и утвержден Советом Института. Разработаны и утверждены были на кафедре и учебные программы вновь вводимых курсов...»1. Проделана большая работа.
Надо отметить, что проект индивидуального учебного плана и учебные программы получили одобрения ряда учебных заведений, в том числе Института государства и права АН СССР. Мы были первыми в бывшем СССР, и по настоящее время продолжаем лидировать в современной России на рынке образовательных услуг.
Образование кафедры хозяйственного права и факультета правовой службы в народном хозяйстве - весьма ответственный шаг. На этом пути основатели кафедры и факультета встретили много препятствий и подводных течений. Существовавшие в те годы теоретические разногласия (и не только) между представителями гражданского и хозяйственного права мешали нормальной работе, отвлекали от продуктивной деятельности. Причем противники образования кафедры хозяйственного права были и в самом Институте.
__________________
1 Якушев B.C. Кафедра хозяйственного права (краткий исторический очерк). Воспоминания о прошлом и размышления о будущем. 2002. С. 39.
В настоящее время отголоски этих разногласий дают о себе знать, проявляясь в той или иной форме. Некоторые ученые предлагают упразднить не только науку хозяйственного права (читай: предпринимательского права), но и преподавание самой дисциплины. По их мнению, следует также упразднить и кафедры хозяйственного (предпринимательского) права, созданные в юридических институтах и на юридических факультетах университетов. Таким образом, предлагается в духе 37 годов «радикально» решить давний научный спор, и покончить с хозяйственным правом во всех его проявлениях.
Одно из замечательных свойств профессора B.C. Якушева - это научная терпимость и уважительное отношение к теоретическим оппонентам, благодаря чему кафедре удалось сохранить ровные отношения с представителями различных научных направлений, школ и взглядов. В научной деятельности, как в политике, не обойтись без компромиссов. Здесь нет классовых врагов и непримиримой оппозиции. Ортодоксы опасны не только в религии, но и в праве. Однако в настоящее время их можно обнаружить и среди представителей науки гражданского права, и среди сторонников хозяйственного и предпринимательского права. Нельзя делить ученых на своих и чужих.
Академик Ю.К. Толстой в своем письме, вспоминая о Василии Степановиче, отмечает, что он обладал одним замечательным качеством - скромностью, хотя ничуть не уступал другим видным ученым талантом от Бога.
Василий Степанович - автор свыше 180 наименований научной, учебной и учебно-методической литературы. Среди них - соавторство в учебниках по советскому гражданскому праву в двух томах (отв. ред. проф. O.A. Красавчиков), хозяйственному праву (отв. ред. проф. O.A. Красавчиков и проф. В.П. Грибанов), в Настольной книге хозяйственному руководителю по законодательству (отв. ред. Б.И. Пугинский). Сфера его основных научных интересов - правовой статус предприятий и организаций. И не только. По многим проблемам гражданского и хозяйственного законодательства профессором B.C. Якушевым подготовлены глубокие по содержанию научные статьи, опубликованные в таких журналах, как «Государство и право», «Правоведение», «Российский юридический журнал». B.C. Якушев принимал активное участие в научно-практических конференциях и симпозиумах различного уровня.
Профессор B.C. Якушев был Учителем с большой буквы этого слова. Свыше 30 его учеников защитили кандидатские и докторские диссертации. Среди первых из них - Динус Нуриманович Сафиуллин, Надежда Александровна Федорова, Владимир Сергеевич Белых, Александр Витальевич Казаков, Георгий Геннадьевич Пиликин. Практически невозможно определить, сколько выпускников Свердловского юридического института - Уральской государственной юридической академии имели счастье послушать его лекции по гражданскому праву. В своих воспоминаниях выпускники «aima mater» отмечают его доброжелательность, интеллигентность и, конечно, высокий профессионализм.
Более 15 лет Василий Степанович преподал в Российской школе частного права при Президенте Российской Федерации (Уральское отделение).
За доблесть и мужество, проявленные в годы Великой Отечественной войны, B.C. Якушев награжден орденом Отечественной войны 2 степени и боевыми медалями. В 1985 г., в ознаменование 40-летия победы советского народа в Великой Отечественной войне, награжден орденом Отечественной войны 1 степени. За заслуги в научной и педагогической деятельности и подготовку высококвалифицированных кадров награжден медалью «За трудовое отличие», а в 2001 г. - орденом Дружбы и Почетной грамотой Высшего Арбитражного Суда РФ. Присвоено почетное звание «Заслуженный юрист РСФСР».
За успешную и добросовестную научно-педагогическую деятельность он неоднократно поощрялся руководством Университета и Министерством образования РФ.
Василий Степанович Якушев, которому 23 июля 2018 г. исполнилось бы девяносто шесть лет, несомненно, вошел в историю России как один из выдающихся ученых, талантливый педагог и организатор науки. У него, как и у многих людей довоенного времени, трудная, но насыщенная событиями и в целом счастливая судьба. Поэтому мы, его многочисленные ученики, выражаем своему Учителю чувства любви и благодарности за все! Мы помним и любим!
О НАУЧНОМ НАСЛЕДИИ ПРОФЕССОРА
ВИКТОРА АРКАДЬЕВИЧА ОЙГЕНЗИХТА
Национальная цивилистическая наука, осуществляющая всестороннее изучение формируемых в Таджикистане правовых отношений, могла бы воспользоваться всеми достижениями теории и практики отечественного и международного права, в первую очередь, гражданского права, в том числе, научными идеями и разработками выдающегося представителя отечественной правовой науки профессора Виктора Аркадьевича Ойгензихта.
Профессор В.А. Ойгензихт относится к числу крупных ученых-цивилистов, которые в своих исследованиях вознеслись до соответствующих обобщений в категориальном и понятийном аппаратах общей части гражданского права и многомерных общеправовых, философских и психологических обобщений человеческого поведения1.
Научное наследие выдающегося ученого возникло на основе глубоких теоретических знаний, широкой практической деятельности, комплексного анализа и всестороннего изучения научных теорий и положений теории права.
В.А. Ойгензихт родился в 1924 г. в Харькове. После окончания Всесоюзного заочного юридического института он долгие годы работал начальником юридического отдела Таджикпотребсоюза, и снискал большое уважение коллег как хороший и грамотный юрист-хозяйственник. Следует отметить, что тогда Таджикпотребсоюз охватывал более сотни организаций, занимающихся торговой, транспортной, строительной и иной деятельностью, для решения спорных вопросов которого был создан ведомственный арбитраж, фактически руководимый В.А. Ойгензихтом.
__________________
1 Клеандров М.И., Исмаилов Ш.М. А.А. Ойгензихт: воля и волеизъявление... //Материалы международной научно-теоретической конференции, посвященной памяти В.А. Ойгензихта «Коммерческое законодательство Республики Таджикистан: становление и развитие». Душанбе. 2004. сс. 4-30.
Одновременно несколько лет он вел правовую программу «Поправьте фокус» на таджикском телевидении, где критически освещались хозяйственные правонарушения должностных лиц хозяйственных субъектов (подобно центральной телевизионной передаче «Фитиль»).
Впоследствии после защиты кандидатской диссертации в 1967 г. В.А. Ойгензихт перешел на штатную работу на кафедре гражданского права и процесса юридического факультета Таджикского государственного университета (ТГУ). В 1982 г. на факультете была образована кафедра хозяйственного законодательства и трудового права, где В.А. Ойгензихт проработал качестве руководителя до переезда на историческую родину в 1992 году. Умер ученый в 2002 году в городе Беэр-Шева (Израиль)1.
Основной тематикой его научно-педагогической деятельности являлось гражданское право, точнее, теоретические вопросы цивилистики как база для разработки законодательных норм и практических правовых концепций. По этой тематике им было опубликовано более 250 научных публикаций и монографий, которые были изданы в республиканских и союзных научно-правовых изданиях, докладывались на научных конференциях. Не пропуская возможности для общения со своими коллегами из других республик бывшего СССР, В.А. Ойгензихт старался участвовать во всех значимых цивилистических конференциях и семинарах. Одновременно с этим он совмещал работу редактора издаваемых в то время научных работ своей кафедры, а впоследствии - редактора научных трудов всего юридического факультета.
Большинство современных ведущих правоведов Таджикистана, осуществляющие свою деятельность как в научно-педагогических учреждениях, так и в судебных и иных государственных органах, считают себя учениками и последователями В.А. Ойгензихта. Среди них профессоры Менглиев Ш.М., Рахимов М.З., Гаюров Ш., Насыров X., доценты Шонасурдинов Н., Азизкулова Г.С., Нодиров Ф., член-кор РАН РФ Клеандров М.И. и другие.
__________________
1 Прим. ред. Уже проживая в Израиле, В.А. Ойгензихт очень тосковал по творческой работе, и с большим удовольствием отозвался на просьбу своего друга проф. Ю.Г. Басина написать статью в казахстанский сборник. Это была его последняя научная статья. См.: В.А. Ойгензихт. Правовое регулирование отношений жилищного найма в Израиле. В сб: «Гражданский кодекс Республики Казахстан - толкование и комментирование». Вып. 4. Алматы. 1997. С. 85-97.
Лично я также считаю себя его учеником, поскольку в моей научной и повседневной деятельности в ТГУ я пользовался советами и рекомендациями В.А. Ойгензихта. В автографе к одной из своих первых монографий «Презумпция в советском гражданском праве» (1976), подаренных мне, тогда еще молодому доценту той же кафедры, профессор В.А. Ойгензихт написал: «Дорогому другу, ученику, коллеге».
В 1991 году, когда В.А. Ойгензихт готовился к отъезду, он категорически настаивал, чтобы я стал руководителем нашей кафедры, которую мы совместно, после долгих обсуждений, с учетом сложившихся реалий, переименовали в кафедру предпринимательского и коммерческого права. Также совместно с ним было разработано одно из первых учебных пособий для студентов по вопросам предпринимательства - «Очерк-комментарий по предпринимательскому праву» (1992).
Исходя из научного наследия В.А. Ойгензихта, до сих пор востребованного исследователями гражданского права, он по праву может быть отнесен к классикам цивилистической науки.
Однако говорить о научном наследии профессора В.А. Ойгензихта без ссылок на его важнейшие работы и указаний на его мысли и выводы невозможно.
О некоторых положениях главных монографий профессора В.А. Ойгензихта
Общепризнано, что вершиной научной деятельности профессора В.А. Ойгензихта является комплексное исследование «Воля и волеизъявление (Очерки теории, философии и психологии права)»1, в котором рассматриваются вопросы воли в юридико-философско-психологическом плане на стыке нескольких отраслей наук.
__________________
1 Ойгензихт В.А. Воля и волеизъявление (Вопросы теории, философии и психологии права). Душанбе. Дониш. 1983. 256 с.
Обосновывая необходимость изучения категории воли, В.А. Ойгензихт отмечает следующее: «Многие правовые понятия и категории непосредственно определяются соответствующими философскими понятиями и категориями. К ним относится и такая сложная, многогранная категория, как воля. Не только философия непосредственно влияет на раскрытие сути многих правовых положений, но и другие отрасли науки, например, психология. Однако на эту сторону психологии до сих пор обращалось мало внимания юристами... Между философией и правом существует органическая связь, и от этого сотрудничества выигрывают обе науки. То же самое можно сказать в отношении психологии и права, сотрудничества всех наук»1.
Анализируя психологическую трактовку категории воли, соотношение воли с сознанием и мышлением, ученый приходит к выводу о многоаспектности и многообразии определений данной категории. Разные смыслы воли укоренились как специфические понятия, и их следует сохранить. Но одним из ведущих, по мнению автора, должно быть психологическое понимание воли в качестве элемента психики, ее функции. Оно должно быть единым и правильным. В таком плане должна рассматриваться воля и в праве. Волевой процесс начинается не на пустом месте, он детерминирован, связан с разными сферами психической деятельности2.
Воля определяется как неразрывный психический процесс, в котором различаются неразделимые внешний и внутренний волевые акты, при этом первый ограничивается собственным психическим миром. Волевой процесс происходит не изолированно, а в контакте и даже в определенной интеграции с другими психическими процессами, при этом решение - есть стадия волевого процесса, один из элементов воли. Применительно к праву, воля - это сознательно направленная активность личности, важнейшим признаком которой является сознательное регулирование, а характерным для нее - усилие, борьба с препятствиями (хотя наличие конфликтной ситуации не является обязательным условием).
__________________
1 Там же, с. 5.
2 Там же, с. 14-15.
Особо подчеркивается В.А. Ойгензихтом неразделимое сочетание воли и сознания1. Их интеграция настолько велика, что признаком воли действительно является сознание, а воля является признаком сознания. Воля обеспечивает практическое действие, а сознание немыслимо без практической деятельности, в ней оно находит смысл, и через нее оно только возможно. Сознание и воля являются самостоятельными, хотя и сочетающимися, и пересекающимися сторонами психического. Выполняя свою роль в психическом процессе, сознание не становится волей, хотя и характеризует ее в качестве важнейшего признака. Сознание - это свойство воли, без которого она не может существовать.
«Таким образом, - заключает В.А. Ойгензихт2, - психологическая наука в основном рассматривает волю как психический процесс, как категорию, имеющую регулятивную природу, сознательно регулятивную. Это очень важно для понимания воли в праве».
Исходя из этого, волю можно определить как психическое регулирование поведения, заключающееся в детерминированном и мотивированном желании достижения поставленной цели, в выборе решения, разработке путей, средств и применении усилий для их осуществления. Иными словами, воля - это единый, комплексный процесс психического регулирования поведения (действий, поступков) субъекта.
Исследуя содержание, элементы и фазы волевого процесса, В.А. Ойгензихт отмечает необходимость разграничения волевого процесса и детерминирующих его стадий. Этот процесс начинается непосредственно тогда, когда потребности и влечения осознаются, оцениваются человеком, когда возможен выбор. Но этот процесс опосредован, детерминирован, и в этом смысле начинается раньше.
Анализ начинается с определения высокой роли потребностей как фактора, детерминирующего поведение. Если потребностью можно объяснить активность, то ею все же нельзя объяснить поступок, поскольку потребность представляет собой лишь двигатель, источник. В потребности заложены только зачатки воли, детерминирующим фактором они, в конце концов, становятся, когда трансформируются в мотив и цель. Потребность, в свою очередь, есть источник человеческого поведения, выполняющий побудительную роль.
__________________
1 Там же, с. 20.
2 Там же, с. 24.
В качестве детерминанта волевого процесса выступают не только потребности, но и интересы. Основой интересов, несомненно, являются потребности, в этом смысле интересы объективны. В то же время, интересы не просто потребности, а их дальнейшее развитие. Потребности удовлетворяются, удовлетворение интересов представляет собой обычно сложный и длительный процесс.
Интересы не могут быть не связанными с желанием, стремлением их осуществления. Но эти субъективные моменты выступают в качестве элементов волевого процесса, регулирующего осуществление конкретного действия, направленного на удовлетворение интереса. В этом случае речь идет не вообще о желаемом интересе, а о желании его удовлетворения в результате данного поступка, что ведет к появлению регуляционного комплекса - мотивации, целеполагания, принятия решения и т.п.
В связи с этим, потребности и интересы детерминируют волевой процесс, при этом если потребности являются предпосылкой интересов, то интересы уже - предпосылкой деятельности, для которой, в свою очередь, необходима побуждающая сила, источник движения, его регуляция.
В.А. Ойгензихт указывает, что о фазах, о последовательности элементов волевого процесса можно говорить весьма условно. Самостоятельную фазу волевого процесса составляет влечение, желание, хотение - это стремление, внутреннее состояние нужды - напряжение, которое также образует побуждение к действию. В самостоятельной фазе формируется целенаправленность, иногда проявляются конкурирующие цели, сомнения, опасности нежелательных последствий, возникает борьба мотивов, выбор и его результат - решение. Осознание цели и ее выбор представляют собой различные звенья в волевом процессе. Принятие решения есть выбор цели, побуждаемый мотивом. В ходе реализации цели, удовлетворения потребностей и интересов, в объективном волевом действии продолжается психическое регулирование - новые стадии борьбы мотивов, выбора, принятия решения, применения усилий. Поведение человека - неразрывная цепь взаимосвязанных процессов, в которых формируются цели, происходит выбор между ними1.
«Не одним поколением философов предпринималась попытка раскрыть проблему воли, свободы, свободы воли - центрального пункта философского учения о человеческой жизни, тесно связанного с правом», - отмечает В.А. Ойгензихт. Свобода воли означает возможность при принятии решения правильно оценивать ход объективного развития, а поэтому принимать правильное решение, соответствующее достижению положительного результата или препятствующее наступлению отрицательного результата. Суть вопроса о свободе воли заключается в отношении между необходимостью и свободой, в признании допустимости «разумного действования» человека. Необходимое развитие объективного процесса никоим образом не парализует человеческую свободу, а наоборот, позволяет, при познании этой необходимости, свободно действовать, быть активным, избирать правильное, нужное, наиболее оптимальное поведение. Чем больше знает человек, тем глубже его познания, тем более он свободен2.
«Важнейшим вопросом применения философского понятия «свободы воли» в праве является вопрос о возможности признания свободной воли у правонарушителя», - считает В.А. Ойгензихт. Эта одна из важнейших и дискуссионных теоретических проблем, прежде всего, связана с соотношением «свободы воли» и «свободы выбора». Не одна необходимость, определенная в сознании и субъективном суждении, должна обуславливать свободный выбор поведения. Можно говорить о свободе выбора, но и о свободе хотения, о свободе действия. О свободе действия можно утверждать, когда отсутствуют препятствия, принуждение для осуществления решения. Свобода выбора сталкивается с разнообразием хотений в действии, т.е. противоречивыми могут быть не желания, а действия, не все из которых могут быть выполнимы.
__________________
1 Там же, с. 42-43, 47.
2 Там же, с. 59-60.
Свобода воли предопределяет свободу регулирования поведения тем, что позволяет подчинить свои интересы необходимости, осуществить господство над собой, наметить цель, выбрать вариант поведения со знанием дела, с осознанием необходимости, познанием ее. «Значит, - делает вывод В.А. Ойгензихт, - свобода воли, с одной стороны, предопределяет свободу волевого процесса, а с другой - реализуется через волевой процесс»1. Поддерживая мнение других правоведов по поводу того, что при правонарушении нельзя отрицать свободный выбор со стороны нарушителя, автор не соглашается с тем, что у нарушителя в наличии имеется свобода воли, которая и является предпосылкой ответственности. Для применения ответственности необходимы учет и компетентность субъекта, знания им реальных возможностей.
Исходя из этого, можно прийти к выводу, что в принятии решения свободны как честные граждане, так и преступники, и преступник может многое знать, понимать к чему приведет поступок, но поступать так, как ему нужно, как удобно, что лучшим образом удовлетворяет его потребности (точнее - «лжепотребности»). Но он может и отказаться от такого шага, может обуздать свои жизненные инстинкты. Отвечает он как за то, что не сделал этого, так и, прежде всего, за то, что свободно (в смысле психического регулирования) совершил противоправный поступок. Нельзя исключить того, что субъект ответственен и за культивирование своих порочных потребностей.
Интересны рассуждения В.А. Ойгензихта относительно соотношения воли, волеспособности с дееспособностью и правоспособностью субъекта2. В основе дееспособности лежит обладание как сознанием, так и волей. Интеллектуальный момент дееспособности заключается в возможности осознать свои поступки и их результаты, в то время как волевой момент - в возможности руководить своими поступками. Оба момента дееспособности взаимосвязаны. Но хотя о дееспособности в большинстве случаев нельзя говорить без волеспособности, волеспособность выходит за рамки дееспособности, а дееспособное лицо может оказаться неволеспособным. Кроме того, вопрос о волеспособности возникает и в случае уголовно-наказуемого деяния, т.е. в связи с категорией вменяемости.
__________________
1 Там же, с. 73.
2 Там же, с. 97.
Гражданское право несколько иначе подходит к ситуациям, когда лицо не могло понимать значение своих действий или руководить ими, оно не исключает в отдельных случаях ответственности при доведении субъектом себя до такого состояния, даже по неосторожности. По мнению автора, некоторая ограниченность волеспособности (например, в состоянии аффекта) дает лишь право уменьшить ответственность, но только в качестве ответа на поведение потерпевшего, поскольку нельзя поощрять «неумение властвовать над собой», неумение психически регулировать свое поведение в нужном направлении, даже в сложных и острых ситуациях. Для решения вопроса о волеспособности несовершеннолетних, зрелости их воли, независимо от установленного законом возраста, предлагается предоставить такое право суду.
Как отмечает В.А. Ойгензихт, предметом ряда отраслей права, главным образом гражданского, являются имущественные отношения1.
Имущественные отношения предполагают не просто наличие волевых отношений, не просто регуляцию поступка, но в принципе согласованность воли участников этих отношений, причем, говоря о согласованной воле, имеется в виду весь регулятивный процесс. То есть само по себе желание (воля) не определяет ее согласованности, необходимо принять решение, выразить его вовне, направить действия субъекта на закрепление этого выражения в соответствующей форме. Воля, направленная на заключение договора, представляет собой волеизъявление к достижению определенных правовых последствий. Недостаточно лишь выражения своей воли, должно быть еще «доведение» ее до сведения другой стороны, восприятие «встречной» воли. Коль скоро контрагенты согласились заключить договор, следует признать, что они выразили согласие подчиниться условиям, которые в силу закона распространяются на соответствующие договорные отношения. Это подразумевает возникновение презумпции согласованности воль, предполагающей знание норм, условий, которые и признаются согласованными.
__________________
1 Там же, с. 110.
«Психологический подход к принятию решений связан с исследованием произвольных действий и волевых актов», - утверждает В.А. Ойгензихт1. Во многих ситуациях выбора человек сталкивается с риском, который является чертой активности человека, в первую очередь, при решении сложных задач в условиях неопределенности. Чем больше неопределенность, тем больше риск. При этом выбор определяется не только мотивациями и потребностями, но и возможностями. Процесс принятия решений включает ряд важнейших понятий: цель (задача), неоднозначность результатов, неоднозначность способов достижения цели. В процесс выбора вводятся риск, конфликт и неопределенность. «Риск как категория субъективная, - определяет В.А. Ойгензихт, - означает детерминированный выбор в ситуации, не исключающей достижения нежелаемого результата, регулирование поведения в необходимом направлении, сознательное допущение этого преимущественно случайного результата, и возложения связанных с ним отрицательных последствий»2. Таким образом, при риске (за исключением особого - виновного риска) избирается правомерное поведение в ситуации неопределенности или относительное неопределенности, не исключающей (учитывая характер деятельности и специфику действия) случайности результата. Более того, сам выбор решения и дальнейший регуляционный процесс направлены на то, чтобы такого рода результат не наступил.
Отдельное внимание уделено В.А. Ойгензихтом рассмотрению воли как элемента вины3. Вина включает отношение к противоправному поведению, которое осуждается как законом, так и обществом. Вина не только психологическое, но и социально-психологическое понятие. Анализируя содержание и элементы вины, ученый определяет категорию «вины» как психологическое регулирование поведения, результатом которого является совершение противоправного (общественно опасного) поступка возникновение связанных с ним вредных последствий; психическое отношение к этому поступку, выражающееся в оценке поведения, предвидении или в возможности предвидения его противоправности, наступления и характера указанных последствий.
__________________
1 Там же, с. 133.
2 Там же, с. 143.
3 Там же, с. 171.
Отмечается, что в гражданском законодательстве нет определения вины, кроме ссылки на умысел и неосторожность. Что касается уголовного права, то правильное теоретическое понимание этой категории будет способствовать совершенствованию законодательных норм и легального ее определения. По мнению ученого, воля является элементом любой формы и любой степени вины, при этом виновное поведение совершается не автоматически, человек проявляет свою волю, регулирует свое поведение. Виновное поведение совершается не автоматически, человек проявляет свою волю, регулирует свое поведение. Объективный поступок, само поведение, с точки зрения психики, регулируется психическим процессом, который и является собственно волей. Указанный процесс реализуется в объективном поведении и только в случае такой реализации можно говорить о преступлении и ответственности.
Волевой элемент в наибольшей степени проявляется в умышленной вине, и особенно при прямом умысле. Волевой характер умысла выражается в действиях, совершаемых намеренно, целенаправленно, детерминированных потребностями, желаниями в их наиболее яркой форме. Исходя из единства воли и сознания, В.А. Ойгензихтом указывается, что прямой умысел характеризует осознание противоправности (общественной опасности) поведения и его последствий, регулирование поведения на совершение действий, направленных к достижению последствий, соответствующих поставленной цели1. Здесь желание включено в правовую норму, и нужно понимать поставленную цель как цель «желанную», каковой она и является в большинстве случаев.
__________________
1 Там же, с. 186.
Кроме того, воля позволяет провести дифференциацию умысла, разграничить прямой умысел от косвенного (эвентуального) умысла. Обычно косвенный умысел определяется как предвидение субъектом возможности причинения его действиями вредных преступных последствий при отсутствии желания наступления их и в расчете на какое-либо конкретное обстоятельство, достаточное, по мнению субъекта, для предотвращения этих последствий. В.А. Ойгензихт в качестве определения полагает, что косвенный умысел характеризует осознание противоправности (общественной опасности) поведения, предвидение или возможность предвидения неизбежности вредных побочных последствий этого поведения и его регулирование в направлении правонарушения, включающего указанные последствия при безразличии к ним1. Конечно, осознание неизбежности характерно, прежде всего, для прямого умысла. При косвенном умысле может быть и пассивное нежелание (надежда на какой-либо случай), что по существу означает тоже безразличие, которое, в свою очередь, не исключает регулирования поведения в определенном направлении.