Для повышения роли адвокатуры важно четко закрепить основную идею - адвокат (профессиональный судебный представитель) одновременно защищает как частный, так и публичный интерес. При этом выполнение публично-правовых функций не означает, что адвокаты (профессиональные судебные представители) превращаются в государственных служащих. Публичный интерес означает «служащий обществу» и «действующий в интересах общества».
Признание публично-правового статуса адвоката показывает наличие общественного запроса на должное регулирование деятельности профессиональных судебных представителей. Общество нуждается в уверенности, что каждый профессиональный судебный представитель, как носитель публично-правового статуса, обладает высокой квалификацией, актуальными знаниями законодательства, регулярно повышает свою квалификацию, следует профессиональным стандартам, соблюдает этические правила профессии. Кроме того, общество заинтересовано в единообразной практике дисциплинарной ответственности и в установлении единых стандартов оказания юридической помощи. Данный общественный запрос должен быть реализован путем законодательного закрепления надлежащего механизма регулирования деятельности профессиональных судебных представителей.
Многолетние наблюдения и анализ различных фактов нарушения прав адвокатов показывают, что в большинстве случаев нарушители рассматривают адвоката лишь как защитника частного интереса и как рядового гражданина, а не носителя публично-правовых полномочий, обладающего специальным статусом, иммунитетом и правами. К сожалению, в текущем году в ходе обсуждения проектов законов в Мажилисе Парламента заявления о том, что адвокаты будут злоупотреблять своими полномочиями, поэтому им не следует предоставлять те или иные права, были высказаны и некоторыми адвокатами. Относительно права адвокатов запрашивать у физических лиц (в том числе индивидуальных предпринимателей, частных нотариусов, частных судебных исполнителей) сведения и документы, необходимые для осуществления адвокатской деятельности, один из оппонентов пишет, что «Проект[[23]] наделяет адвоката правом запрашивать любую информацию не только в отношении своего клиента, но и других лиц, невзирая на ст. 18 Конституции РК. В этой связи обращает внимание, что даже органы уголовного преследования вправе получать указанные выше сведения только с санкции суда, но авторы Проекта, видимо считают, что для адвокатов и юридических консультантов достаточно только их письменного запроса!!! Такие нормы, в случае их принятия, создадут благодатную почву для злоупотреблений недобросовестными адвокатами и юридическими консультантами (торговля, шантаж и т.д.)»[[24]].
В связи с такими заявлениями, Республиканская коллегия адвокатов выработала позицию по данному вопросу[[25]]. В этом документе подчеркивается необоснованность вышеуказанных утверждений. Во-первых, расширение прав адвокатов на получение сведений, содержащих охраняемую тайну, не входит в противоречие со статьей 18 Конституции, поскольку данная статья не содержит прав, в отношении которых ни в каких случаях не допускается установление ограничений (пункт 3 статьи 39 Конституции). Во-вторых, в настоящее время рядом нормативных актов адвокатам такой доступ уже предоставлен и нормально функционирует. Это подтверждается также и судебной практикой. В-третьих, адвокату в ходе оказания правовой помощи нужна не столько информация о своем доверителе, сколько нужны сведения о тех или иных лицах, объектах, имеющих отношения к делу, по которому оказывается юридическая помощь. Информацию о себе доверитель самостоятельно может дать адвокату. В-четвертых, сведения органам уголовного преследования выдаются с санкции прокурора, а не судьи. Прокурорам же санкция суда на получение таких сведений не нужна. В-пятых, на практике не известно ни одного случая привлечения адвоката к ответственности за неправомерные доступ или использование охраняемой законом тайны, в том числе сведений в отношении третьих лиц.
Для того чтобы преодолеть подобные идеи, полагаю, что адвокатам необходимо громко заявлять о выполнении ими публично-правовой функции, которая для правосудия не менее важна, чем публично-правовая функция, выполняемая прокурорами, следователями, дознавателями и судьями.
Здесь также важно отметить, что именно в связи со специфическим правовым статусом, особыми правами и привилегиями профессиональных судебных представителей не все страны мира разрешают иностранцам допуск к профессиональной деятельности в сфере отправления правосудия.
К странам, в которых профессиональными судебными представителями (адвокатами и юридическими консультантами) могут быть только граждане этих стран, относятся в том числе Австрия, Азербайджан, Армения, Бельгия, Болгария, Грузия, Хорватия, Кипр, Венгрия, Латвия, Лихтенштейн, Литва, Люксембург, Словения, Турция и т.д.
Согласно п. 10 «Основных принципов ООН, касающихся роли адвокатов (юристов)» требование о том, что адвокат (юрист) должен являться гражданином соответствующей страны, не рассматривается как дискриминационное. Схожим образом индивидуальный национальный перечень ограничений, изъятий, дополнительных требований и условий в рамках Евразийского экономического союза для Республики Казахстан содержит указание на то, что адвокатом может быть только гражданин Республики Казахстан[[26]].
В нашей же стране лица, не являющиеся гражданами страны, помимо доступа к профессии судебного представителя, также получили право занимать должности руководителей палат юридических консультантов. В результате они принимают решения о допуске в профессию судебного представителя на территории нашей страны тех или иных лиц, регулируют их деятельность, рассматривают жалобы на них, обеспечивают их профессиональную защиту, представляют их интересы в госорганах и Парламенте, а также взаимодействуют с иностранными государственными и негосударственными органами и организациями. Очевидно, что организация профессиональных судебных представителей, наделенная государством функциями регулятора профессии, не должна возглавляться иностранцами. Неизвестно ни одного случая, чтобы схожее по регулятивным функциям объединение профессиональных судебных представителей в других странах возглавляли иностранцы. Это вопрос национальной безопасности.
При оставлении текущего регулирования без изменения вполне возможно появление специфических палат юридических консультантов, в которых будут преимущественно собираться юристы, являющиеся гражданами одной страны, либо принадлежащие одной религиозной общине, или же разделяющие общую позицию на иные специфические вопросы. И это помимо риска превращения палат юридических консультантов в политические клубы, что отмечено в п. 33 Заключения от 15-16 октября 2021 года Европейской комиссии за демократию через право Совета Европы (далее - Заключение Венецианской комиссии от 15-16 октября 2021 года)[[27]].
Вместе с тем, с моей точки зрения, иностранных граждан, прошедших дополнительно к имеющемуся у них высшему юридическому образованию, полученному в иностранном государстве, специальный курс по казахстанскому праву, желательно допустить к профессии профессионального судебного представителя. Высококлассные международные юридические (адвокатские) фирмы положительно влияют на состояние конкуренции и развитие юридической профессии в Казахстане. При решении данного вопроса необходимо исходить из принципа «зеркальности», то есть разрешать допуск в профессию юристам тех стран, в которых граждане нашей страны имеют аналогичное право. При этом ведение юридической практики в сфере публичного права, учитывая допуск к материалам уголовных и административных дел, служебной информации госорганов и иным охраняемым законам тайнам, должно быть ограничено для таких лиц.
Глава 2. Принятая модель саморегулирования юридических консультантов является ошибочной и препятствует достижению целей, которые ставились при введении данного вида профессиональных судебных представителей.
Должное регулирование деятельности субъектов публично-правовой деятельности почти во всех случаях осуществляется соответствующими государственными органами. Однако в вопросе регулирования деятельности профессиональных судебных представителей у государства, в частности, у органов исполнительной ветви власти, в состав которых входят органы уголовного преследования, возникает конфликт интересов, поскольку судебный представитель зачастую оппонирует им, защищая граждан в уголовном процессе и производстве по административным правонарушениям, представляя права и интересы при рассмотрении жалоб на действия и бездействия госорганов в рамках административной юстиции, а также по гражданско-правовым спорам с государством. Данный конфликт интересов в случае прямого регулирования госорганами деятельности профессиональных судебных представителей делает уязвимым принцип независимости адвоката (профессионального судебного представителя) и, соответственно, снижает его способность эффективно защищать права и интересы лиц, обратившихся к нему за помощью, делая его зависимым и послушным органам и лицам, от которых он зависит.
Независимость профессиональных судебных представителей является ключевым принципом деятельности по оказанию квалифицированной юридической помощи. Этот принцип закреплен во всех международных актах, касающихся роли и полномочий адвокатов (профессиональных судебных представителей). Согласно ст. 6 Закона «Об адвокатской деятельности и юридической помощи» лица, оказывающие юридическую помощь, независимы при осуществлении своих прав и исполнении профессиональных обязанностей. Вмешательство в их деятельность со стороны прокуратуры, судов, других государственных органов, иных организаций и лиц, за исключением случаев, прямо предусмотренных законами Республики Казахстан, недопустимо. Согласно п. 3 Кодекса профессиональной этики адвоката независимость адвоката способствует обеспечению общественного доверия к правосудию, укреплению законности и правопорядка, уважению к адвокатской профессии.
В этой связи наиболее распространенная в мире модель регулирования деятельности профессиональных судебных представителей - это передача всех представительских и регулятивных функций саморегулируемой организации. Эта модель принята в странах континентальной правовой системы, а также в абсолютном большинстве стран «общего права»[[28]]. Как следствие, международные организации, включая Организацию объединенных наций, Совет Европы, Международную ассоциацию адвокатов (юристов), рекомендуют и продвигают в мире модель регулирования профессиональных судебных представителей самоуправляемой организацией адвокатов (профессиональных судебных представителей).
Международная ассоциация адвокатов (юристов) постановила в своей Резолюции о регулировании сообщества адвокатов (профессиональных судебных представителей) от 6 июня 1998 года, что сохранение независимого сообщества адвокатов (профессиональных судебных представителей) является первостепенно важным и незаменимым для обеспечения гарантий прав человека, доступа к правосудию, верховенства права, а также для свободного и демократического общества.
Кодекс поведения европейских адвокатов (юристов) в принципе (а) устанавливает, что саморегулирование профессии рассматривается как жизненно важный фактор укрепления независимости адвоката (профессионального судебного представителя), который должен быть свободен политически, экономически и интеллектуально.
Республика Казахстан изначально приняла рекомендуемую модель. С принятием 5 декабря 1998 года первого закона «Об адвокатской деятельности» было установлено, что на территории одной области, города республиканского значения, столицы действует одна коллегия адвокатов, которая является некоммерческой, независимой, профессиональной, самоуправляемой и самофинансируемой организацией адвокатов, создаваемой для оказания квалифицированной юридической помощи физическим и юридическим лицам, для выражения и защиты прав и законных интересов адвокатов, выполнения иных функций, установленных Законом.
В 2012 году в данный закон были внесены изменения и дополнения и создана Республиканская коллегия адвокатов, которая была определена как, некоммерческая, независимая, профессиональная, самоуправляемая, самофинансируемая организация адвокатского самоуправления, основанная на обязательном членстве коллегий адвокатов.
Закон РК «Об адвокатской деятельности и юридической помощи», приятый 5 июля 2018 года, также закрепил за Республиканской и территориальными коллегиями адвокатов статус некоммерческих, независимых, профессиональных, самоуправляемых и самофинансируемых организаций адвокатов.
Вместе с вышеизложенным, поскольку представительством в судах по гражданским и административным делам на систематической основе наравне с адвокатами занимались и частнопрактикующие юристы, в 2018 году была придумана и законодательно введена новая профессия - юридические консультанты. Представительские и регулятивные полномочия в отношении них были переданы в саморегулируемые палаты, основанные на обязательном членстве в них юридических консультантов.
В концепции проекта Закона «Об адвокатской деятельности и юридической помощи» введение законодательного регулирования юридических консультантов обосновывалось тем, что они законодательно не обозначены в качестве субъектов оказания юридической помощи; не закреплены нормы, гарантирующие квалифицированный уровень оказываемой ими юридической помощи, что отрицательно сказывается на защите прав и свобод человека и гражданина[[29]].
В период обсуждения законопроекта множество международных организаций обратилось к Республике Казахстан с призывом не допускать создания параллельной адвокатуры в лице юридических консультантов, не делать множественность палат юридических консультантов (подробнее в главе 4 настоящего исследования). Исполнительный директор Республиканской коллегии адвокатов С.В. Сизинцев собрал их позиции и опубликовал статью: «Международные организации о проекте Закона «Об адвокатской деятельности и юридической помощи»: замечания и рекомендации»[[30]].
Республиканская коллегия адвокатов, не согласившись с предлагаемым законопроектом, экстренно созвала и 14 октября 2017 года провела внеочередную республиканскую конференцию коллегий адвокатов, на которой была принята специальная резолюция, где было указано, что «законопроект не привносит ничего позитивного в правовое регулирование деятельности адвокатов, а некоторые его статьи прямо направлены на ограничение независимости адвокатуры и посягательство на статус адвоката. На сегодняшний день роль и место профессионального защитника (адвоката) крайне принижены, а уголовное правосудие продолжает оставаться неоправданно суровым и репрессивным; имеют место массовые нарушения прав адвокатов». В документе также было подчеркнуто, что «идея создания института юридических консультантов по существу представляет собой формирование «параллельной адвокатуры», что не отвечает традициям и истории ее развития, может привести к её деградации и разрушению и в целом профессии, а также противоречит международной практике и стандартам»[[31]].
Однако, несмотря на все изложенное, законом была введена «параллельная адвокатура».
В последующем, Республиканская коллегия адвокатов в Концепции развития казахстанской адвокатуры указала, что палаты юридических консультантов «из-за имеющейся конкуренции за привлечение и удержание в своих рядах юридических консультантов находятся под искушением не наказывать их при совершении дисциплинарных проступков. В итоге в выигрыше могут оказаться палаты, которые наиболее лояльны к своим членам. Это противоречит изначальным целям, ради которых вводилось саморегулирование юридических консультантов. При анализе существующих режимов регулирования адвокатов и юридических консультантов выявляются следующие отрицательные последствия:
− Создание двойных профессиональных и этических стандартов для однородной по своему содержанию деятельности по предоставлению юридической помощи в рамках адвокатуры и палат юридических консультантов (при этом внутри последних они также разнятся).
− Невозможность для получателей юридической помощи ориентироваться в различных режимах регулирования разных субъектов оказания юридической помощи (адвокатов и юридических консультантов).
− Возможное неэффективное исполнение функций некоторыми палатами, что может повлечь допуск к профессии лиц, только формально отвечающих установленным требованиям, а также отсутствие эффективного контроля за качеством юридической помощи.
− Отсутствие в законодательстве четких подходов к определению единого понятия, объема и содержания деятельности по предоставлению юридической помощи.
Вышеуказанные обстоятельства нивелируют цели, ради которых принимался профильный закон. Казахстанский опыт разделения на адвокатов и юридических консультантов при том, что обе эти профессии позволяют быть представителем в судах, является уникальным в мировой практике. Поэтому данная проблема является актуальной и требует решения».
Помимо вышеизложенных доводов, необходимо отметить, что государство, делегируя профессиональной организации юридических консультантов функцию по регулированию их деятельности, должно создать правовые и организационные условия для эффективного осуществления ими данных полномочий. Саморегулируемая организация должна быть способна упорядочить деятельность юридических консультантов, в том числе обеспечить установление единых правил и стандартов для всех без дискриминации и без создания преимуществ, а также единую систему организаций и органов управления, способных эффективно выполнять возложенные на них функции, в том числе, создавать единообразную дисциплинарную практику. Все механизмы должны быть построены для того, чтобы эффективно удовлетворять публичный интерес в получении квалифицированной юридической помощи.
«Основные принципы ООН, касающиеся роли юристов» в ряде своих пунктов устанавливают обязанность профессиональных организаций обеспечивать надлежащую квалификацию и подготовку адвокатов (юристов) и знание ими профессиональных идеалов и моральных обязанностей, а также прав человека и основных свобод, признанных национальным и международным правом.
Таким образом при передаче регулятивных функций, государство должно быть уверено, что они будут реализованы на том же уровне, что и регулирование иных сфер, относящихся к публично-правовым. В противном случае это может негативно сказаться на защите публичного интереса. Для этого в законе должна быть установлена соответствующая система организаций, органов управления, должностных лиц, их права и обязанности, а также принципы, правила и процедуры рассмотрения жалоб и механизмы дисциплинарного производства.
Для достижения указанных целей саморегулируемая организация должна иметь организационные, финансовые, материальные и интеллектуальные возможности.
Самым базовым в данном случае является организационный фактор. Доктрина, заложенная в основу деятельности отраслевых регуляторов рынка, применима и к работе регулятора деятельности профессиональных судебных представителей. Недопустимо, когда действуют разные правила и стандарты в разных палатах, существуют разные дисциплинарные органы и применяется разная практика приема членов, повышения квалификации и дисциплинарного производства. Это ведет к тому, что за одинаковое нарушение разные палаты привлекают к разным видам ответственности, что создает неравенство и подрывает доверие к системе в целом, так как граждане не могут быть уверены в единых стандартах качества юридической помощи. Помимо этого, саморегулирование должно строиться на принципах коллегиальности, подотчетности, сменяемости должностных лиц, выборности органов управления, финансовой независимости, открытости и прозрачности деятельности, предсказуемости и последовательности принимаемых решений.
К сожалению, законодатель не учел многие важные факторы. В законе был закреплен принцип множества палат юридических консультантов, что неизбежно привело к появлению на пике в 2020 году более 86 палат, являющихся регуляторами профессии, которые начали конкурировать между собой за привлечение и удержание членов.
Это в том числе привело к недостаточности у саморегулируемых палат финансовых, материальных и интеллектуальных возможностей для эффективного выполнения своих функций регуляторов профессии. Имеющиеся в юридическом сообществе кадры с управленческими навыками и опытом соответствующей работы, желающие работать в саморегулируемой организации, а также ограниченные финансовые ресурсы были сегментированы и рассеяны между множеством палат.
В текущей ситуации своеобразное конкурентное преимущество получают те палаты, в которых установлены наименьшие взносы, самый легкий способ получения членства в палате, самые низкие требования к профессиональной деятельности и где за нарушения не привлекают к строгой дисциплинарной ответственности.
В итоге палаты почти повсеместно устанавливают небольшие взносы, что не дает им возможности приобрести офисное помещение и обеспечить нормальное функционирование своих органов управления. Многие палаты делят офис с юридическими фирмами или иными организациями, связанными с их руководителями. Фактически палаты способны покрывать расходы только на выплату небольших зарплат 1-3 руководителям. Это создает нестабильность в работе палат и снижает эффективность реализации их представительских и регулятивных функций. Такая ситуация также ведет к ограничению независимости палат юридических консультантов и усилению влияния на их деятельность со стороны несменяемых руководителей и возможных спонсоров. Такое положение может оказать деструктивное влияние на осуществление палатами юридических консультантов делегированных им законом публично-правовых функций по регулированию профессиональной деятельности своих членов.
В п. 98 заключения Специального докладчика по вопросу о независимости судей и адвокатов (юристов) от 5 сентября 2018 года[[32]] определено, что «коллегии адвокатов (палаты юридических консультантов) должны располагать достаточными людскими и финансовыми ресурсами, чтобы они могли выполнять свои функции независимо и самостоятельно. Важным средством обеспечения эффективности и независимости коллегии адвокатов являются членские взносы. В случаях, когда необходимо привлечь средства из внешних источников, ассоциациям следует всегда следить за тем, чтобы такое внешнее финансирование не ставило под угрозу их независимость».
Это показывает наличие запроса самого юридического сообщества на консолидацию, поскольку только такой вариант обеспечит более эффективную и устойчивую работу саморегулируемой организации.
Консолидация саморегулирования профессиональных судебных представителей не только укрепит материальную базу организаций, обеспечив должное финансирование работы органов управления и возможность выплаты адекватного вознаграждения команде управленцев, избранным самим сообществом, но и приведет к объединению и эффективному использованию имеющихся интеллектуальных ресурсов.
Несмотря на очевидные негативные последствия существующей модели регулирования деятельности юридических консультантов, некоторые юристы с завидным упорством проповедуют идею множества конкурирующих между собой палат, словно это безусловное благо для профессии[[33]]. Однако в данном случае необходимость и важность конкуренции между юристами необоснованно подменена на необходимость конкуренции между палатами, являющимися регуляторами профессии. Имеются также мнения о том, что «следует исключить положение, являющееся атавизмом с советских времен, о создании только одной коллегии на территории области и предусмотреть возможность создания коллегий по аналогии учреждения палат юридических консультантов, как это предусмотрено ст. 78 профильного Закона»[[34]].
Конституционный Совет в своем постановлении от 2 июля 1999 года № 12/2[[35]] указал, что норма об образовании на территории области, города республиканского значения и столицы одной коллегии адвокатов, не вступает в противоречие с нормой пункта 1 статьи 39 Конституции. Пункт 3 статьи 20 Закона «Об адвокатской деятельности» не направлен на ограничение конституционных и других каких-либо прав человека и гражданина, а, напротив, призван гарантировать квалифицированную и обязательную юридическую защиту в соответствии со статьей 13 Конституции Республики Казахстан.
Спустя два года после принятия Закона «Об адвокатской деятельности и юридической помощи», Министерство юстиции, понимая неудачность опыта по созданию множества палат юридических консультантов, в 2021 году предприняло попытку создать единую зонтичную организацию с обязательным членством в нем всех палат юридических консультантов. Предполагалось, что Республиканская коллегия юридических консультантов сможет установить единые правила и стандарты для всех юридических консультантов и их палат. Однако данная законодательная инициатива была в последующем отозвана.
Данная инициатива соответствует рекомендациям международных организаций в части необходимости единой зонтичной организации. Вместе с тем, в случае ее реализации мы бы столкнулись с еще большими проблемами, возникающими из искусственного разделения профессиональных судебных представителей на две профессии, одна из которых отнесена к предпринимательской деятельности, а также существования конкурирующих палат на территории одной области или города республиканского значения.
Республиканская коллегия адвокатов в своей правовой позиции «по вопросу законодательного закрепления Республиканской коллегии юридических консультантов в качестве единой централизованной организации с обязательным членством в ней всех палат юридических консультантов»[[36]] также установила следующее:
«Законодательное закрепление обязательного членства всех Палат юридических консультантов в РКЮК лишь усугубит текущую ситуацию, при которой разные группы представителей юридической профессии, осуществляющих фактически сходную деятельность, подпадают под существенно отличные режимы регулирования и несут разный объем ответственности, что является совершенно неприемлемым. Отсутствует поддержка этой инициативы со стороны самих Палат юридических консультантов и их Ассоциаций, не входящих в структуру Республиканской коллегии юридических консультантов. Повторная попытка решения вопроса по законодательному закреплению обязательного членства всех Палат юридических консультантов в РКЮК приведет к новому витку напряженности в профессиональном сообществе и разрастанию конфликтной ситуации».
Республиканская коллегия адвокатов в данном документе также подчеркнула, что «правильным направлением в дальнейшем развитии регулирования юридической профессии является поэтапный переход к единой профессиональной организации юристов на базе адвокатуры с едиными профессиональными и этическими требованиями ко всем ее участникам. Это - проверенный временем путь к сильной адвокатуре и требование международных стандартов, что в итоге самым положительным образом скажется на реализации конституционного права каждого на получение квалифицированной юридической помощи».
Вместе с вышеизложенным, необоснованными выглядят мнения о том, что эти организации должны развиваться эволюционно и только на добровольной основе они могут создать зонтичную организацию[[37]], «необходимо привести законодательство об адвокатуре в соответствие с Законом РК «О некоммерческих организациях», предусмотрев, как прописано в этом законе, право (а не обязанность, как это установлено в профильном Законе) территориальных коллегий адвокатов (далее - ТКА) на объединение в Союз или Ассоциацию (вместо Республиканской коллегии адвокатов (далее - РКА)»[[38]].
Эволюционное развитие в регулировании деятельности носителей публично-правовых полномочий недопустимо. В отличие от других сфер, где постепенные изменения и адаптации могут быть приемлемыми, публично-правовая деятельность требует высокого уровня правовой определенности и постоянства, предсказуемости и унифицированного правоприменения. Это связано с тем, что правовая система играет центральную роль в поддержании общественного порядка и защите прав граждан. Например, суды и прокуратура не развиваются эволюционно. Их система, статус, структура и функции устанавливаются законом и остаются постоянными, чтобы обеспечить единообразие и предсказуемость в правоприменении. Если бы система правосудия развивалась эволюционно, без четких и установленных правил, это могло бы привести к разным стандартам в разных регионах или даже внутри одного города. Такой подход неизбежно вызвал бы хаос и несправедливость, подрывая доверие граждан к правовой системе.
Текущее положение со множеством палат юридических консультантов уже показывает, что эволюционное развитие ведет к фрагментации регуляторных функций среди десятков регуляторов и к нестабильности в осуществлении ими своих функций, что порождает создание различных правовых режимов и стандартов внутри одной и той же профессии.
При этом практически во всех юрисдикциях признается, что коллегии адвокатов (палаты юридических консультантов) являются публичными правовыми институтами, созданными в публичных интересах с обязательным членством и регулятивными функциями, а не общественными объединениями, которые могут создаваться добровольно[[39]].
Принцип добровольности объединения юридических консультантов и их палат является справедливым в отношении организаций, которые выполняют только представительские функции. Такие организации могут развиваться эволюционно, согласно воле их руководителей и как им заблагорассудится.
Специальный докладчик по вопросу о независимости судей и адвокатов (юристов) в п. 42-44 своего доклада от 5 сентября 2018 года подчеркивает, что «перечисленный в Стандартах независимости юридической профессии и Рекомендации № R(2000)21 подробный перечень функций, которые коллегии адвокатов (палаты юридических консультантов) могут выполнять в целях поощрения и защиты независимости и добросовестности представителей юридической профессии, можно разделить на две категории: регулирующие и представительские. Под представительскими функциями понимается, в частности, роль коллегии адвокатов (юридических консультантов) в поощрении и защите интересов правосудия; отстаивании роли адвокатов (юридических консультантов) в обществе; сохранении чести и достоинства представителей юридической профессии; и содействии благополучию своих членов и их семей. Регулирующие функции касаются определения условий допуска к юридической профессии; разработки и внедрения минимальных стандартов профессионального поведения; предоставления базового и непрерывного образования для представителей юридической профессии; проведения дисциплинарных разбирательств в отношении адвокатов (юридических консультантов); и обеспечения исполнения дисциплинарных решений. Часто такое регулирование осуществляется на основе правил и процедур, устанавливаемых самой коллегией адвокатов (палатой юридических консультантов)».
При этом в п. 33 указанного доклада отдельно указывается, что «коллегии адвокатов (палаты юридических консультантов) с регулирующими функциями, как правило, учреждаются на основе закона. Они признаются как публичные организации или частные ассоциации с публичными функциями, и членство в таких ассоциациях обычно является обязательным. Коллегии адвокатов (палаты юридических консультантов), выполняющие исключительно представительские функции, как правило, учреждаются в форме частных ассоциаций, и членство в них является добровольным.
Добровольные объединения юристов, не наделенные регулятивными функциями, в нашей стране имеются, и они эволюционно развиваются. Однако саморегулируемая профессиональная организация, которой государство делегирует полномочия по регулированию деятельности профессиональных судебных представителей, должна создаваться на основе закона, который должен устанавливать ее цели, задачи, систему органов управления, их полномочия, правовой статус должностных лиц, сферу их полномочий и ответственность за надлежащее исполнение ими своих обязанностей, источники финансирования организации и т.д.
Специальный докладчик ООН по независимости судей и адвокатов (юристов) в пунктах 95-97 вышеуказанного доклада также рекомендует, чтобы «профессиональные организации адвокатов (юридических консультантов) для того, чтобы гарантировать их независимость от исполнительной и судебной ветвей власти и обеспечить эффективное саморегулирование юридической профессии, должны быть признаны законодательством»; при этом рекомендует также, чтобы «в законе как минимум должны содержаться положения о независимости таких объединений и их составе и определяться их функции», а также указывает, что «в интересах обеспечения добросовестности профессии в целом и качества юридических услуг предпочтительно создать единую профессиональную ассоциацию, которая занималась бы регулированием юридической деятельности».
В Заключении Венецианской комиссии от 15-16 октября 2021 года четко указано, что «Словацкая коллегия адвокатов (палата юридических консультантов) не является частной ассоциацией. Она создается не по доброй воле ее членов, а по закону и основывается на обязательном членстве. Она не занимается какой-либо экономической или коммерческой деятельностью. Продвигая интересы юридического сообщества перед государством в силу своей представительской функции, Словацкая коллегия адвокатов (палата юридических консультантов) также продвигает публичные интересы от имени государства. Таким образом, она должна сбалансировать продвижение интересов своих членов со своими регулирующими и надзорными функциями». Также в данном заключении указано, что «создание множества коллегий (палат) создает риск того, что они могут трансформироваться в политические клубы и, тем самым, подвергнуть опасности политически нейтральный статус его органов». Аналогичным образом Венецианская комиссия и Генеральный директорат по правам человека и верховенства права Совета Европы в совместном заключении от 9 октября 2020 года, предоставленного Турецкой Республике, подчеркивают риск политизации профессии при создании множества коллегий (палат). В п. 46 данного заключения Венецианская комиссия подчеркивает, что адвокаты (юридические консультанты) имеют право на политические взгляды и даже на участие в политической жизни, однако коллегия адвокатов (палаты юридических консультантов) не должна заниматься политикой[[40]].
В п. 21 заключения Венецианской комиссии от 15-16 октября 2021 года подчеркивается, что все «адвокаты (юридические консультанты) должны разделять одни и те же базовые ценности независимости, лояльности (отсутствие конфликта интересов), конфиденциальности, приверженности верховенству права, а также Конституции и т. д. И основная цель коллегии адвокатов (палаты юридических консультантов) — обеспечить соблюдение этих основных ценностей, оставляя членам коллегии (палаты) свободу создавать частные ассоциации, группы, собрания, политические клубы и т. д. и присоединяться к ним для достижения своих конкретных интересов. Однако эти ассоциации и т.п. должны оставаться частными и представлять исключительно интересы своих членов и не должны подменять собой органы самоуправления с регулирующими и надзорными функциями, а также функцию представления интересов всех адвокатов».
Венецианская Комиссия в п. 34 указанного заключения рекомендует правительству и законодательным органам Словакии не добиваться создания нескольких коллегий адвокатов (палат юридических консультантов) на основе добровольного членства, а также в п. 66-68 в случае принятия решения о создании нескольких специализированных или региональных коллегий адвокатов (палат юридических консультантов) рекомендует вариант с единой центральной зонтичной организацией, представляющей всех адвокатов (юридических консультантов) и все коллегии адвокатов (палаты юридических консультантов), с регулирующими и надзорными функциями, которая разрабатывала бы общие правила и контролировала их выполнение.