16.01.2020

Как работает венчурное финансирование стартапов в Казахстане?

Плотникова Кристина

Директор юридического департамента

Бисултанова Жанерке

Младший юрист

ТОО «Просто Бэк-офис» (pbo.kz)

Изучая опыт казахстанских и зарубежных стартап-компаний, мы анализируем не только их функционирование, но и само становление, при котором важную роль играют инвестиции. Вложить денежные средства в компанию можно различными способами, в данной статье мы хотели подробнее остановиться на венчурном финансировании и его реальном функционировании в Казахстане.

Венчур (от англ. venture) — связанный с риском, следовательно, венчурное финансирование - это инвестиции, несущие в себе достаточно высокие риски для инвестора, обусловленные невозвратом средств, если стартап не получит ожидаемого роста и развития.

Под венчурным финансированием понимается деятельность, связанная с финансированием лиц, осуществляющих только инновационную деятельность (п.2 ст.251-1 Предпринимательского кодекса), путем:

· инвестиций в их уставный капитал (то есть получение доли участия путем внесения денег в уставный капитал, и последующего получения дивидендов от прибыли компании);

· приобретения выпущенных ими финансовых инструментов (инструмент не рабочий для малого и среднего бизнеса на сегодняшний день);

или

· предоставления им денежного займа (при этом деньги от инвестора в любом случае придется возвращать, так как это заем, вопрос только с вознаграждением (процентами) или без. Даже если сумма долга будет прощена инвестором и он не потребует возврата, придется заплатить 20% от нее в виде КПН, так как это доход компании).

Как же венчурное финансирование работает в Казахстане на самом деле? В июле 2018 года были внесены изменения и дополнения в Закон об инвестиционных и венчурных фондах^[1], которыми установлено, в том числе, сами понятия венчурного финансирования, венчурного фонда и порядок их регулирования.

Но не все так гладко, внести то внесли, а вот на практике стартапы столкнутся прежде всего с вопросом: «как одному инвестору вложить средства в стартап?», и ответ - «никак», венчурное финансирование работает только при создании венчурного фонда, но при этом должно быть, как минимум, два инвестора, которые объединятся в венчурный фонд, так как понятие индивидуального венчурного инвестора в законе нет. На деле это практически неисполнимо, так как стартапу, в принципе, не легко найти инвестора, а найти сразу двух - это уже из ряда фантастики.

На практике многие предприниматели полагают, что венчурное финансирование представляет собой только инвестиции, которые в случае провала реализации проекта, могут не возвращаться инвестору. Предприниматели игнорируют как требования к инновационной деятельности, так и то, что компания должна быть стартапом. Таким образом, большинство заключают договоры инвестирования, прописывая, что инвестиции, передаваемые по договору, не возвращаются инвестору в случае, если компания не будет иметь чистую прибыль в течение 2-х или 3-х лет. Важным является тот факт, что в таких договорах в качестве «платы» инвестору за пользование инвестициями предоставляется какая-то часть дивидендов компании (например, 50 % от чистой прибыли). Полагаем, что это связано с той логикой, что инвестор получит свое только в случае наличия прибыли компании, который она не получила бы, не будь у нее этих инвестиций.

Данный механизм не регламентирован в нашем законодательстве и на практике не реализуем. Для того, чтобы инвестор смог «получать дивиденды» он в обязательном порядке должен быть участником ТОО. Как правило, те предприниматели, которые хотят привлечь инвесторов, «пытаются» заключить с ними опционный договор. Почему «пытаются» - поясним ниже.

Можно взять только элементы венчурного финансирования и применить их в отношении компании. Например, одним из интересных инструментов является опционный договор. Для целей Закона об инвестиционных и венчурных фондах опционным признается договор, в силу которого одна сторона на условиях, предусмотренных таким договором, вправе потребовать в установленный срок от другой стороны (других сторон) совершения предусмотренных опционным договором действий, в том числе уплатить деньги, передать или принять имущество. Опционным договором может быть предусмотрено, что требование по нему считается заявленным при наступлении определенных обстоятельств.

Опционный договор может применяться как в отношениях между:

· участниками для регулирования их отношений, вопросов вливания средств, получения дивидендов, отчуждения доли при наступлении определенных условий,

так и

· с работниками компании, которым может быть предоставлена доля участия в целях увеличения заинтересованности в бизнесе стартапа, ощущения своего участия и значимости для компании, соответственно получения части дивидендов.

Однако возникает вопрос об установлении обязанности для работника продать такую долю участия в компании сразу после прекращения/расторжения трудового договора с ним, и/или участником-инвестором после получения им установленной суммы вознаграждения сверх самих инвестиций, по цене и на условиях, оговоренным в таком опционном договоре.

В рамках Закона, у компании есть право на заключение договора, однако отсутствуют инструменты на его исполнение, а именно процесс отчуждения доли, так как в соответствии с Законом о ТОО^[2] отсутствует возможность принудительного отчуждения доли участником, за исключением случаев причинения участником вреда компании, при этом принудительный выкуп осуществляется в судебном порядке. Во всех иных случаях отчуждение доли может производиться исключительно на усмотрение самого участника. Таким образом, если в будущем такой участник «не захочет» возвратить долю в ТОО, то он будет в своем праве.

Вышеизложенное является важным ограничением в использовании такого инструмента, как опционный договор и препятствует его использованию на практике.

Нормы по вопросам венчурного финансирования внесли, а вот на практике как это будет работать никому не интересно, и говорим мы так не голословно, а потому что пытались выйти на связь и получить разъяснения, донести текущие сложности и проблемы в функционировании венчурного финансирования, в том числе в АО «Национальное агентство по технологическому развитию», Министерство индустрии и инфраструктурного развития РК, но не были услышаны. Надеемся, что с течением времени инструмент найдет свое распространение среди стартапов и их инвесторов, получит должное развитие и доработку механизма на законодательном уровне.

В качестве сравнения аналогичные нормы существуют в российском законодательстве, в том числе понятие опционного договора, корпоративного договора (соглашение между участниками), которые не имеет противоречий между собой и имеют успешные механизмы реализации, что подтверждается практикой применения в компаниях и исполнения уполномоченными государственными органами, в том числе в части отчуждения долей при наступлении определенных условий, так и обширный судебный опыт принятия решений по данному вопросу. С учетом схожести юридических систем казахстанской и российской, мы могли бы позаимствовать их успешный опыт в работе с инвестициями и механизмами их регулирования.

Мы безусловно надеемся, что инвестиционный климат в стране улучшиться с усовершенствованием законодательной базы. Со своей стороны мы хотели внести вклад в развитие малого бизнеса в Казахстане рассказав сложные нормы просто.

Все выводы и предложения (рекомендации), отраженные в настоящем обзоре, носят исключительно рекомендательный характер и не влекут обязательств по совершению третьим лицом каких-либо определенных действий. В случае возникновения каких-либо вопросов, пожалуйста, обращайтесь (электронная почта: office@pbo.kz). Просто Бэк-офис осуществляет аутсорсинг бухгалтерских и юридических услуг и является новым решением для предпринимателей.

^[1] Закон Республики Казахстан от 7 июля 2004 года № 576-II «Об инвестиционных и венчурных фондах»

^[2] Закон Республики Казахстан от 22 апреля 1998 года № 220-І «О товариществах с ограниченной и дополнительной ответственностью»