11.05.2014
Действие договора при существенном изменении обстоятельств
Шукурова С.М., магистрант
Исполнение принятых на себя обязательств субъектами договорных отношений является одним из важнейших элементов гражданско-правового регулирования, правовой культуры. При этом исполнение обязательства состоит в совершении должником в пользу кредитора конкретного действия, составляющего предмет обязательства, либо в воздержании от определенных обязательством действий.
Однако стороны не всегда знают, как изменятся обстоятельства во время действия договора. Может существовать множество обстоятельств, которые находятся вне контроля сторон и способны сделать тщетным первоначальное соглашение сторон: забастовка, война, запрещение, изменение правовых норм (законодательства). Таким образом, исполнение условий договора сопряжено с риском. Риски существенного изменения обстоятельств должны возлагаться на одну из сторон либо распределяться между ними.
Вместе с тем стороны не всегда могут предвидеть такие обстоятельства и предусмотреть в договоре правовые механизмы их учета. Поэтому важной задачей является «восполнение пробелов в договорах в связи с тем, что стороны не предвидели последующего наступления определенных изменившихся обстоятельств или, если предвидели, не урегулировали их должным образом».
В современную эпоху интенсификации внешнеэкономических связей, международной научно-технической кооперации, экономики, основанной на долгосрочных контрактах, привело, помимо всего прочего, к существенному увеличению количества случаев, когда исполнение договорных обязанностей должно осуществляться уже в новых условиях, которые субъекты не предвидели и не могли предвидеть при заключении договора. И необходимость исполнения договора вступает в коллизию с целесообразностью и здравым смыслом.
11 февраля текущего года случилось вполне ожидаемое событие - Национальный банк Республики Казахстан девальвировал казахстанский тенге по отношению к доллару, евро, российскому рублю и остальным иностранным валютам. Причем произошло это одномоментно и резко, вопреки всем прогнозам аналитиков. Для бизнеса резкая девальвация казахстанского тенге стала серьезным ударом по экономическим интересам. Ведь при вступлении в соответствующие договорные правоотношении стороны исходили из одних условий, а теперь условия резко изменились. Соответственно, возникают проблемные вопросы - что можно сделать для приведения условий договоров в соответствие с изменившимися экономическими условиями; насколько правомерно изменять условия уже заключенных договоров; можно ли отказаться от исполнения взятых на себя обязательств, если изменить их условия невозможно?
Правовое регулирование правовых последствий изменения обстоятельств, существовавших при заключении договора, как правило, строится на основе одного из двух ключевых принципов договорного права: принципа, согласно которому договоры должны соблюдаться (pacta sunt servanda), либо оговорки о неизменности обстоятельств (clausula rebus sic stantibus).
Проблема влияния на договор изменившихся обстоятельств является классической темой договорного права. На протяжении многовекового развития цивилистической науки оговорка о неизменности обстоятельств - clausula rebus sic stantibus, считалась одним из самых труднообъяснимых феноменов частного права, поскольку является антиподом принципов pacta sunt servanda и favor contractus.
Доктрина изменения обстоятельств не была известна римскому праву и является изобретением средневековых канонических юристов.
Здесь следует отметить, что доктрина clausula rebus sic stantibus имеет комплексный характер, поскольку многие авторы трактовали ее не как самостоятельный институт гражданского права, а как проявление иных гражданско-правовых институтов, разработанных еще римским правом. «Оговорку о неизменности обстоятельств» рассматривали как проявление принципа добросовестности и недопустимости злоупотребления правом, как часть теории гражданско-правовой ответственности в качестве основания, освобождающего от таковой (casus, vis major), как одну из форм невозможности исполнения, в качестве элемента теории риска или учения об основании сделки, в том числе учения о заблуждении в основании сделки. «Оговорку о неизменности обстоятельств» исследовали с точки зрения учения о неосновательном обогащении, полагая, что при определенном изменении обстоятельств, влекущем отпадение экономического смысла сделки, дальнейшее ее исполнение приведет к необоснованной выгоде одной стороны за счет другой, лишенной возможности извлечь прибыль от выполнения договора [1].
Определение последствий изменения обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, длительное время осуществлялось посредством толкования договора судом с целью выявления «подразумеваемых условий», автоматически прекращающих действие контракта в ситуации изменившихся обстоятельств, поражающих цель (основание сделки) сделки, делающих ее неосуществимой или крайне убыточной.
«Оговорка о неизменности обстоятельств» рассматривалась как разработанная в результате судебной практики доктрина, позволяющая судам изменять размер денежных обязательств по ряду договоров, с целью восстановления эквивалентности исполнения встречных обязательств, недопустимости получения одной из сторон денежного обязательства необоснованной выгоды за счет контрагента в результате непредсказуемых изменений стоимости денежной единицы.
И лишь в кодификациях современной эпохи «оговорка о неизменности обстоятельств» получила признание в качестве самостоятельного института, несводимого к той или иной смежной теории, что отмечается многими современными исследователями. Рецепция «оговорки о неизменности обстоятельств» привела к появлению нового средства правовой защиты - иску о расторжении или изменении договора в связи с существенным изменением обстоятельств.
Наибольшую теоретическую разработку рассматриваемая проблематика получила в немецкой доктрине. В XX в. в Германии отсутствовало единство мнений в научной среде относительно того, какому принципу отдать предпочтение и в какой мере возникли различные точки зрения и доктрины касательно одностороннего изменения и расторжения договора, различным образом решались данные вопросы и на законодательном уровне.
Теория, объяснявшая одностороннее изменение и расторжение договора, была предложена Б. Виндшейдом. Его теория «исходной предпосылки» (Lehre von der Voraussetzung) вплотную подошла к выводу о том, что договор заключается под условием (Bedingung) о том, что предполагаемое состояние дел останется неизменным на весь срок действия договора. Однако теория «исходной предпосылки» Б. Виндшейда не получила поддержки среди тех, кто был заинтересован в стабильности и предсказуемости гражданского оборота. Ортманом была усовершенствована теория Виндшейда. По его мнению, «основанием сделки… является предположение (допущение), сделанное одной стороной, которое стало очевидным для другой стороны и признается ею (с которым она молчаливо согласилась), о том, что определенные обстоятельства, которые они рассматривают как существенные (важные), и существуют либо должны наступить, даже если это предположение не было выражено в волеизъявлениях сторон, которыми они обменялись при заключении договора» [2].
Современная доктрина распределения рисков при определении основания сделки сформировалась в ФРГ судебной практикой.
Одним из важнейших нововведений законодательной реформы ГГУ [3], проведенной в 2002 г., стало закрепление обобщенного института основания сделки (Geschuftsgrundlage) в § 313 ГГУ. При близком рассмотрении данный параграф оставляет обширное место для судебного усмотрения «при распределении риска возникновения непредвиденных обстоятельств».
§ 313 ГГУ «Нарушение основания сделки» (Storung der Geschuftsgrundlage) заключает в себе два основания сделки: объективное - п. 1 и субъективное - п. 2. Объективное основание сделки определяется ГГУ следующим образом: «Нарушение основания сделки» предусмотрено, если обстоятельства, ставшие основанием для договора, значительно изменились после его заключения и стороны не заключили бы договор либо заключили его с иным содержанием, если бы они предвидели изменения такого характера, можно потребовать адаптации договора, поскольку для одной из сторон участие в договоре без его изменения, с учетом всех обстоятельств дела, в частности распределение рисков в силу договора или закона, неприемлемо.
«Распределение рисков» занимает ключевое значение для понимания объективного основания. Немецкий законодатель среди аспектов, имеющих принципиальное значение для использования сторонами и применения судами, например, оценки приемлемости участия одной из сторон в договоре без его изменения, прямо выделил «распределение рисков». При этом ГГУ разделяет распределение рисков в силу договора и в силу закона. Во-первых, принимается во внимание распределение рисков в силу договора (если данные отношения не регулируются императивной нормой); во-вторых, если договором соответствующие риски распределены не были, учитывается распределение рисков диспозитивной нормой закона.
Субъективное основание сделки, закрепленное п. 2 § 313 ГГУ, теснейшим образом связано с представлениями и ожиданиями стороны по сделке. В соответствии с данной нормой к изменению обстоятельств приравнивается ситуация, когда обнаружена ложность существенных представлений, ставших основанием для договора.
Применение доктрины зависит от обстоятельств каждого конкретного случая.
Несмотря на очевидные различия между объективным и субъективным основаниями сделки, § 313 ГГУ не проводит различий в правовых последствиях нарушения того или иного основания. Правовым последствием нарушения основания сделки является возникновение у стороны, основание которой для заключения сделки нарушено, права потребовать изменения условий договора. И только в случае, когда адаптация договора невозможна либо в отношении его части неприемлема, в соответствии с п. 3 § 313 ГГУ сторона, поставленная в невыгодное положение, может отказаться от договора.
Институт, регулирующий отношения сторон по договору в случае существенного изменения обстоятельств по договору, получил в Англии название «фрустрация», т.е. утрата договором своего смысла. Других средств правовой защиты в ситуации изменения обстоятельств, кроме указанного, английское право не предоставляет. В отличие от большинства стран континентальной Европы английское право исходит из того, что «изменение договора подрывает определенность и изменяет риски, распределенные договором, и предусматривает, что прекращение обязательств по договору возможно только тогда, когда после его заключения изменение обстоятельств делает исполнение по договору незаконным или невозможным».
Английская судебная практика уделила значительное внимание теоретическому обоснованию фрустрации, возможно, ввиду необходимости объяснить, почему доктрина фрустрации не допускает перераспределения рисков между сторонами, а также не позволяет освободиться от невыгодного договора. Теория «конструирования», считается в настоящее время общепризнанным стандартом доктрины фрустрации [2].
Реализуется данная теория на практике следующим образом. Во-первых, суд должен проанализировать условия договора в соответствии с обстоятельствами на момент его заключения и затем в свете вновь возникших обстоятельств Во-вторых, английское право, как и большинство развитых правопорядков, не содержит универсального правила о том, на какую из сторон по договору возлагается риск существенного изменения обстоятельств. Суд должен установить, не вытекает ли из договора либо существа обязательства, что риск возникновения новых обстоятельств несет одна из сторон. Для этого суд исследует вопрос о том, содержит ли договор оговорку, регулирующую возникновение новых обстоятельств. В случае если такая оговорка отсутствует либо не регулирует отношения сторон, на случай данных конкретных обстоятельств суд может применить доктрину фрустрации. В этом случае суд сравнивает обстоятельства, сопровождавшие заключение договора, и вновь возникшие обстоятельства с целью установить, насколько сильно они различаются. Для применения фрустрации исполнение в его коммерческом смысле должно коренным образом отличаться от предусмотренного договором.
Английское право рассматривает валютные риски, такие как инфляция, обесценивание валюты платежа, как риск, который несет кредитор Суды исходят из того, что если кредитор хочет снять с себя валютные риски, то соответствующие оговорки должны быть сделаны в договоре.
В США используется доктрина «неосуществимости» исполнения. Для установления факта не наступления определенных событий как основной предпосылки заключения договора необходимо выяснить, какая из сторон договора приняла на себя риск данного события. При заключении договоров об изготовлении и поставке товара по заранее фиксированным ценам продавец, например, принимает на себя риск повышения производственных расходов в нормальных пределах. Однако, если в ходе чрезвычайных событий резко, в десятки раз, повышается стоимость товара для продавца, суд может определить, что продавец не принимал на себя такой риск, основываясь на том, что не наступление чрезвычайного события было «основной предпосылкой» заключения договора. В рассматриваемой ситуации можно говорить либо о том, что должник не принимал на себя такого риска, либо о том, что суд вправе снять с него данный риск ввиду его чрезвычайной обременительности.
Доктрина существенного изменения обстоятельств получила во Франции наименование «imprevision». Исключения применяются французскими административными судами при разрешении споров по договорам между частными лицами и государством. В то же время гражданские суды отказываются применять доктрину существенного изменения обстоятельств. Публичные договоры могут быть изменены либо расторгнуты судом. Договор может быть изменен, если обстоятельство, препятствующее исполнению договора, нельзя было предвидеть.
В соответствии со ст. 451 Гражданского кодекса РФ [4] существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Таким образом, договор может быть расторгнут или изменен, поскольку стороны не могли разумно предвидеть соответствующие риски при его заключении либо поскольку принятый должником на себя риск оказался чрезвычайно обременительным и в любом случае существенным образом нарушает имущественные интересы одной из сторон.
Как отмечает В.В. Витрянский «по отличительным чертам и по своему характеру существенно изменившиеся обстоятельства очень напоминают непреодолимую силу. Однако имеется значительное отличие: существенные изменения обстоятельств не влекут за собой невозможность исполнения обязательств, возникших из договора, напротив, возможность его исполнения во всех случаях должна присутствовать, но его исполнение значительно нарушило бы баланс интересов сторон.
Что же касается отличия расторжения договора с связи с существенным изменением обстоятельств от расторжения договора в обычном порядке, то оно состоит в том, что при расторжении договора в связи с существенным изменением обстоятельств суд по требованию любой из сторон должен определить последствия расторжения договора, исходя из необходимости справедливого распределения между сторонами расходов, понесенных ими в связи с исполнением этого договора. Как отмечалось ранее, при расторжении договора в обычном порядке стороны, напротив, не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.
И еще одна интересная деталь. При наличии существенно изменившихся обстоятельств изменение договора по решению суда допускается лишь в исключительных случаях и только тогда, когда расторжение договора будет противоречить общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, который значительно превышает затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях» [5].
Таким образом, практически все развитые правовые системы регулируют распределение рисков в случае существенного изменения обстоятельств. Правила распределения рисков в случае существенного изменения обстоятельств в разных правовых системах носят разные названия: фрустрации, отпадения основания сделки, затруднений, однако выполняют однотипные функции - распределения рисков в случае, если стороны не предусмотрели определенного распределения рисков возникновения новых обстоятельств непосредственно в договоре.
В Республике Казахстан оговорка о неизменности обстоятельств не получила законодательного закрепления, что по моему мнению является пробелом нашего гражданского законодательства.
Как выше отмечалось, для бизнеса резкая девальвация казахстанского тенге стала серьезным ударом по экономическим интересам, так как при вступлении в соответствующие договорные правоотношении стороны исходили из одних условий, а теперь условия резко изменились.
Очевидно, что само по себе резкое изменение курса казахстанского тенге к иностранным валютам не свидетельствует о невозможности исполнить соответствующее обязательство по внешнеэкономическому договору. Конечно, экономический эффект от исполнения первоначальных условий договора для каждой из сторон может существенно измениться. Но это не влечет за собой освобождения от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение этого договора.
В случае если договоры заключены с казахстанскими контрагентами и обязательства в них выражены в казахстанских тенге без какой-либо привязки к иностранным валютам, колебание курса валют вообще нельзя рассматривать как некое изменение обстоятельств. Ведь нарицательная стоимость казахстанского тенге корректировке не подвергалась.
Поэтому и внешнеэкономические контракты, и внутриреспубликанские договоры даже после резкого изменения курса белорусского рубля исполнять необходимо, так как это обстоятельство не является обстоятельством непреодолимой силы (форс-мажора) и от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение условий договора не освободит, если иное не предусмотрено в договоре.
К сожалению, лишь немногие субъекты пользуются возможностью предусмотреть в заключаемых ими договорах это самое «иное» - а именно дополнительные основания освобождения от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение условий договора.
В качестве альтернативы неисполнению договорных обязательств в рассматриваемой ситуации можно рассматривать возможность изменить или расторгнуть договор в связи с существенным изменением обстоятельств. Как мы знаем, после девальвации казахстанского тенге наши предприниматели оказались в очень не выгодном для них положении, так как, обычно в внешнеэкономических договорах цена договора устанавливается в иностранной валюте. Поэтому, в интересах защиты субъектов предпринимательской деятельности следовало бы оговорку о неизменности обстоятельств закрепить законодательно.
В связи с этим предлагается дополнить Гражданский кодекс РК статьей «Изменение и расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств» следующего содержания, аналогичное статье Гражданского кодекса РФ:
1. Существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.
Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.
2. Если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут, а по основаниям, предусмотренным пунктом 4 настоящей статьи, изменен судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одновременно следующих условий:
1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет;
2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота;
3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора;
4) из обычаев делового оборота или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.
3. При расторжении договора вследствие существенно изменившихся обстоятельств суд по требованию любой из сторон определяет последствия расторжения договора, исходя из необходимости справедливого распределения между сторонами расходов, понесенных ими в связи с исполнением этого договора.
4. Изменение договора в связи с существенным изменением обстоятельств допускается по решению суда в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях.
Список использованной литературы
1. М.А.Рожкова. «Отдельные аспекты доказывания существенного изменения обстоятельств (по статье 451 ГК РФ)». Вестник ВАС РФ - №4 - 2001.
2. Цвайгерт К., Кётц Х., Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права: В 2-х тт. - Том 2. - Пер. с нем. - М.: Междунар. отношения, 1998. - С. 262.
3. Завидов Б.Д. «Основные идеи, недочеты и новации общих положений о договоре» СПСКонсультантПлюс, 2007.
4. Гражданский кодекс РФ (часть 1)
5. Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации. - М.: Редакция журнала «Хозяйство и право». - Фирма «СПАРК», 1995. - С. 420.
