14.10.2025
Зелёная энергетика в Казахстане: как право помогает или мешает развивать ВИЭ
Ақылбай Шыңғыс, Магистр права (LL.M.)
11 октября 2025
Переход к устойчивой энергетике стал ключевым направлением государственной политики Казахстана. Страна заявила о намерении достичь углеродной нейтральности к 2060 году, и развитие возобновляемых источников энергии (ВИЭ) является важной частью этого курса.[1] Однако рост ВИЭ - это не просто вопрос строительства новых объектов. Он требует продуманной правовой архитектуры, которая будет учитывать интересы инвесторов, государства и общества.
В этом тексте мы разберём, что уже закреплено в законодательстве, какие проблемы сдерживают приток инвестиций, и как юристы могут участвовать в формировании работающих моделей. В конце мы сравним ситуацию в Казахстане с практиками Узбекистана и Грузии.
Что уже есть в правовой базе Казахстана
За последние десять лет Казахстан сделал несколько значительных шагов в развитии законодательной базы для возобновляемой энергетики. Ещё в 2009 году был принят специальный закон «О поддержке использования возобновляемых источников энергии»[2]. Этот документ ввёл базовые инструменты поддержки: гарантированный выкуп «зелёной» энергии по фиксированному тарифу, приоритетное подключение к электрическим сетям и создание централизованного Расчётно-финансового центра (РФЦ) при АО «KOREM», через который проходят расчёты со всеми генераторами ВИЭ.
Позже, в 2018 году, Казахстан перешёл от фиксированных тарифов к более рыночной системе - аукционам. Это позволило резко снизить цены: если в 2014 году средняя ставка на солнечную электроэнергию составляла около 34 тенге за кВт⋅ч, то по итогам аукционов 2025 года зафиксирована ставка в 18,72 тенге[3]. Сами аукционы стали прозрачными: теперь они проводятся онлайн, через электронную платформу[4]. Это повысило доверие инвесторов, особенно иностранных, к системе распределения квот.
Особое внимание в 2023-2024 годах получило развитие распределённой генерации. Внесены поправки в Закон «Об электроэнергетике»[5], которые уточняют статус «маломасштабных объектов ВИЭ» и допускают возможность подключения таких объектов к сетям без прохождения аукционов. Теперь частные домовладельцы, фермеры и малый бизнес могут установить у себя солнечные панели и продавать излишки энергии обратно в сеть. Юридически это стало возможным благодаря закреплению понятия сетевого доступа для маломасштабных ВИЭ.
Важно отметить и наличие правового механизма долгосрочного договора купли-продажи электроэнергии. Такой договор заключается между инвестором и РФЦ на срок до 15 лет, что создаёт предсказуемую финансовую модель для банковского и проектного финансирования. Этот инструмент особенно важен для иностранных инвесторов, поскольку снижает риски и упрощает переговоры с кредиторами.
Систему ВИЭ дополняет базовое законодательство об электроэнергетике[6], где регулируются правила подключения, балансировки мощности и роль системного оператора KEGOC. Также в стране действует национальный план развития зелёной экономики до 2030 года, который закрепляет цели по доле ВИЭ в энергетическом балансе страны.
Таким образом, Казахстан уже создал основу для роста возобновляемой энергетики. Однако сам по себе набор правил не гарантирует качественного роста - это лишь отправная точка. Чтобы механизм работал, требуется дальнейшее совершенствование, устранение барьеров и гибкое регулирование, о чём пойдёт речь в следующем разделе.
Слабые звенья: нестабильность тарифов, правовые риски и нехватка гарантий
Несмотря на определённый прогресс в формировании нормативной базы, сектор ВИЭ в Казахстане сталкивается с рядом правовых и институциональных ограничений, которые сдерживают масштабные инвестиции. Главным среди них остаётся вопрос предсказуемости тарифной политики. Хотя переход на аукционы повысил рыночную эффективность, инвесторы по-прежнему отмечают недостаточную юридическую устойчивость выданных тарифов. Любые изменения в правилах или подходах к расчету могут поставить под угрозу финансовую модель проекта, особенно если финансирование предоставляется на условиях проектного финансирования с длительным сроком окупаемости.
Также отсутствует механизм компенсации в случае одностороннего изменения нормативных условий. Контракты, заключаемые по результатам аукционов, нередко не содержат положений о стабилизационной оговорке или международном арбитраже. Таким образом, юридическая защита инвестора от изменений в законодательстве остаётся ограниченной. Для сравнения, в Узбекистане контракты Power Purchase Agreement (PPA) нередко заключаются с международной защитой (английское право и арбитраж в Лондоне), что увеличивает доверие со стороны иностранных инвесторов[7].
Ещё один вызов - это ограниченные гарантии доступа к сетевой инфраструктуре. При дефиците пропускной способности или отсутствии технической возможности подключения инвестор может понести значительные убытки, даже имея выигранный аукцион. Закон «Об электроэнергетике» обязывает системного оператора предоставлять доступ к сетям, но на практике это требование часто сталкивается с техническими и административными барьерами.
Также стоит отметить отсутствие чёткой системы гарантий происхождения (green certificates). Хотя в 2023 году Министерство энергетики РК заявило о намерении внедрить механизм сертификации зелёной энергии, конкретные шаги по созданию платформы, нормативной базы и процедуры верификации пока находятся на стадии обсуждения. Без этого инструмента экспортный потенциал зелёной энергии, особенно в контексте трансграничной торговли электроэнергией, остаётся ограниченным.
Кроме того, наблюдается нехватка устойчивых политик поддержки на локальном уровне, например, в части муниципальных или региональных программ. ВИЭ-проекты требуют не только нормативной поддержки на уровне центра, но и участия местных властей в вопросах землепользования, подключения, водоснабжения и логистики. Пока в Казахстане это взаимодействие остаётся фрагментарным.
Сравнение с Узбекистаном и Грузией: что можно позаимствовать?
Развитие ВИЭ невозможно в вакууме. Опыт сопредельных стран Центральной Азии и Кавказа может быть полезным источником сравнительного анализа, как в вопросах регулирования, так и в институциональных решениях.
Узбекистан: В последние годы страна демонстрирует уверенный прогресс в развитии солнечной энергетики. Один из ключевых факторов - партнёрство с международными финансовыми институтами, в первую очередь IFC, которое позволило реализовать программу Scaling Solar. Условия договоров на выкуп электроэнергии (PPA) сопровождаются государственными гарантиями, валютной защитой и прозрачными аукционами, что делает проекты инвестиционно привлекательными[8]. Кроме того, в 2022 году правительство утвердило механизм компенсации инвесторам затрат, связанных с подключением к сетям и земельными вопросами. Это создаёт прогнозируемую среду для долгосрочных вложений.
Грузия: В 2019 году был принят Закон «О продвижении производства и использования энергии из возобновляемых источников», гармонизированный с Директивой ЕС 2009/28/EC о возобновляемой энергетике[9]. Этот закон стал базой для трансформации национального законодательства в сторону европейских стандартов. Однако механизм поддержки через контракты на разницу (contract-for-difference, CfD), при котором государство компенсирует разницу между рыночной ценой и зафиксированным тарифом, был внедрён позже в рамках правовой реформы и аукционной модели, реализуемой с 2022-2023 годов[10]. Кроме того, в стране действует либерализованный рынок электроэнергии, где процессы подключения и лицензирования минимально бюрократизированы. Всё это формирует более прозрачную и конкурентную среду для инвесторов, включая малый и средний бизнес.
Таким образом, Казахстан может рассмотреть комбинированный подход: обеспечить защиту инвестиций и валютные гарантии для крупных проектов (как в Узбекистане), при этом создавая более лёгкие входные условия для малых и средних генераторов (по примеру Грузии).
Заключение
Развитие возобновляемой энергетики в Казахстане является не только техническим или инвестиционным вызовом. Это также задача создания работающей и предсказуемой правовой среды. От того, насколько ясно и последовательно формулируются нормы, зависит доверие инвесторов, устойчивость проектов и темпы перехода к экологически безопасной энергетике.
В стране уже сформирована базовая нормативная платформа: действуют налоговые льготы, проводится аукционная система, установлены целевые показатели по доле ВИЭ. Тем не менее, практические механизмы остаются уязвимыми. Чаще всего это касается отсутствия юридических гарантий, нестабильности правил тарифообразования и слабой защиты долгосрочных обязательств.
Чтобы развивать сектор ВИЭ более уверенно, Казахстану нужно не просто привлекать инвестиции, но и структурировать их на основе прозрачных, гибких и юридически устойчивых моделей. В этом могут помочь решения вроде контрактов на разницу (CfD), долгосрочных соглашений с участием международных институтов, а также более активное включение ESG-факторов в законодательство.
Опыт стран региона, например, Узбекистана и Грузии показывает, что продуманное правовое регулирование способно стать реальным катализатором роста. Казахстан обладает не меньшим потенциалом, чтобы стать лидером в переходе к чистой энергетике в Центральной Азии. Для этого важно использовать право не как барьер, а как инструмент роста.
Указ Президента Республики Казахстан от 2 февраля 2023 года № 121 «Об утверждении Стратегии достижения углеродной нейтральности Республики Казахстан до 2060 года»
Закон Республики Казахстан от 4 июля 2009 года №165-IV «О поддержке использования возобновляемых источников энергии»
Министерство энергетики РК, пресс-релиз от 16 апреля 2025, https://www.gov.kz/memleket/entities/energo/press/news/details/977691?lang=ru
Электронный портал торгов мощности ВИЭ, https://auction.korem.kz/
Изменения к Закону РК от 9 июля 2004 года №588 «Об электроэнергетике» (вступили в силу в 2024 году), https://online.zakon.kz/Document/?doc_id=32538871
Закон Республики Казахстан от 9 июля 2004 года №588-II «Об электроэнергетике»
World Bank, «Scaling Solar 2 IPP Project - Project Appraisal Document» https://documents1.worldbank.org/curated/en/099213002152311969/pdf/BOSIB0a174245f01209bc004f8b1fe86732.pdf
Uzbekistan Scaling Solar 2 Independent Power Producer, https://projects.worldbank.org/en/projects-operations/project-detail/P174322
Overview of Energy Policy and Investment Opportunities in Georgia, https://energy.carecprogram.org/wp-content/uploads/2023/11/Overview-of-Energy-Policy-and-Investment-Opportunities-in-Georgia.pdf
New Law of Georgia on Contracts for Difference: Government Incentives to Drive Renewable Energy Investments in Georgia, Ana Jikia and Archil Giorgadze, 17 July 2023, https://chambers.com/legal-trends/plans-to-grow-renewable-energy-in-georgia
