Необходимо отметить, что в г. Астана власти «зачищают» столицу от «бомжей», особенно в преддверии каких-либо важных событий. При этом, по некоторой информации, зачастую «бомжей» выдворяют за пределы города, оставляя их там посреди мороза, не отвозя в приют7. Не все бомжи стремятся жить в центре для бездомных, поскольку там, по их словам, к ним отношение не совсем гуманное8. По информации Управления занятости, труда и социальной защиты г. Астана в Центре социальной адаптации для лиц, не имеющих определенного места жительства, акимата г. Астана на 3 августа 2016 года проживало 68 человек. В то время как центр рассчитан на одновременное проживание 180 людей. А общее число лиц, проживавших в Центре с 2015 г. по второй квартал 2016 г. было равно 2063 человек. Больше всего их было за 1-й квартал 2015 года - 625 человек, или в период холодов, когда полицейские стремятся побольше доставлять в центр «бомжей»9.
___________________
6 Черта оседлости Адильбека Джаксыбекова // http://ratel.kz/outlook/cherta_osedlosti_adilbeka_djaksyibekova/
7 Астану "зачищают" перед праздниками - волонтеры // https://tengrinews.kz/strange_news/astanu-zachischayut-pered-prazdnikami-volonteryi-285824/
8 Бездомные Астаны обустроили бомбоубежище для жилья // https://tengrinews.kz/strange_news/bezdomnyie-astanyi-obustroili-bomboubejische-dlya-jilya-287713/
9 Бездомные Астаны обустроили бомбоубежище для жилья // https://tengrinews.kz/strange_newsfàezdomnyie-astanyi-obustroili-bomboubejische-dlya-jilya-287713/
2. Соблюдение права лиц, содержащихся в приемнике-распределителе, на защиту, получение квалифицированной юридической помощи
Двадцать пять опрошенных отметили, что при задержании их проинформировали о праве иметь защитника по выбору. Однако в пяти случаях полицейские не информировали задержанных о таком праве.
На вопрос: «Знаете ли Вы, что в качестве защитника, помимо адвоката, допускаются супруг (супруга), близкие родственники или законные представители?», 21 респондент ответил утвердительно, 7 - отрицательно, а 4 не ответили. Большинство опрошенных (21 человек) знали, что «защитник допускается с момента административного задержания», 8 чел. об этом не знали, а 4 - не ответили. Двадцать один респондент знал, что участие защитника обязательно, если об этом ходатайствуешь и не владеешь языком производства по делу. Не знали об этом - 6, другие 6 респондентов не дали ответа. Последние, по-видимому, не ответили, относясь с безразличием к участию в их делах адвокатов.
Не случайно только 11 опрошенных заявили, что нуждались в защитнике, а об обратном сказали 21 человек. Иначе говоря, многие задержанные сами не были настроены на привлечение адвоката. В чем причины такого отношения? Мы постараемся ответить на этот вопрос далее.
18 чел. на вопрос: «Полицейские предоставили Вам адвоката?» ответили, что он им не нужен. Всего 2 человека заявили о предоставлении им полицейскими адвокатов, один - отрицал это, 12 - не ответили.
Показательными являются результаты вопроса: «Если предоставили адвоката, то» с двумя вариантами ответов: «а) Вы сами выбрали адвоката, б) за счет средств государства?» Подавляющее большинство заключенных (25 человек - 73,5%) не ответили на этот вопрос, пятеро выбрали вариант «за счет государства», а трое - «вы сами выбрали адвоката». Лишь трое смогли позволить себе пригласить частных адвокатов. Отсутствие ответов на этот вопрос может быть весьма информативным. Вопрос об адвокате, возможно, воспринимается этими задержанными, как бессмысленный в их трудном социальном положении, или в правовых реалиях миграционного режима Казахстана.
Пессимистичный настрой многих респондентов чувствуется при ответе на ряд вопросов, особенно касающихся востребованности адвокатов. К примеру, на вопрос: «Требовали ли Вы в суде предоставить Вам адвоката?» 12 чел. ответили «нет», по 9 чел.: «не нуждаюсь» и не дали ответа.
Следует отметить, что при этом трое сообщили: «Суда не было». А это уже является грубейшим нарушением казахстанского законодательства. Согласно пунктам 1 и 3 статьи 749 КоАП «участие защитника в производстве по делу об административном правонарушении обязательно в случаях, если лицо, привлекаемое к административной ответственности, не владеет языком, на котором ведется производство». Также обескураживающими являются ответы на вопрос: «Был ли у Вас адвокат в суде?» Семнадцать человек ответили отрицательно, только двое - утвердительно, а 14 - не ответили. Двое уточнили, что адвокаты предоставлены за счет средств государства.
К тому же девять респондентов сообщили, что не могут оплатить услуги адвоката. 9 других из числа опрошенных отметили, что в состоянии это сделать, а 15 не дали никакой информации. Но выясняется, что нуждающихся в адвокате было больше. По крайней мере, 8 ответили утвердительно на вопрос: «Если не можете оплатить услуги адвоката, Вы заявляли об этом в суде?», 6 - отрицательно, 19 - не ответили. Получается, как минимум, 14 человек не могли оплатить услуги адвоката. Кроме того, если учитывать незнание задержанными языка делопроизводства, то нуждающихся в адвокате было гораздо больше. Таким образом, нельзя исключать, что в некоторых случаях мы имеем дело с ощущением респондентами безысходности, некоей обреченности на не очень-то хороший исход.
Многие выше сформулированные выводы подтверждаются ответами респондентов и на вопрос о причинах того, почему они не заявляли в суде об отсутствии средств на оплату услуг адвоката. Трое указали: «Не знал, что об этом надо говорить в суде», другие трое - не нуждались в услугах адвокатов. Были и такие формулировки: «Секретарь попросила только подписать бланк об отказе услуг адвоката, что не связано с отсутствием средств; я не хотел ничего говорить в суде». Одновременно 21 респондент не ответил.
Доступны ли задержанным, содержащимся в ПР, услуги защитника, выяснялось у сотрудников данного учреждения. «Да» ответили 15 чел., «нет» - 4.
О способе, которым могут воспользоваться задержанные, чтобы пригласить защитника, 9 сотрудников ПР не ответили. «По заявлению в письменном виде», «через родственников» - по 1, по телефонному звонку - 7.
Весьма симптоматичными были ответы на вопрос: «С какого момента Вы вступили в дело?» Большинство защитников указали, что приняли дела в суде первой инстанции - 21 (91,3%), а 12 (32,4%) - в суде апелляционной инстанции. Десять адвокатов приступили к рассмотрению дел подзащитных после их доставки в полицию и лишь трое - с момента задержания.
18 адвокатов сообщили, что были приглашены к участию в деле доверителями задержанных, 13 - отметили, что это сделали родные/близкие доверителя. То есть люди, видимо, не имеют возможности сразу пригласить адвоката, связаться со своим доверителем, или не сразу находят защитника. В 26% случаев задержанные пользовались услугами адвокатов (6 человек) посредством их приглашения их полицией. Следует учесть, что у большинства иностранных граждан адресной группы вряд ли есть родные в г. Астана.
3. Соблюдение права лиц, содержащихся в приемнике-распределителе, на свидание
Некоторые респонденты прямо указывают на нарушения их прав в приемнике-распределителе. В частности, только 9 человек из них ответили утвердительно на вопрос «Находясь в приемнике, Вам предоставили свидание с родными, адвокатом, представителем посольства?» 6 задержанных отрицают, что им была предоставлена возможность свиданий с родными, адвокатом, представителем посольства, а 18 - не ответили на этот вопрос. Хотя трое задержанных при ответе на вопрос: «Если да, то где было свидание?» сообщили, что им эти свидания не были нужны. При этом только трое уточнили, где проходили данные встречи: в специально отведенном месте в приемнике, а 27 - не дали ответа.
Согласно приказам МВД РК № 232 от 23 мая 2011 года «Об утверждении Правил организации деятельности специальных приемников органов внутренних дел», № 233 от 23 мая 2011 года «Об утверждении Правил организации деятельности приемников-распределителей органов внутренних дел», лица, водворенные в эти специальные учреждения органов внутренних дел, имеют право на общение с близкими родственниками, родственниками и иными лицами, с которыми они как-то социально связаны, то есть получать свидания с ними. Между тем, о праве задержанных на свидание большинство опрошенных сотрудников ПР ответили отрицательно. Те из них, которые признали такое право, пояснили, что встречи происходят с родственниками, адвокатами, представителями, осуществляющими надзор. Примечательно, что большинство опрошенных сказали, что в ПР нет помещений для свиданий, поэтому свидания происходят в кабинетах, а 15 сотрудников не ответили, где проходят свидания.
Пять работников ПР сообщили, что в учреждении за свиданием осуществляется наблюдение, двое опровергли это, 12 не ответили. В двух случаях было сообщено, что данное наблюдение проводится сотрудниками ПР, по одному разу указали дежурного инспектора, постового, «возле двери», а 14 лиц этот вопрос оставили без ответа. Причиной прерывания свиданий названы желание задержанного или неподчинение его требованиям сотрудников. Но 15 сотрудников ПР на этот вопрос не дали ответа. Опрошенные сотрудники приемника пояснили, что свидания бывают, доступ посетителей в учреждение закрыт в случае карантина - 11, при ЧС - 5, желтого уровня угрозы - 1, во всех случаях - 1, не ответили - 4, но в то же время 1 лицо заявило, что имеет право посещения только прокуратура и ее сотрудники. По мнению сотрудников, приемник посещают представители органов, осуществляющих контроль за его деятельностью, ежедневно - 14, четверо не ответили. Представляется, что эти ответы не соответствуют действительности, так как в практике ежедневного посещения не прослеживается.
Вызывает недоумение тот факт, что всего 4 адвоката при рассмотрении дела посещали специальный приемник, приемник-распределитель, 18 - не были там. Впрочем, это может объясняться нежеланием многих задержанных иметь защитника по их делам, о чем говорят данные других вопросов. При этом эти четыре адвоката отмечают, что при посещении приемника не возникало никаких трудностей.
Три адвоката отмечают ограничения в доступе к свиданию с доверителем. Конечно, это не так много, чтобы делать какие-то далеко идущие выводы. Но все же в данном случае мы имеем дело с квалифицированными специалистами, мнение каждого из которых очень важно для контекста исследования. Они указали, что препятствия в свиданиях с доверителем заключались в их продолжительности (два адвоката), а также в ограничении во встрече наедине.
При этом несколько защитников дали многозначительные комментарии: «Актуальная тема, думаю, что она поможет обеспечить гарантированную помощь иностранным лицам и лицам без гражданства; тема очень актуальная и я от всей души поддерживаю Ваши начинания; необходимо улучшить состояние содержания лиц в условиях СИ-12. Мы не посещаем специальный приемник, приемник-распределитель из-за бюджета; платят копейки, даже на проезд не хватает». Последний комментарий может объяснять многие моменты в деятельности адвокатов по делам задержанных в специальный приемник и приемник-распределитель, когда для этого некоторым из них мало стимулов и мотивации. «Государственные» адвокаты слабо мотивированы, поскольку их деятельность малооплачиваема по сравнению с теми делами, где они выступают как «частные» защитники.
Известно, что свидания задержанного с защитником должны носить конфиденциальный характер, но сообщение работников ПР о том, что свидания происходят в административном блоке - 2, в кабинете допроса - 3, явно не обеспечивают такую возможность. Примечательно, что 14 сотрудников не могли ответить, где происходит свидание задержанного с адвокатом. Право на защиту и получение квалифицированной юридической помощи не может быть успешно реализованным без обеспечения адвокату надлежащего доступа в здание ПР. С момента задержания лица и появления у него защитника, последний имеет право беспрепятственного общения со своим подзащитным, в том числе и на конфиденциальной основе. Как это происходит в действительности, выяснялось у сотрудников приемника. О посещении защитниками задержанных 10 сотрудников ответили, что не помнят, не знают, не встречались с такими случаями, 5 - сообщили, что посещений не было, а трое пояснили, что защитники посещают своих подзащитных ежедневно. Очевидно, что эти ответы не соответствуют истине и говорят о том, что вопрос о встрече лица, содержащегося в учреждении, со своим защитником, не является важным для сотрудников ПР.
Очень информативным о соблюдении прав задержанных на защиту стал вопрос: «Предоставлена ли возможность остаться с адвокатом наедине и говорить о существе дела?» На него утвердительно ответили лишь 5 человек, 4 - отрицательно, а 24 предпочли не отвечать.
Более понятной становится мотивация многих задержанных по данному обстоятельству при их ответах на вопрос, почему они не хотели идти на свидания. 8 опрошенных сказали, что не хотят встречаться с родными, адвокатом, посольством; 4 чел.: «У меня нет родных, адвоката в г. Астана»; 3 чел. указали: «свидания в приемнике не разрешены». Больше всего респондентов (17 человек) не дали никакого ответа, что, по всей видимости, объясняется тем, что у них в г. Астана нет родных, знакомых адвокатов, а посольство ничего не хочет о них знать, так как узбекские власти отрицательно относятся к выездам своих граждан за границу на заработки. В этом плане показательно, что 17 сотрудников ПР сообщили, что у задержанного есть возможность самому уведомить членов семьи о задержании. Способы уведомления о задержании лица названы следующие: по телефону - 15, «проследовать к месту жительства» - 2, МИД (сутки) - 1, и 2 - не ответили.
1. Мониторинг показал, что в специальном приемнике и приемнике-распределителе ДВД г. Астана имеют место нарушения прав некоторых задержанных.
2. Условия для полноценного предоставления услуг многими адвокатами, особенно оплачиваемыми за счет средств государства, не всегда присутствуют (в особенности, по защите прав задержанных в приемнике-распределителе). Ряд адвокатов при ведении дел своих подзащитных в анализируемых учреждениях столицы встречаются с различными незаконными преградами по доступу к информации, конфиденциальному свиданию с задержанным и др.
3. Большая часть задержанных в спецприемнике и приемнике-распределителе не имеют возможности отстаивать свои права в судах и других государственных органах Казахстана, так как, по данным мониторинга, ограничены в возможностях жаловаться на сотрудников учреждения. К тому же по данным мониторов проекта, в СП и ПР у задержанных в камерах не имеются белые листы и ручки, чтобы воспользоваться ими, а для написания жалоб и тому подобного арестованные просят их у дежурного.
4. Есть сомнения, что ходе мониторинга от всех опрошенных задержанных были получены искренние данные. Не все они, тем более, находясь в заключении, под контролем сотрудников полиции, могут осмелиться, чтобы дать правдивые показания. На наш взгляд, особенно правомерен этот вывод в отношении иностранных граждан в приемнике-распределителе .
5. Данные анкетного опроса в ходе мониторинга показали, что в некоторых случаях мы, по-видимому, имеем дело с незаконными задержаниями и водворениями в спецприемник и приемник-распределитель г. Астана. В этой связи напомним, что, согласно пункту 3 статьи 10 Кодекса об административных правонарушениях (далее - КоАП), «любые сомнения в виновности толкуются в пользу лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении».
6. Представляется, что водворение в приемник-распределитель порой не в полной мере соответствует нормам КоАП. На наш взгляд, миграционная полиция без особой нужды загружает учреждение задержанными за мелкие нарушения миграционного режима (отсутствие документов и др.), по которым можно было бы ограничиться штрафом.
7. В специальном приемнике и приемнике-распределителе ДВД г.Астана, по всей видимости, нарушается право задержанных на общение с близкими родственниками, родственниками и иными лицами, с которыми они как-то социально связаны, в том числе по своим административным делам.
8. Учреждения в силу разных причин (в первую очередь из-за недооценки уровня нарушений прав, содержащихся в них лиц), по-видимому, не находятся под пристальным вниманием прокурорского и общественного контроля.
9. В учреждениях не соблюдается правило о недопустимости передачи на рассмотрение жалоб тем органам, на действия которых поданы жалобы, поскольку зачастую, как показали опросы мониторинга, они доставляются в первую очередь руководству самих учреждений.
1. Представляется необходимым усилить общественный контроль и прокурорский надзор за деятельностью специального приемника и приемника-распределителя.
2. Следует рассмотреть вопрос об увеличении размера оплаты назначаемых за счет средств государства адвокатов с параллельным развитием их независимости от правоохранительных органов, и обеспечением доступа к необходимой информации по делу.
3. Представляется целесообразным исключить норму Кодекса об административных правонарушениях РК в части штрафа за отсутствие регистрации по месту жительства для внутренних мигрантов.
4. Рассмотреть вопрос о предоставлении доступа лицам, осуществляющим общественный контроль в учреждениях закрытого типа к официальным документам: личным делам сотрудников, арестованных, адвокатов, материалам дел.
5. Неукоснительно соблюдать права задержанных на адвоката (в особенности, в случае, когда лицо не владеет языком производства), предоставление информации о причинах их задержания и т.п.
6. Представляется целесообразным ограничить необоснованные вескими причинами водворения задержанных в приемники-распределители, и, если допустимо, ограничиться предупреждениями, штрафами без ограничения личной свободы.
7. Искоренить практики водворения в специальный приемник и приемник-распределитель без судебного акта, что, к сожалению, имеет место, как показали результаты данного мониторинга.
ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
Конституция РК и КоАП РК предусматривают важный принцип, согласно которому достоинство человека неприкосновенно, никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Данный принцип носит превентивный характер и, прежде всего, адресован органам и должностным лицам, в ведении которых находится задержанное лицо. Наше государство признает принципы и нормы Всеобщей декларации прав человека, Международного пакта о гражданских и политических правах, Конвенции против пыток, безоговорочно осуждающих любые посягательства на честь и достоинство человека, устанавливающих целую систему норм на этот счет. Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению и наказанию, - провозглашает ст. 5 Всеобщей декларации прав человека. Все лица, лишенные свободы, имеют право на гуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой личности; ни одно лицо не должно без его свободного согласия подвергаться медицинским или научным опытам (статьи 7 и 10 МПГПП).
Согласно пункту 4 статьи 1 КоАП, «международные договоры, ратифицированные Республикой Казахстан, имеют приоритет перед настоящим Кодексом и применяются непосредственно, кроме случаев, когда из международного договора следует, что для его применения требуется издание закона. Если международным договором, ратифицированным Республикой Казахстан, установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены законодательством Республики Казахстан об административных правонарушениях, то применяются правила международного договора».
В этой связи в качестве основополагающих норм международного права для КоАП РК могут рассматриваться статьи 1, 2, 3 и 7 Всеобщей декларации прав человека (ВДПЧ). Тем самым, при реализации КоАП РК большую роль должны играть ратифицированные государством международные договоры в области прав человека, касающиеся права на свободу и личную неприкосновенность, отсутствие дискриминации и равенство (МПГПП и МПЭСКП от 16.12.1966 г.).
Во-первых, применение указанных статей ВДПЧ в Казахстане может также выражаться в увеличении доли целевых групп (например, сотрудники правоохранительных органов), которые бы прошли подготовку по правилам поведения для искоренения дискриминационной практики.
Во-вторых, очень важно обеспечивать право (например, трудящихся-мигрантов) сообщать о дискриминации и ненадлежащем обращении на работе, с подачей ими соответствующих жалоб в судебные или административные органы.
В соответствии со статьей 23 ВДПЧ национальные законы, обеспечивающие реализацию права на работу, должны включать положения, направленные на обеспечение равных возможностей для всех и искоренение всех форм дискриминации, а также специальные (временные) меры, введенные для целевых групп (например, женщины, коренное население, мигранты). Данное положение относится к адресной группе - от внутренних, до внешних трудовых мигрантов, права которых на труд в Казахстане соблюдаются не в полной мере. Почему казахстанские власти ограничивают трудовую миграцию из Центрально-Азиатских стран вполне понятно - посредством этого стремятся защитить отечественный рынок труда для собственных внутренних мигрантов, многие из которых постоянно находятся в поисках заработка по всей стране. Именно поэтому квота в Казахстане на привлечение иностранной рабочей силы для физических лиц не превышает 0,7% от всего трудоспособного населения. В связи с имеющимися фактами трудового рабства в нашей стране особую важность приобретает положение указанной статьи ВДПЧ, преследующей искоренение принудительного труда, включая наихудшие формы детского труда, эксплуатации домашних работников, мигрантов и жертв торговли людьми. В Казахстане реализуется этот процесс, но не в той мере, как хотелось бы.