04.09.2026
Фундаментальное право на защиту беспристрастности и отвод судье. Причинная связь
Юрист Есенбек Есниязов,
Управление по государственным закупкам и коммунальной собственности Атырауской области
Палата юридических консультантов «Adilzanger»
3 сентября 2026 года, г. Атырау
Если соблюдать много мелких правил,
можно нарушить одно большое.
«1984». Джордж Оруэлл
Продолжение темы о качестве местного правосудия по гражданским делам на примере дела по ст. 626 ГК об ответственности подрядчика (СТО) за несохранность предоставленного заказчиком имущества (автомобиль сгорел на большом СТО г.Атырау) https://prg.kz/document/?doc_id=37789079
Прочитала решение - улыбнулась: «Правда? Неужели когда-то было не условное - 55,2%, а настоящее - 100% доверие общества к судьям?» Доверие - сильнейшее социальное чувство и, как любовь: либо нет, и бабочки не порхают, либо есть - и от её взмаха смещаются центры мира. Чувства возникают по счастливой случайности, или случайность - непознанная закономерность?
Прозаическая история: автомобиль заезжает на СТО для ремонта, обслуживается - и сгорает. Почему заказчики сдают автомобиль…
На СТО без письменного договора - что говорит законодатель?
СТО не ЗАГС: заезжают часто и ненадолго, поэтому нормативные требования ГК к оформлению отношений законодателем упрощены:
для граждан, удовлетворяющих личные потребности - согласно ст.642 ГК договор бытового подряда считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи подрядчиком заказчику квитанции или иного документа, подтверждающего заключение договора. Отсутствие у заказчика указанных документов не лишает его права ссылаться на свидетельские показания в подтверждение факта заключения договора или его условий;
для граждан ИП и юрлиц - согласно п. 1 ст. 153 ГК при несоблюдении простой письменной формы сделки стороны вправе подтверждать совершение, содержание или исполнение сделки письменными или иными, кроме свидетельских показаний, доказательствами. Счет за оказанные услуги и видеозапись, - соответственно, письменное и иное доказательство.
Учитывая особую правовую природу работ и услуг, законодатель в ст. 687 ГК установил, что к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 616-639 ГК), и положения о бытовом подряде (статьи 640 - 650 ГК).
Правовая прозрачность для заказчиков и подрядчиков представляется абсолютной - «четыре девятки», как говорят в авиации.
Правовая позиция сторон.
Автомашина сдана на СТО после ранее выполненного ремонта системы кондиционирования с заменой компрессора. Видеозапись фиксировала, что мастер работал с машиной, заезжал в бокс, выезжал и поставил во дворе СТО на солнцепёк легкомысленно не считая важным предупреждение Казгидромета о высокой пожарной опасности и по халатности не принимая меры пожарной безопасности.
На СТО тогда не верили, что может вспыхнуть пожар, доверие и улыбки исчезнут, а автомашина превратится в обгорелый остов. СТО, ссылаясь на отсутствие письменного договора, откажется возмещать ущерб за несохранность автомобиля, и у растерянного заказчика останется только маленькая хрустально чистая надежда на суд, куда пойдет искать защиту нарушенных прав.
Заказчик согласно п. 1 ст. 153 ГК при отсутствии письменного договора, представил суду счет за оказанные услуги и видеозапись как доказательства исполнения договора и указал ст. 687 ГК.
Заказчик доверил автомашину СТО под ответственность профессионального подрядчика, осуществляющего предпринимательскую деятельность под свой риск (ст.10 ГК). Работа выполняется за риск подрядчика (п.1 ст.616 ГК). Один из этих рисков закреплен в ст.626 ГК - подрядчик несет договорную по правовой природе ответственность за сам факт несохранности автомобиля оказавшегося в его владении в связи с исполнением договора подряда. Это императивная норма - действует независимо от дублирования в письменной форме.
«За несохранность» - это не «за причинение вреда».
Заказчик указал, что нормой п. 2 ст. 359 ГК для предпринимателей установлена специальная «безвиновная ответственность»: СТО отвечает, даже если невиновна в несохранности имущества, освобождается от ответственности, если докажет действие непреодолимой силы.
Факт несохранности имущества подтверждается справкой ЧС о пожаре, видеозаписью с камеры СТО. Сумма ущерба - заключением оценщика.
СТО заявила, что иск не признает, так как услуги оказаны без письменного договора, по устной договоренности, невиновна в пожаре и несохранности автомобиля. Ряд нарушений Правил пожарной безопасности, указанных Заказчиком - СТО объяснила тем, что на ИП Правила пожарной безопасности не распространяются.
Решение суда - правовая квалификация или фактическая замена основания иска?
Суд в решении указал, что техобслуживание выполнено по устной договоренности без письменного договора, автомобиль сгорел, возникли внедоговорные обязательства из причинения вреда по ст. 917 ГК, но заказчик не доказал вину СТО и причинную связь между действиями работника СТО и возникновением пожара.
Вот так, а ведь ГК - «Экономическая конституция», и суд при рассмотрении гражданских дел обязан точно соблюдать требования законов (ч.1 ст.6 ГПК). Согласно п. 16 НП ВС от 11 июля 2003 года № 5 «О судебном решении по гражданским делам»: «В соответствии с ч.2 ст. 225 и ч. 2 ст. 48 ГПК суд разрешает дело в пределах заявленных истцом требований и не вправе по своей инициативе изменять предмет или основание иска».
Весьма злободневное, актуальное разъяснение о применении права суда дать иную правовую квалификацию. Верховный Суд строго требует исключить неточности в правоприменении, потому что иная правовая квалификация, повлекшая изменение основания иска по инициативе суда, может изменить юридическую природу спорного правоотношения, конструкцию ответственности, предмет и распределение бремени доказывания в ущерб интересам одной из сторон.
Однако суд изменил основания спора: из договорных отношений по ст. 626 ГК - во внедоговорные, деликтные по ст. 917 ГК. Важно отметить, что так СТО оказывается вне действия ст. 626 ГК.
Конструкция деликтного обязательства и распределение бремени доказывания по ст. 917 ГК принципиально отличаются от условий ответственности за невыполнение подрядчиком договорного обязательства по ст. 626 ГК. Потерпевший по ст. 917 ГК должен доказывать причинную связь между возникшим вредом и действиями причинителя вреда, потому что договорной связи между ними нет, в связи с чем, что весьма важно, «безвиновная ответственность предпринимателя» по внедоговорным обязательствам не действует по определению.
По ст. 626 ГК у подрядчика есть договорное обязательство обеспечить сохранность имущества заказчика, а счет и видеозапись подтверждают заключение договора и передачу имущества, работу мастера с автомашиной, несохранность имущества на СТО.
Освобождение СТО от ответственности по ст. 917 ГК со ссылкой на то, что заказчик не доказал вину СТО, не соответствует условиям «презумпция виновности», закрепленной в нормах п.6 ст.9 и п. 1 ст. 359 ГК, действующей в гражданском праве как в отношении договорных, так и внедоговорных обязательств.
Вспомнилась знаменитая картина Рене Магритта «Вероломство образов» (La trahison des images), в жанре тромплёй (trompe-l’oeil). Правдоподобно маслом изображена красивая курительная трубка, а под ней надпись: «Ceci n'est pas une pipe» - «Это не трубка».
Это не решение.
Это из нарушений норм материального права, признаваемых в ст. 427 ГПК основаниями к отмене либо изменению решения, далее пример нарушения процессуального права.
В принятии иска заказчика о признании договора действительным отказано, ссылаясь на пп. 1) ч. 1 ст. 151 ГПК: заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства.
Важно отметить, что в таком случае, согласно ч.4 ст.151 ГПК в определении суда об отказе в принятии иска указывается, в какой орган следует обратиться истцу. В определении суда это не указано. Видимо за отсутствием такого органа.
Между тем иски о признании сделок действительными - одни из самых известных в гражданском судопроизводстве. В Сети есть судебная практика, примеры, в том числе прекрасный образец «Иска о признании сделки действительной», подготовленный авторским коллективом судов Жамбылской области, 2018 год. https://prg.kz/document/?doc_id=31887823.
Интересно отметить: отказ в принятии иска основан на том, что в п.1 ст. 9 ГК перечислены основные способы защиты гражданских прав, в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной, а признания сделки действительной не указано. Действительно не указано, но перечень не закрытый - заканчивается словами «а также иными способами, предусмотренными законодательными актами РК». Использование законодателем такой формулировки прямо свидетельствует о намерении сохранить перечень открытым. Это старинный классический прием юридической техники, известный еще с римского права, ведь и претор в своем эдикте не все предоставляемые способы защиты упоминал - всегда оставались иные.
Впрочем, здесь возникает классическая дежурная проблема…
С иным пониманием «иных способов» и «иных обстоятельств».
За глухой дверью суда абстрактное доверие к суду как к государственному институту власти индивидуализируется обстоятельствами, связанными с конкретной личностью в черной мантии, властной влиять на жизнь человека -вполне определенного, не среднестатистического… Каждый умирает в одиночку.
Вопрос о доверии/недоверии составу суда на микроуровне обычного гражданского дела звучит нейтрально до начала тяжбы ст. 193 ГПК. Проблемы возникают, если терзают сомнения не смутные, а обоснованные доказательствами, предъявленными суду, со ссылкой на норму пп. 3) ч.1 ст. 38 ГПК об основаниях отвода судьи: «лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе дела, либо если имеются иные обстоятельства, вызывающие обоснованные сомнения в его беспристрастности».
Как известно, согласно пп. 2) ч. 1 ст. 151 ГПК судья отказывает в принятии иска, если имеется вступившее в законную силу решение суда, вынесенное по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям. Истец, получив решение суда, с необъяснимым применением норм статей 153, 626, 917 ГК, заявляет новый иск о другом предмете, но иск поступает на рассмотрение к тому же судье. У истца возникают сомнения в возможности реализовать положительный потенциал, заложенный в указанной норме ст.151 ГПК, поскольку наблюдаемая практика ограничивает доступ к правосудию.
Вопрос: возможно ли считать обоснованными сомнения в беспристрастности, основанные на содержащихся в ранее принятом решении выводах судьи об обстоятельствах, связанных с новым иском? Вопрос представляется важным и ответ желательно включить в ст.38 ГПК.
Норма о самом главном - о недоверии и отводе - неслучайно оказалась самой «нелюбимой» нормой ГПК, применение которой отдано судейскому усмотрению. Но насколько важен для судей вопрос доверия к суду? Ведь выборность - только у судей Верховного суда, у остальных нет, и отчетно-выборных собраний перед электоратом нет, нет открытых обсуждений рейтингов судов и нет личных рейтингов судей.
Здесь вспомним, что в Казахстане, так же как в Узбекистане и России, работают над переходом от административно-бюрократической модели к сервисной модели государства с человекоцентричностью: «Не человек для государства, а государство для человека».
Доверие к суду - институциональное. Недоверие - конкретное.
Сейчас вопрос о доверии составу суда задается, но всегда ли заявление с попыткой убедить председателя суда, что его судья, заслуживает отвода рассматривается с вынесением определения с мотивированными выводами по конкретным доводам заявителя?
Судья никому ничего не должен доказывать, поскольку, согласно ст.78 Конституции: «судья при отправлении правосудия независим и подчиняется только Конституции и закону. По конкретному делу судья не перед кем неподотчетен». Означает ли это, что не по конкретному делу - подотчетен?
Вопросов по этой теме много, и представляется интересным увидеть актуальное толкование Конституционным Судом условий независимости судей с учетом достижений и новых вызовов на данном этапе социально-экономического развития.
Согласно п.7 ст.7 Кодекса судейской этики 2024 года, положения, указанные в настоящей статье, не ограничивают судью в правовом анализе судебных решений на общественных форумах и не запрещают ему участвовать в публичной дискуссии по вопросам отправления правосудия и совершенствования судебной системы.
«Не ограничивают и не запрещают», но не обязывают.
Рассчитывают на средний стандарт профессионального правосознания, а правосознание по своей природе очень индивидуально и консервативно, меняется не у всех и небыстро. В этом кроется системная ошибка, потому что, как говорят на Востоке, скорость каравана определяется не по среднему, а по отстающему. И поэтому правила поведения в Кодексе должны быть сориентированы не на лучшего, который стремится публично проводить правовой анализ, и не на средне-сознательного который не стремится, но и не уклоняется, а именно на нуждающегося во внешнем стимулировании.
Между тем ни по одному судебному акту из нескольких дел, связанных с возгоранием автомобиля на СТО, фактически нет правового анализа.
Согласно п. 11 НП ВС от 11 июля 2003 года № 5 «О судебном решении по гражданским делам»: «В соответствии со ст. 225 ГПК оценка представленных доказательств позволяет суду сделать вывод, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, а какие нет. Не допускается одностороннее изложение в решении доводов и доказательств стороны, в пользу которой суд принял решение. Суд обязан указать, по каким основаниям им не приняты доводы другой стороны и не применены те нормы материального права, на которые эта сторона ссылалась».
Невыполнение указанных обязанностей обесценивает значение профессионального юридического представительства в суде, подобно тому, как договорные матчи обесценивают вливания в развитие спорта.
Как выступать в суде, приводить доводы и ссылаться на нормы права, если их не слышат. Видные ученые страны с горечью констатируют снижение качества юридического образования, студенты же всё видят.
Но появился новый инструмент на глазах изменяющий все сферы деятельности.
Спрос на беспристрастность породил предложение.
Логика технологического развития ведет электронное правосудие к «ИИ-помощнику судьи», рекомендующему проект решения, подшиваемый в дело, с правом судьи отказаться от него только с составлением письменного мотивированного несогласия.
ИИ по определению не субъект, а объект. Впервые за тысячи лет беспристрастность легендарной Фемиды оказывается не высшим культурным феноменом, а программируемой целью технической задачи создания ИИ-квазисудьи, причём представляющего не штучную, уникальную мужскую или женскую индивидуальность, а продукт, поставляемый в промышленных масштабах. Система единообразного стандартизированного правоприменения переводит вопросы доверия к судьям в вопросы доверия к полноте параметров программы для восприятия многогранного объёмного человеческого феномена.
Бездушная программа музыку чужой души разъять и алгеброй поверить сможет, но Александр Сергеевич почти 200 лет назад указывал, что зло таится не в человеческой индивидуальности и нестандартной субъектности, а в системе ценностей, которая вполне может быть параметризована.
Искать в суде - испытание, способствующее укреплению надежды на суд и превращению её в убеждение, что для совершенствования правоприменения необходимо не столько улучшение материального права, сколько концептуальное изменение гражданского процессуального права, поскольку рутинное применение судьями процессуальных норм, формирует фундамент доверия к справедливости права. Причинные связи. Студенты же всё видят.