Истец: ТОО «ТС Л».
Ответчик: НАО «Фонд социального медицинского страхования».
Предмет спора: о признании незаконными действий и заключений ответчика, а также возложении на него обязанности составить протокол исполнения договора закупа услуг и актов оказанных услуг за ноябрь и декабрь 2020 года.
Пересмотр по кассационным жалобам истца и ответчика.
Фабула: Фонд по договору с истцом от 31 декабря 2019 года (договор) не производит оплату предоставленных им услуг в рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи.
Истец в требованиях просил:
1) обязать Фонд составить и подписать протоколы исполнения договора закупа услуг и акты оказанных услуг за ноябрь, декабрь месяцев 2020 года;
2) признать незаконными действия Фонда по проведению мониторинга (проверки) с посещением субъекта (объекта) контроля;
3) признать незаконным и отменить заключение Фонда по мониторингу качества и объема медицинских услуг от 3 ноября 2020 года - определением СМАС данное требование возвращено по подпункту 12) части 2 статьи 138 АППК;
4) признать незаконным и отменить заключение Фонда по внеплановому мониторингу качества и объема медицинских услуг № без даты;
5) признать незаконными и отменить действия и заключение Фонда по внеплановому мониторингу качества и объема медицинских услуг от 6 мая 2021 года;
6) признать незаконным и отменить заключение Фонда по мониторингу качества и объема медицинских услуг от 30 июня 2021 года;
7) признать незаконным и отменить заключение Фонда по исполнению договорных обязательств от 30 июня 2021 года.
Судебные акты:
1-я инстанция: иск удовлетворен частично.
Решено по существу: обязать Фонд составить и подписать протоколы исполнения договора закупа услуг и акты оказанных услуг за ноябрь, декабрь месяцы 2020 года в отношении ТОО «ТС Л» (требование 1);
в удовлетворении остальной части иска отказано (требования 2), 4), 5), 6), 7).
Апелляция: решение суда изменено. Постановлено: в удовлетворенной части решение суда отменить и вынести новое решение об отказе в удовлетворении иска в этой части. В остальной части решение суда оставлено без изменения.
Кассация: судебные акты отменены, административный иск возвращен.
Выводы: Изначально определением СМАС иск ТОО к Фонду о признании незаконными действий по отказу в выплате причитающихся истцу сумм по договору, а также заключений по результатам мониторинга был возвращен как не подлежащий рассмотрению в порядке административного судопроизводства.
Апелляционная инстанция отменила вышеназванное определение СМАС и направила дело на новое рассмотрение по существу.
Суды первой и апелляционной инстанций, разрешая дело по существу, в обоснование своих выводов вложили правовую оценку: действиям Фонда по мониторингу качества и объема услуг по договору; заключениям Фонда, вынесенным по итогам мониторингов; заключению Фонда по исполнению договорных обязательств истца; действиям сторон по подписанию протокола исполнения договора.
По сути, вышеназванные суды признали иск подлежащим рассмотрению в порядке административного судопроизводства.
Однако кассационная инстанция посчитала, что правовая природа оспариваемых истцом действий и заключений Фонда не соотносится с критериями, предъявляемыми к административным актам, действиям (бездействию).
Так, Фонд - это некоммерческая организация, производящая аккумулирование отчислений и взносов, а также осуществляющая закуп и оплату услуг субъектов здравоохранения, оказывающих медицинскую помощь в объемах и на условиях, которые предусмотрены договором закупа медицинских услуг, и иные функции, определенные законами (подпункт 6) пункта 1 статьи 1 Кодекса Республики Казахстан «О здоровье народа и системе здравоохранения» (Кодекс о здоровье).
Согласно статье 35 Закона Республики Казахстан «Об обязательном социальном медицинском страховании» (Закон об ОСМС) медицинская помощь в системе обязательного социального медицинского страхования (система ОСМС) предоставляется потребителям медицинских услуг на условиях договора закупа услуг, заключенного (дата) между субъектом здравоохранения и Фондом в соответствии с настоящим Законом.
Закуп у субъектов здравоохранения услуг по оказанию медицинской помощи в системе ОСМС осуществляется Фондом на основании ряда принципов, в том числе качества и эффективности оказания медицинских услуг субъектами здравоохранения, к числу которых относится истец (подпункт 5) пункта 1 статьи 34 Закона об ОСМС).
Оплата услуг субъектов здравоохранения по оказанию медицинской помощи в системе ОСМС осуществляется с учетом результатов мониторинга договорных обязательств по качеству и объему медицинских услуг (подпункт 1) пункта 1 статьи 36 Закона об ОСМС).
Оплата услуг субъектов здравоохранения в рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи и (или) в системе ОСМС производится с учетом результатов мониторинга договорных обязательств по качеству и объему медицинских услуг в порядке, определяемом уполномоченным органом (пункт 2 статьи 69 Кодекса о здоровье).
Фонд вправе запрашивать и получать информацию и документацию от участников системы ОСМС, необходимые для осуществления мониторинга исполнения условий договора закупа услуг, а также осуществлять мониторинг исполнения условий договора закупа услуг путем посещения субъекта здравоохранения, осуществляющего оказание медицинской помощи (подпункты 2) и 3) пункта 1 статьи 20 Закона об ОСМС).
Фонд обязан проводить мониторинг исполнения субъектами здравоохранения договорных обязательств по качеству и объему медицинской помощи, оказанной потребителям медицинских услуг (подпункт 8) пункта 2 статьи 20 Закона об ОСМС).
Субъекты здравоохранения при оказании медицинской помощи в системе ОСМС обязаны обеспечивать:
предоставление по запросу Фонда информации и документации для осуществления мониторинга исполнения условий договора закупа услуг;
по требованию Фонда доступ в медицинскую организацию, осуществляющую оказание медицинской помощи, для мониторинга исполнения условий договора закупа услуг (подпункты 3) и 4) пункта 2 статьи 16 Закона об ОСМС).
При этом законодательство не предусматривает какие-либо права и обязанности Фонда проводить мониторинги и выносить заключения по их результатам в отношении субъектов здравоохранения, с которыми Фонд не заключал соответствующие договоры закупа услуг.
Таким образом, вышеприведенные правовые нормы законодательства в сфере ОСМС свидетельствуют о том, что действия Фонда по проведению мониторингов, его заключения по их итогам, а также оформление и подписание протокола исполнения договора имеют непосредственное предназначение - исполнение договора Фондом и истцом, заключенного между ними, и неразрывно связаны с этим договором. Без существования такого договора осуществление оспариваемых истцом действий и вынесение соответствующих заключений ФСМС законодательством не предполагается.
Судебная коллегия пришла к выводу, что спорные взаимоотношения истца и ответчика не основаны на публично-правовом взаимодействии, а сопряжены с реализацией и исполнением конкретного гражданско-правового договора. Это исключает наличие какого-либо административного воздействия ответчика на истца путем вынесения административного акта, совершения административного действия (бездействия) в рамках договорных отношений.
Следует отметить, административным актом признается решение, принимаемое административным органом, должностным лицом в публично-правовых отношениях, реализующее установленные законами права и обязанности определенного лица или индивидуально определенного круга лиц (подпункт 4) части первой статьи 4 АППК).
В свою очередь административным действием (бездействием) является действие (бездействие) административного органа, должностного лица в публично-правовых отношениях, не являющееся административным актом (подпункт 5) части первой статьи 4 АППК).
Для отнесения оспариваемых истцом действий и заключений ФСМС к категории административных актов, действий (бездействия) последние должны носить властное, односторонне регулирующее воздействие на истца, быть обязательными к исполнению им под угрозой наступления публично-правовой (не договорной) ответственности за их неисполнение.
Между тем, оспариваемые истцом действия и заключения ФСМС не носят властный характер, не представляют собой одностороннее решение ответчика, не наделенного властными полномочиями в отношении истца, не обязательны для последнего, не обеспечены государственным принуждением и не реализуют публичные права и обязанности истца.
Действия и заключения ФСМС не отказывают в реализации, не ограничивают, не прекращают права истца, не возлагают на него обязанности, а также иным образом не ухудшают его положение в публично-правовой сфере. Отсюда следует, что они (действия и заключения ФСМС) не соответствуют вышеуказанным критериям административного акта, действия (бездействия).
Предмет иска, его основание, как и сам спор основаны на несогласии истца с отказом ФСМС производить оплату по договору о закупе услуг в рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи.
В этой связи суды предыдущих инстанций в порядке административного судопроизводства неправомерно разрешили дело по иску, не содержащему признаки публично-правового спора, что является нарушением части седьмой статьи 3 АППК, согласно которой не подлежат рассмотрению в порядке административного судопроизводства дела, порядок производства которых предусмотрен в том числе гражданским процессуальным законодательством.
10.2. Судебные акты оставлены в силе, но установлены грубые факты нарушения Агентством требований законодательства.
№ 6001-21-00-6ап/98
Истец: ГУ «Министерство здравоохранения Республики Казахстан» (далее - Министерство).
Ответчик: ГУ «Агентство по защите и развитию конкуренции Республики Казахстан» (далее - Агентство).
Заинтересованное лицо: Объединение юридических лиц «Казахстанская Ассоциация Медицинских Лабораторий».
Предмет спора: о признании предписания незаконным.
Пересмотр по кассационной жалобе заинтересованного лица.
Фабула: Правилами добровольного анонимного и (или) конфиденциального медицинского обследования и консультирования по вопросам ВИЧ-инфекции в рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи в государственных организациях здравоохранения, осуществляющих деятельность в сфере профилактики ВИЧ-инфекции, утвержденными приказом Министра здравоохранения Республики Казахстан от 25 ноября 2020 года, определено, что медицинское обследование и консультирование по вопросам ВИЧ-инфекции в рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи проводится лишь государственными организациями здравоохранения, осуществляющими деятельность в сфере профилактики ВИЧ-инфекции.
Уполномоченным органом в адрес Министерства вынесено предписание от 15 июня 2021 года, где указано: в срок до 15 сентября 2021 года принять меры, направленные на обеспечение конкуренции на рынке лабораторных услуг по проведению диагностики ВИЧ-инфекции путем: 1) инициирования изменений в Приказ-204/2020 в части устранения ограничений для частных лабораторий проводить диагностику при добровольном медицинском обследовании по вопросам ВИЧ-инфекции; 2) или принятия приказа, предусматривающего допуск для частных лабораторий проводить диагностику при добровольном медицинском обследований по вопросам ВИЧ-инфекции.
Не согласившись с данным актом, истец обратился с жалобой, сославшись, что предписание не соответствует законодательству, так как обязательное конфиденциальное медицинское обследование на наличие ВИЧ-инфекции осуществляется в государственных организациях здравоохранения.
Судебные акты:
1-я инстанция: в удовлетворении иска отказано.
Апелляция: решение оставлено без изменения.
Кассация: судебные акты оставлены без изменения.
Вынесено частное определение в адрес Агентства.
Выводы: Местные суды, отказывая в отмене предписания, указали, что лабораторная диагностика ВИЧ-инфекции - лицензируемый вид деятельности, в Законе не имеется ограничений по лицам, которые могут быть привлечены к проведению анализов и что оспариваемый акт принят в соответствии с компетенцией и законодательством Республики Казахстан.
Во исполнение положений Кодекса «О здоровье народа и системе здравоохранения» (далее - Кодекс) Министерством, как уполномоченным органом, разработаны Правила, в которых определен порядок медицинского обследования на ВИЧ-инфекцию в государственных медицинских организациях в рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи.
Правила соответствуют требованиям пункта 1 статьи 162 Кодекса и не могут содержать иные положения, не предусмотренные в указанной статье.
Правила прошли юридическую экспертизу и зарегистрированы в Министерстве юстиции Республики Казахстан.
Судами правомерно отмечено о том, что разработанные Министерством Правила не противоречат действующему законодательству, относятся только к государственным организациям здравоохранения, соответственно в действиях Министерства отсутствуют нарушения требований Предпринимательского кодекса в области конкуренции.
Предписание в силу требований статьи 152-1 Предпринимательского кодекса составляется в случае наличия нарушений.
Отсутствие нарушений в действиях Министерства свидетельствует об отсутствии оснований для внесения предписания и его незаконности.
Коллегия, принимая во внимание изложенные обстоятельства, пришла к выводу об отсутствии основания для удовлетворения кассационной жалобы.
Вместе с тем, кассационной инстанцией в адрес Агентства вынесено частное определение.
Установлено, что постановлением Верховного Суда Республики Казахстан от 9 декабря 2020 года в удовлетворении иска РГУ «Комитет по защите и развитию конкуренции Министерства национальной экономики Республики Казахстан» (далее - Учреждение) к ГУ «Министерство здравоохранения Республики Казахстан» о понуждении к исполнению предписания от 21 февраля 2020 года № 2 отказано.
Встречный иск Министерства о признании незаконным предписания от 21 февраля 2020 года № 2 удовлетворен.
По указанному делу достоверно установлено, что статьей 162 Кодекса законодательно закреплено обследование на ВИЧ-инфекцию только за государственными организациями здравоохранения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 115 Кодекса от 18 сентября 2009 года, утратившего силу 7 июля 2020 года и действовавшего на момент возникновения спорных отношений, граждане Республики Казахстан, оралманы, иностранцы, лица без гражданства, постоянно проживающие на территории Республики Казахстан, имеют право на добровольное анонимное и (или) конфиденциальное медицинское обследование и консультирование по вопросам ВИЧ-инфекции на бесплатной основе в порядке, определяемом уполномоченным органом.
Поэтому действия Учреждения по проведению юридической экспертизы Правил на соответствие их действующему законодательству не основаны на требованиях закона.
Агентство, заведомо зная, что по аналогичному делу постановлением Верховного Суда Республики Казахстан от 9 декабря 2020 года в удовлетворении иска отказано, уклоняясь от исполнения, вступившего в законную силу судебного акта, повторно вынесло аналогичное предписание в отношение Министерства, что породило данный судебный спор между государственными органами.
Согласно положениям статьи 4 ГПК одной из задач судопроизводства является предупреждение правонарушений и формирование в обществе уважительного отношения к закону и суду, которые суд решает путем вынесения частных определений.
Поэтому суд кассационной инстанции посчитал необходимым обратить внимание Правительства Республики Казахстан на грубые нарушения законности, допущенные должностными лицами ГУ «Агентство по защите и развитию конкуренции Республики Казахстан», в целях недопущения их в будущем.
10.3. Судом апелляционной инстанции применены нормы статей 65, 72 АППК.
№ 6001-22-00-6ап/1185 от 29.12.2022 г.
Истец: Б.А. и А.К.
Ответчики: ГУ «Министерство здравоохранения Республики Казахстан», ГУ «Управление здравоохранения Акмолинской области», ГКП на ПХВ «Многопрофильная областная больница» при Управлении здравоохранения Акмолинской области».
Предмет спора: о признании незаконными и отмене ответов, возложении обязанности устранить нарушения законности, допущенные при рассмотрении обращений в части административного бездействия, возложении обязанности инициировать лишение в судебном порядке сертификатов медицинских работников.
Пересмотр по кассационной жалобе представителя Министерства здравоохранения Республики Казахстан.
Фабула: Истец Б.А. перенесла разлитой серозно-гнойный фиброзный перитонит, сепсис, СПОН, инфекционно-токсический шок, клиническую смерть. В результате проведены многочисленные операции, в том числе ампутация верхних и нижних конечностей и пересадка 90% кожи живота.
Заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 15 января 2021 года и справкой внутреннего контроля по факту критического состояния Б.А. установлено, что объем операции, проведенной врачом М.А., расценен как дефект оказания медицинской помощи. Сделан вывод о том, что неназначение врачом П.Е. антибактериальной терапии и недооценка состояния родильницы с тяжелой анемией названы одними из причин, которые способствовали реализации гнойно-септических осложнений - разлитому перитониту, развитию молниеносного сепсиса.
Приговором Кокшетауского городского суда от 24 июня 2021 года акушеры-гинекологи О.Г. и Е.А. за ненадлежащее выполнение профессиональных обязанностей вследствие небрежного или недобросовестного отношения, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью истцу Б.А., признаны виновными в совершении уголовного правонарушения по части второй статьи 317 УК и на основании пункта 2) части первой статьи 71 УК освобождены от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности.
Административные процедуры по вопросу отстранения указанных медицинских работников от занятия медицинской деятельностью, возбужденные истцами, не привели к должному, по мнению истцов, результату.
Истцы обратились с иском:
1) признать незаконным и отменить ответ Министерства здравоохранения Республики Казахстан (Министерство) от 23 сентября 2021 года на обращение истцов от 6 сентября 2021 года;
2) признать незаконными и отменить ответ Управления здравоохранения Акмолинской области (Управление) от 5 октября 2021 года на обращение истцов от 28 сентября 2021 года;
3) признать незаконным и отменить ответ Многопрофильной областной больницы (Областная больница) при Управлении здравоохранения Акмолинской области от 3 декабря 2021 года на обращение истцов от 17 ноября 2021 года;
4) возложить обязанность на Министерство, Управление и Областную больницу устранить нарушения законности, допущенные при рассмотрении обращений в части административного бездействия, выразившегося в неотстранении от занятия медицинской деятельностью врачей О.Г., Е.А., М.А. и П.Е.;
5) возложить обязанность на Министерство инициировать лишение (отзыв) в судебном порядке сертификатов указанных медицинских работников.
Судебные акты:
1-я инстанция: в удовлетворении иска отказано.
Апелляция: решение суда изменено.
В части признания незаконными и отмене ответов Министерства от 23 сентября 2021 года, Управления от 5 октября 2021 и Областной больницы от 3 декабря 2021 года решение суда отменено. Постановлено по существу:
признать незаконным бездействие Министерства, Управления и Областной больницы, допущенное при рассмотрении обращений Б.А.;
возложить обязанность на ответчиков устранить нарушения законности, допущенные при рассмотрении обращений Б.А., в том числе в части выполнения требований статьи 65 АППК о перенаправлении
обращений уполномоченным административным органам в лице РГУ «Комитет медицинского и фармацевтического контроля Министерства здравоохранения Республики Казахстан» и РГУ «Департамент комитета медицинского и фармацевтического контроля Министерства здравоохранения Республики Казахстан по Акмолинской области» (Департамент);
исключить из второго абзаца резолютивной части решения (СМАС) предложение «Ходатайство Б.А. о восстановлении срока для обжалования ответа ГУ «Министерство здравоохранения Республики Казахстан» удовлетворить»;
в остальной части решение суда оставлено без изменения.
Кассация: постановление оставлено в силе.
Выводы: Кассатор как доводы по предмету кассационной жалобы указывает:
1) ответ Министерства (Департамент организации медицинской помощи МЗ РК (ДОМП) от 23 сентября 2021 года носит разъяснительный характер и не является административным актом;
2) рассматриваемый вопрос не входит в компетенцию Комитета медицинского и фармацевтического контроля (КМФК), в связи с чем ДОМП направил об этом ответ с разъяснением. Он считает такое разъяснение неофициальным, не имеющим юридической силы, - правом административного органа в порядке статьи 60 Закона РК «О правовых актах»;
3) согласно положению о Министерстве, утвержденному постановлением Правительства РК от 17 февраля 2017 года № 71, в структуру Министерства входят ведомства, в том числе КМФК, которому обращения не перенаправляются (как на то указал суд), а отписываются;
4) Министерство не является вышестоящим органом ни в отношении Управления, ни в отношении Областной больницы.
В части доводов 1 и 2 в дополнение к установленному судом апелляционной инстанции судебная коллегия установила следующее.
Статья 55 Закона Республики Казахстан «О правовых актах» (Закон) гласит, что к ненормативным правовым актам относятся:
1) акты официального разъяснения нормативных правовых актов (НПА);
2) административные акты;
3) правовые акты индивидуального применения;
4) правовые акты в области системы государственного планирования. Ответ Министерства не является официальным актом разъяснения НПА согласно статье 60 указанного Закона и не относится к системе государственного планирования.
Подпункт 3) статьи 1 Закона устанавливает, что правовой акт индивидуального применения - это письменный официальный документ уполномоченного органа, реализующий его полномочия, который не содержит норм права и не связан с реализацией прав и обязанностей физических и юридических лиц.
В соответствии с подпунктом 4) части первой статьи 4 АППК административный акт - решение, принимаемое административным органом, должностным лицом в публично-правовых отношениях, реализующее установленные законами Республики Казахстан права и обязанности определенного лица или индивидуально определенного круга лиц.
Реализация установленных законами Республики Казахстан прав и обязанностей лиц является единственной и важной особенностью административного акта, отличающего его от правового акта индивидуального применения.
Судебная коллегия согласилась, что часть ответа Министерства носит разъяснительный (рекомендательный) характер. Однако в части предмета кассационного обжалования и пересмотра, положения пункта 3 ответа, по мнению судебной коллегии, к таковым не относятся, так как содержат фактический отказ, мотивированный отсутствием диагноза и иными причинами.
В соответствии с пунктом 8 части первой статьи 4 АППК под административной процедурой понимается деятельность административного органа (должностного лица) по рассмотрению административного дела, принятию и исполнению по нему решения, совершаемая на основании обращения или по собственной инициативе. Иначе говоря, административные процедуры направлены на проверку наличия условий, подготовку и издание административного акта, т.е. на достижение окончательного результата.
В соответствии со статьей 62 АППК возбуждение административной процедуры происходит посредством обращения в административный орган. Если обращение подано, административный орган, во всех случаях, по долгу службы проверяет собственную компетенцию по рассмотрению данного обращения. В соответствии с частью первой указанной статьи, если обращение, поступившее административному органу, должностному лицу (административный орган), в полномочие которых не входит рассмотрение данного обращения, в срок не позднее трех рабочих дней со дня его поступления перенаправляется уполномоченному административному органу, должностному лицу с одновременным уведомлением (извещением) участника административной процедуры. Из данной нормы вытекают следующие основные обязанности административного органа:
принять обращение, поступившее в административный орган, в полномочие которого не входит рассмотрение данного обращения;
перенаправить это обращение уполномоченному административному органу в срок не позднее трех рабочих дней со дня его поступления;
известить участника административной процедуры одновременно с перенаправлением обращения уполномоченному административному органу.
Указанные обязанности административного органа основываются на принципах правового государства и единства исполнительной власти как-то предписано Конституционным законом «О Правительстве Республики Казахстан».
Часть первая статьи 72 АППК предписывает административному органу принять меры для всестороннего, полного и объективного исследования фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения административного дела (принцип объективного исследования или инквизиционной максимы). В необходимых случаях проводятся заслушивания (статья 73 АППК).
В этой связи следует отметить, что административная процедура завершается изданием административного акта и даже в тех случаях, когда административный орган отказывает в удовлетворении обращения заявителя об издании такого акта (за исключением прекращения административной процедуры в порядке статьи 70 АППК).
Судебная коллегия нашла доводы 1 и 2 кассатора несостоятельными, поскольку относит оспариваемый истцом ответ Министерства от 23 сентября 2021 года к отказу, который в контексте предмета обращения носит все признаки обременяющего административного акта, и поддержала выводы суда апелляционной инстанции в этой части.
По доводам кассатора 3 и 4.
Суд апелляционной инстанции полагает, что ответчики не правомочны рассмотреть по существу вышеуказанные требования истца Б.А. Уполномоченным государственным органом по этим требованиям, по мнению суда, является КМФК или его территориальное подразделение - Департамент.
Суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ответчики, достоверно зная, что вопросы об отстранении врачей от занятия медицинской деятельностью и лишение сертификатов не относятся к их компетенции, не выполнили требования части 2 статьи 65 АППК, чем проявили бездействие.
В положениях приведенной нормы АППК установлено, что одно или несколько ходатайств, требований, содержащихся в обращении, поступившем административному органу, должностному лицу, в полномочие которых не входит их рассмотрение, в срок не позднее трех рабочих дней со дня поступления перенаправляются уполномоченному административному органу, должностному лицу с одновременным уведомлением (извещением) участника административной процедуры.
Кроме того, судебная коллегия в дополнение к установленному отметила, что административный орган, которому было подано обращение, должен оказывать содействие заявителю, поскольку он является наиболее сведущим в вопросах установления компетентного органа в области административного управления. В этом смысле административный орган не вправе отказать в приеме данного обращения или же вернуть его обратно заявителю, а должен по долгу службы определить, в полномочия какого административного органа входит рассмотрение данного обращения.
Часть первая статьи 65 АППК исключает отказ административного органа от приема обращения заявителя по причине того, что он не уполномочен рассматривать данное обращение. В данном случае ответственность за своевременное перенаправление обращения лежит на административном органе, первоначально принявшем обращение. Он не вправе ставить под угрозу защиту прав и законных интересов обратившегося лица.
Это корреспондирует с требованиями статьи 14 АППК, согласно которой именно административному органу (должностному лицу) запрещается отказывать в реализации, ограничивать, прекращать право участника административной процедуры.
Судебная коллегия согласилась с выводами суда апелляционной инстанции.
11. СПОРЫ В СФЕРЕ ПЕНСИОННОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
11.1. № 6001-22-00-6ап/1175 от 22.12.2022 г.
Истец: ТОО «К».
Ответчик: РГУ «Департамент комитета труда, социальной защиты и миграции Министерства труда и социальной защиты населения РК по Карагандинской области».
Предмет спора: о признании незаконным акта отдела МСЭ, о признании незаконным и отмене отказа, о понуждении отменить решение отдела МСЭ.
Пересмотр по кассационной жалобе заинтересованного лица.
Фабула: 18 января 2019 года с работником Товарищества - гр. Т.Ш. произошел несчастный случай, связанный с его трудовой деятельностью.
Решением СМЭ города Караганды от 20 августа 2019 года Т.Ш. установлена третья группа инвалидности, 55% утраты трудоспособности сроком на один год по общему заболеванию с диагнозом «...».
3 июля 2021 года Т.Ш. был направлен досрочно на МСЭ врачами ТОО «Ж» с целью переосвидетельствования, изменения причины инвалидности на «трудовое увечье» и установления степени утраты профессиональной трудоспособности.
Решением отдела МСЭ города Караганды от 14 июля 2021 года Т.Ш. изменена причина инвалидности с общего заболевания на трудовое увечье по диагнозу «....».
Оспариваемым актом МСЭ от 14 июля 2021 года Т.Ш. установлена третья группа инвалидности, 59% утраты профессиональной трудоспособности, 55% утраты общей трудоспособности по причине «трудовое увечье», сроком до 12 ноября 2021 года.
С целью проверки законности действий ТОО «Ж» по направлению Т.Ш. на досрочное переосвидетельствование, Товарищество обратилось с жалобой в Департамент.
19 августа 2021 года Департаментом проведена проверка, в ходе которой установлено, что заключение врачебно-консультативной комиссии ТОО «Ж» от 3 июля 2021 года выдано с нарушением, поскольку заболевание Т.Ш. относится к общему заболеванию и не имеет связи с последствием травмы на производстве от 18 января 2019 года.
По результатам проверки Департаментом в адрес руководителя ТОО «Ж» внесено предписание для принятия организационно-управленческих решений по устранению допущенного нарушения и разработки плана эффективных мероприятий по недопущению впредь подобных фактов.
25 августа 2021 года ТОО «Ж» выдало новое заключение ВКК на переосвидетельствование Т.Ш. по изменению причины инвалидности с трудового увечья на общее заболевание. Однако гр. Т.Ш. отказался проходить переосвидетельствование в отделе МСЭ города Караганды.
20 сентября 2021 года Товарищество обратилось с жалобой в Департамент об отмене решения отдела МСЭ города Караганды от 14 июля 2021 года. Ввиду отсутствия правовых оснований 12 октября 2021 года Департаментом отказано в пересмотре и отмене данного решения.
С указанными действиями истец не согласился.
Судебные акты:
1-я инстанция: иск удовлетворен частично.
Апелляция: решение суда оставлено без изменения.
Кассация: решение суда первой инстанции, постановление апелляционной инстанции изменены.
Выводы: Местные суды пришли к выводу, что Т.Ш. необоснованно направлен на досрочное переосвидетельствование с целью изменения причины инвалидности, поскольку отсутствует причинная связь между травмой, полученной Т.Ш. на производстве, и его заболеванием. В связи с чем, оспариваемый акт подлежит отмене ввиду его незаконности.
Судебная коллегия: выводы экспертов о возможной причине энцефалопатии вследствие имевшейся у пострадавшего гипертонической болезни носят предположительный характер. Конкретно установить причинно-следственную связь между имевшейся у Т.Ш. болезни системы кровообращения и энцефалопатии эксперты не смогли, так как при стационарном лечении до травмы такой диагноз ему не выставлялся.
Следует отметить, что указанная судебно-медицинская экспертиза и контроль обжалуемого заключения СМЭ проводились без осмотра Т.Ш.
Оспариваемый акт МСЭ от 14 июля 2021 года об изменении причины инвалидности в отношении Т.Ш. вынесен с соблюдением Правил проведения медико-социальной экспертизы, утвержденных Приказом Министра здравоохранения и социального развития РК № 44 от 30 января 2015 года, на основании квалифицированного коллегиального заключения специалистов, не опровергнутого совокупностью достаточных доказательств, вследствие чего правовых оснований для его отмены у суда не имелось.
11.2. Социальная выплата в связи с уходом за ребенком до достижения им возраста одного года относится к пособиям, связанным с материнством.
№ 6001-22-00-6ап/1060 от 22.11.2022 г.
Истец: Г.О.
Ответчик: АО «Государственный фонд социального страхования».
Предмет спора: о возложении обязанности принять решение о назначении ежемесячного пособия по уходу за ребенком.
Пересмотр по кассационной жалобе ответчика.
Фабула: Истец является гражданином Республики Беларусь. В Республике Казахстан проживает на основании разрешения о временном проживании с февраля 2015 года. Состоит в браке с Г.А., имеющего вид на жительство в Республике Казахстан.
Супруги осуществляют трудовую деятельность в ТОО «БП-Г», имеют на праве собственности жилье.
28 декабря 2020 года у истца родилась дочь.
АО «Государственный фонд социального страхования» истцу выплачено пособие по беременности и родам на основании листа о временной нетрудоспособности. В выплате пособия в связи с уходом за ребенком до достижения им возраста одного года отказано по тем основаниям, что такое пособие назначается иностранным гражданам при условии постоянного проживания на территории Республики Казахстан.
Судебные акты:
1-я инстанция: иск удовлетворен.
Постановлено:
- обязать АО «Государственный фонд социального страхования» вынести решение о назначении Гладун О.В. социальной выплаты по случаю потери дохода в связи с уходом за ребенком Гладун Алеси Александровны, 28 декабря 2020 года рождения, с даты рождения, указанной в свидетельстве о рождении, по день достижения ею возраста одного года.
Апелляция: решение суда оставлено без изменения.
Кассация: судебные акты оставлены в силе.
Выводы: Согласно статье 5 Закона РК «Об обязательном социальном страховании» (далее - Закон) иностранцы, постоянно проживающие на территории Республики Казахстан пользуются правом на получение социальных выплат наравне с гражданами Республики Казахстан, если иное не предусмотрено Конституцией, законами и международными договорами, ратифицированными Республикой Казахстан.
В силу пункта 2 статьи 2 Закона если международным договором, ратифицированным РК, установлены иные правила, чем те, которые содержатся в настоящем Законе, то применяются правила международного договора.
В соответствии с пунктом 3 статьи 98 Договора о Евразийском экономическом союзе, ратифицированного Республикой Казахстан и Республикой Беларусь, социальное обеспечение (социальное страхование) (кроме пенсионного) трудящихся государств-членов и членов семей осуществляется на тех же условиях и в том же порядке, что и граждан государства трудоустройства.
Согласно представленным сведениям по месту работы Г.О, из ее заработной платы осуществлялись соответствующие удержания налога в бюджет Республики Казахстан.
В силу статьи 91 Трудового кодекса Республики Казахстан (далее - ТК) во время, когда работник не работал в связи с временной нетрудоспособностью, входит, в том числе время нахождения в отпуске по беременности и родам.
Согласно пункту 2 статьи 99 ТК основанием для оформления отпуска по беременности и родам является лист о временной нетрудоспособности.
То есть, во время беременности с определенного срока и до родов женщина является временно нетрудоспособной. Соответственно, единовременное социальное пособие по беременности и родам относится к социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности.